12. Психология развития

Модератор: Соня

Куратор темы: Соня

Re: 12. Психология развития

Сообщение Соня » 14 июн 2020, 06:40

Лицом к лицу с раной

1. Осознать, что наша требовательность прикрывает страхи брошенности и неудовлетворенности.
В своей основе рана брошенности является основным источником всех ключевых моментов созависимости. Сопротивление, автоматические ответные действия, требовательность, попытки контролировать другого, главенствовать и манипулировать – все это не более чем бегство от раны брошенности. Понимание этого приносит радикальную перемену в том, как мы ведем себя в отношениях.
Бессознательно наш Внутренний Ребенок надеется на то, что, в конце концов, найдет кого-то, кто удовлетворит все его потребности, которые не были удовлетворены в детстве.

2. Принять страх и боль и дать им пространство.
Чем более мы открыты к тому, чтобы столкнуться с раной, тем легче ее пережить. Сознательный ум не хочет входить в эту пустоту; мы убеждены, что должны быть счастливыми. Но при таком подходе нет пространства, чтобы переживать страх и чувствовать боль. Обусловленные верить в романтическую фантазию, мы бессознательно надеемся, что наш любовный партнер даст нам все то, чего мы не получили в детстве. Но наше высшее сознание стремится к чему-то совершенно другому. Оно хочет, чтобы мы стали свободными, а единственный способ стать свободными – пройти через страх и боль брошенности, неудовлетворенности и пустоты.

В целом, я нахожу, что самая большая помощь – это наша готовность чувствовать рану. Я подчеркиваю слово готовность. Как только мы обращаем энергию вовнутрь и начинаем принимать ответственность за боль, кажется, все драматически меняется.

Если мы переживаем боль, она, в конце концов, разрешается. Если нет – она остается с нами всю жизнь. Нет способа избежать боли любви.
В самой основе в нас есть глубокая жажда быть заполненными и цельными. Но никакой партнер не может утолить ее. Она – глубочайшая часть нашего существа, ведь мы стремимся вернуться к источнику. Это самое сердце нашего духовного поиска, и по ошибке он направляется в сторону другого человека. Брошенность провоцирует эту жажду. Мы часто ощущаем ее как пугающее чувство одиночества. Мой мастер часто говорил о том, что нужно пройти через болезненный переходный период, начиная с чувства, что нам одиноко, и, в конце концов, прийти к тому, чтобы наслаждаться этим одиночеством, заново открыть внутреннее блаженство и доверие к жизни. Вместо вселенской любви и мистического ощущения места и цели в жизни первыми обычно приходят волны интенсивной тяжести и темноты. Если бы мы не пострадали от брошенности в детстве, этого, вероятно, не случилось бы; но мы пострадали, и поэтому нам нужно пережить этот переходный период.

Столкновение с одиночеством – одно из мест, где духовный путь теряет свои романтические и идеалистические фантазии. Когда всплывает на поверхность рана, мы оказываемся на линии огня. Это больно, и каждый фибр нашего сознательного ума хочет избежать боли. Пока мы не решим столкнуться с одиночеством, наши отношения с жизнью и с другими будут контролироваться нашим реактивно-требовательным Ребенком. Мы встречаем боль, разочарование и фрустрацию гневом и ожиданием. Наше путешествие по жизни не глубоко и не блаженно, а отношения поверхностны и при этом скрывают горы тайных обид. Мы никогда не найдем человека, который оградит нас от страха и боли.

«Одиночество – в нашей природе. Ты рождаешься один, ты умираешь один. И ты живешь один, не понимая этого, не осознавая этого полностью. Ты ошибочно понимаешь одиночество как чувство, что тебе одиноко; это просто непонимание. Ты достаточен сам по себе. Переходный период немного болезнен и труден из-за старых привычек, но он будет недолгим. И способ сделать его более коротким, менее невыносимым – более и более наслаждаться одиночеством. Ты можешь делать свое одиночество сильнее и сильнее. Таким образом, все усилие должно быть очень позитивным. Корми и питай одиночество всем, что у тебя есть, вливай в него любовь, и ты будешь удивлен тем, что эти промежутки грусти и обиды больше не приходят, потому что у тебя нет для них никакой энергии, и ты больше не остаешься приветствующим их пространством.

Фактически, только человек, живущий в красивом одиночестве, способен к красивым отношениям, потому что для него это не потребность. Он не нищий, он ничего у тебя не просит – даже твоего общества. Он отдает. Из своего изобилия радости, покоя, молчания и блаженства он делится. Тогда у любви совершенно другой аромат; тогда это щедрость. И если оба человека знают красоту одиночества, тогда любовь достигает высочайшей точки, что редко бывает возможным. Тогда она касается самих звезд на небе.
Одиночество не означает, что ты неспособен к отношениям. Оно просто означает, что тебе предстоит быть в отношениях совершенно по-другому, и они не создадут страдания и несчастья, не создадут конфликта, не будут попытками – прямыми или косвенными – главенствовать над другим, поработить другого. Поскольку они не исходят из страха, это – сущая жизнь».
Ошо. Новый рассвет


Упражнение
Чувствование неудовлетворенности.

Положите перед собой подушку, и пусть она символизирует человека, который вызывает у вас больше всею эмоций на сегодняшний день. За ней поместите еще две подушки: одну – для «роли» матери, другую – для «роли» отца. Закройте глаза и, сфокусировав сознание на первой подушке, на возлюбленном(-ой), прошлом или настоящем(-ей), вспомните все моменты, в которых вы чувствовали себя лишенным, разочарованным или фрустрированным(-ой) этим человеком.

Пересмотрите все источники неудовлетворенности – сексуальные, эмоциональные, энергетические, духовные. Все формы, в которых вы чувствуете, что не получаете того, что вам нужно и что вы хотите. Почувствуйте их. Почувствуйте, как это действует на вас. Пойдите дальше гнева и позвольте себе чувствовать безнадежность того, что эти потребности вообще могут осуществиться. Просто чувствуйте: они не удовлетворены. Проведите некоторое время с каждой из этих потребностей, с каждым значительным источником эмоционального голода, чувствуя его и позволяя себе видеть, какое действие это производит внутри.

Теперь перенесите внимание на подушки позади, к матери и отцу. Если у вас не было одного из них в детстве, представьте себе, что эта подушка пуста. Если были другие значимые люди, которые о вас заботились, положите для них еще одну подушку. Чувствуя Ребенка внутри, позвольте себе пережить в уме все ситуации, в которых один из них чего-то вас лишил. Снова позаботьтесь о том, чтобы изучить то, чего вам недоставало. Может быть, вы были лишены питания, непоняты, проигнорированы, отвергнуты, подверглись насилию, давлению, манипуляциям, унижению или осуждению. Замечайте и чувствуйте. Заметьте сходства между «теперь» и «тогда». Это ваша история неудовлетворенности. Именно ее вам суждено повторить, заново прочувствовать и вынести на свет.


Способы защиты и бегства от страха

Как Внутренний Ребенок научился компенсировать страх

Компенсации
Как Внутренний Ребенок научился защищаться:
1) угождение – попытка смягчить энергию;
2) контроль – попытка контролировать энергию;
3) борьба – попытка победить энергию;
4) уход в себя – уход от энергии.

1. Угождение/гармонизация

Угождение вызывает стыд. Оно наносит тяжелый урон нашему достоинству и самоуважению. Я никогда не осознавал, пока не начал работать над собственным стыдом и унижением, насколько был подавленным и обессиленным. Опыт угождающего сыграл важную роль в моем выживании, но это оставило меня с ощущением кастрации и стыда внутри. Я был настолько отождествлен с этой ролью, что не видел, что был не настоящим Я подпирал свою самооценку, думая, что я милый человек. Мы можем обманывать себя, думая, что мы милые, духовные, ненасильственные и любящие, не осознавая ни унижения, которое обычно сопровождает такое поведение, ни обид, которые мы накапливаем внутри.

2. Контролирование/опека

Мы контролируем многими способами. Одна из очень распространенных форм – это поведение родителя: заставить кого-то в нас нуждаться и быть от нас зависимым. Другая тирания – попытка «смять» других путем насилия и угрозы, посредством слов, секса, интеллекта – чего угодно, что только работает.
Обиды, которые мы накапливаем, угождая, проигрываются и возвращаются другим, контролируя и тираня их, как только представится возможность.

Другой распространенный способ, которым мы научились контролировать, – это стать ментальным. Энергия уходит из тела в голову, где мы чувствуем себя в безопасности, защищенности и держим все под контролем. Мы раскладываем свой опыт по коробочкам, чтобы жизнь не казалась ошеломляющей. Мы думаем, что что-то знаем, но на самом деле это блокирует нас от всякого истинного знания. Я никогда не осознавал, какой коварной может быть такая защита.

Прикрывая огромный страх и подавленный гнев, мы напряженно пытаемся сделать вещи соответствующими нашим умственным конструкциям.
Распознавание нашего негативного фильма
Наши компенсации – это не только привычные бессознательные образцы поведения. Компенсации формируют систему верований, основанную на недостатке любви и поддержки в детстве. Эта система похожа на фильм, который прокручивается у нас в голове и определяет то, как мы видим и чувствуем окружающий мир. Например, угождая, мы верим, что быть прямыми и утверждающими опасно. Контролируя, боимся, что без контроля случится что-то ужасное. Борясь, мы убеждены, что стоим перед выбором: бороться или оказаться под контролем. Когда мы уходим в себя, то не сомневаемся, что мир – слишком нечувствительное место, чтобы в нем долго оставаться. Пока проигрывается этот фильм, мы не видим окружающую жизнь такой, какая она есть. Мы видим ее сквозь призму раненого Ребенка. Образцы и верования, которые мы формируем о жизни, развиваются из первоначальных впечатлений. В бессознательном мы все еще видим мир таким, каким он предстал перед Ребенком, его убеждения укореняют нас в иллюзорном, но негативном и знакомом мироощущении.

Какое-то событие в настоящем может запустить внутри цепную реакцию. Например, кто-то нам говорит слова, которые мы интерпретируем как унизительные. Тотчас же наша стража вскакивает, и мы чувствуем недоверие. Утверждение, было оно правильным или нет, запустило фильм, потому что спровоцировало что-то внутри, что помнит, как были преданы наши невинность и доверие. Теперь мы воспринимаем этого человека как врага. В фильме говорится: «Мне лучше поостеречься; если я откроюсь, мне причинят боль». Или: «Я должен о себе позаботиться, потому что я никому не нужен, и мир – это не дружественное место». и так далее. Как только начинается фильм, остановить его трудно, и иногда он продолжается гораздо дольше двух часов.

Естественно, в наших интимных отношениях наши верования все время провоцируются, и защитные механизмы приходят в действие. Словно клавиатура нашего собственного эмоционального компьютера, в которой каждая клавиша запускает собственное негативное убеждение. Наш любовный партнер и близкие друзья все время играют на этой клавиатуре. Они нажимают на кнопку, и нас больше нет, мы закрываемся, защищаемся, уходим в себя, атакуем или принимаем оборонительную позицию. Нужен высокий уровень сознания, чтобы понять, что то, что мы видим, – не то, что есть на самом деле, особенно с кем-то близким. Также нелегко увидеть, что наши верования на самом деле создают ситуацию, в которой кто-то начинает делать именно то, что входит в наш сценарий. Значительную часть времени наши защиты неадекватны, и мы часто используем их даже тогда, когда они не нужны.

Боль компенсаций выводит нас из них

Обычно нас выводит из автоматических компенсаций и механизмов именно то, что они причиняют боль. Эти роли изолируют нас и отсекают от сердца, от сердец других и от собственной более глубокой сущности. Угождение унизительно, контроль или непрерывная борьба наносят ущерб сердцу, а отступление в себя постепенно приводит к глубокому отчаянию, депрессии или цинизму. Компенсации ориентируют нас на внешнее и отсекают от самих себя, от того, чтобы найти собственную подлинную красоту. Когда мы начинаем находить мужество переживать страхи и боль, компенсации постепенно тают.
Не важно, что написано. Важно - как понято.
Аватара пользователя
Соня
***************
***************
 
Сообщения: 3013
Зарегистрирован:
01 апр 2017, 11:23
Откуда: Москва
Благодарил (а): 36 раз.
Поблагодарили: 95 раз.

Re: 12. Психология развития

Сообщение Соня » 14 июн 2020, 06:41

Принесение осознанности в наши компенсации

За каждой из компенсаций стоит глубокий страх раненого Ребенка. Мы можем сделать их осознанными и вынести на свет, однажды решив исследовать страх без суждения или цензуры. Мы узнаем наши компенсации лучше, наблюдая их в действии и знакомясь с тем, как каждая их них ощущается изнутри. Согласно моему опыту, развить чувствительность в теле – лучший способ их распознавать. Когда мы угождаем кому-то, это сопровождается определенным чувством в теле, которое можно научиться узнавать. Так же происходит и с уходом в себя, контролем или борьбой. Чтобы компенсации вышли из-за прикрытия, нужны пространство и храбрость. Мы можем начать с того, чтобы осознавать их и ясно для себя выражать. Работа по раскрытию наших защит и компенсаций требует большой решимости и сострадания.

Упражнение
Распознавание угождающего и тирана
Определите главных людей в вашей жизни, которые пугают вашего Внутреннего Ребенка. Может быть, у них есть над вами власть, или вы смотрите на них снизу вверх, или они заставляют вас чувствовать себя слабым и неадекватным. Теперь представьте, что один из них сидит перед вами, и задайте себе следующие вопросы. Как вы себя чувствуете, сидя перед ним или перед ней? Как вы себя чувствуете в теле? Что вы чувствуете в отношении самого себя? Что происходит с вашей энергией? Как вы общаетесь с ним или с ней? Судите ли вы себя и пытаетесь ли изменить себя? Теперь определите главного человека в вашей жизни, над которым вы чувствуете собственное превосходство. Снова представьте себе, что вы сидите перед ним, и задайте те же вопросы.

Медитация
Как мы научились компенсировать

Закройте глаза и направьте внимание внутрь себя. Настройтесь на дыхание, мягко наблюдая вдох и выдох. Позвольте себе расслабиться и мягко укорениться в своем дыхании, расслабляясь вместе с каждым вдохом и выдохом и позволяя им привести вас вовнутрь. Постепенно и мягко, входя глубже и глубже, более и более расслабляясь...
Теперь представьте себе, что вы сидите в пещере. Эта пещера – защищенное и безопасное место. В этой пещере вы в безопасности, но в изоляции и одиночестве. Никто не может в нее войти. Вы нашли способы быть в пещере творческим, может быть, вы пишете, или рисуете, или играете музыку, делая все, что вам нравится. Смотрите на себя в собственной пещере. Как она выглядит, как она ощущается? Оглядитесь по сторонам. Что привело вас в эту пещеру?
Теперь представьте, что вы подходите к выходу из пещеры и выглядываете наружу. Вы смотрите на мир вне пещеры. Что вы видите? Есть ли там кто-нибудь? Безопасно ли из нее выйти? Теперь представьте себе, что снаружи кто-то есть, и почему-то вас притягивает этот человек. Мягко и осторожно вы выходите.
Вы выходите, ожидая, что вас будут приветствовать с любовью и теплом. Вы хотите, чтобы вас оценили. Вы ребенок, невинный и неуверенный в себе. Вам хочется, чтобы этот человек дал вам признание и одобрение. Вместо этого энергия, с которой вы сталкиваетесь, – жесткая, осуждающая и причиняющая боль. Может быть, этот человек говорит с вами так, что это обижает и унижает вас. Может быть, вы чувствуете, что вас игнорируют. Может быть, этот человек слишком занят, и у него нет для вас времени. Может быть, он говорит вам, что чего-то от вас ожидает.

Позвольте себе почувствовать, что происходит внутри. Как вы чувствуете боль? Она приводит вас в шок? Она приводит вас в гнев? Как вы реагируете на этого человека? Пытаетесь ли смягчить его энергию, стараясь с ним подружиться и добиться любви? Пытаетесь ли сделать ему приятное? Сжимаетесь ли перед жесткостью и гневом, которые, как вы чувствуете, направлены на вас? Втягиваетесь ли обратно в себя, подальше от этой неприемлемой энергии? Боретесь ли в ярости от разочарования и предательства? Уделите время тому, чтобы рассмотреть эти разные отклики.
Теперь представьте, что вы покидаете этого человека или людей и удаляетесь в свою пещеру. Как это чувствуется? Чувствуется ли это иначе, чем раньше? Хочется ли вам снова выйти наружу? Может быть, вы не знаете, что предпочитаете? Останьтесь с этим чувством еще немного. Теперь глубоко вздохните и постепенно возвращайтесь.

Прежде чем я начал внутреннюю работу, мне никогда не приходило в голову, что большая часть моего поведения основана на избежании глубоких чувств страха и боли
У нас всех есть привычки, которые мы иногда осознаем, иногда – нет. Чтобы совершить путешествие вовнутрь, рано или поздно нам придется исследовать и подружиться с тем, что мы привычно делаем для избежания возникающих иногда чувств боли и страха. Я вижу, что привычки и зависимости – это выбор, который я сознательно или бессознательно делаю, чтобы стать неосознанным и перестать присутствовать в моменте.

В свете пути медитации и истины мы избегаем не только страхи и боль, но и ощущения пустой дыры внутри, которая представляет собой промежуток между умом и неумом. Привычки – это отвлечение от страха чувствования этой пустоты.

Общий знаменатель у всех привычек состоит в том, что они не дают нам чувствовать себя уязвимыми. Мы бежим из момента, потому что остаться присутствующими значит столкнуться лицом к лицу со страхами. Я каждый вечер слушаю лекции моего мастера, и это помогает мне сонастраиваться с образом жизни, совершенно другим, нежели тот, которому меня учили. Радикально другим... Даже просто «замедлиться» достаточно для того, чтобы почувствовать настоящее мгновение – постепенный процесс расслабления западной обусловленности и интегрирования в жизнь медитации. Это постепенно исцеляет мое зависимое поведение. В прошлом я думал, что, имея достаточно дисциплины, можно прекратить что угодно. Но однажды я обнаружил, что одной из моих величайших защит была сама по себе дисциплина.

Когда я впервые приехал в Индию и встретил моего мастера, я был высоко дисциплинирован и полностью убежден, что если достаточно тяжело работать, то возможно достичь духовной самореализации. Но, вместо того, чтобы посоветовать продолжать напряженный путь, мастер предложил мне противоположное – прекратить всю борьбу и радоваться жизни. Все мои дисциплины были просто способом усиления эго. «Бог, – сказал он, – найдет тебя сам». Услышав это, я был, как громом, поражен. Я увидел, что сама моя борьба с защитами была очередной защитой. Сама по себе дисциплина не может быть лекарством для привычки.

Топливо защитных образцов

Что стоит за нашими пристрастиями? Почему мы выбираем быть неосознанными?
1. Глубина и интенсивность наших бессознательных страхов
Наши страхи часто так глубоки и скрыты, что одного намека на то, чтобы позволить им всплыть на поверхность, может быть достаточно, чтобы нам захотелось продолжать прятать этот материал. Чем больше я узнаю о Внутреннем Ребенке, тем яснее вижу, что наши раны могут быть ужасающими. Иногда кажется чудом, что мы вообще находим в себе храбрость с ними справляться. Пристрастия ограждают нас от тревожности и боли. Мы не можем себя подтолкнуть и вынести закопанный материал на поверхность быстрее, чем этого хочет наше существо. Нам следует сталкиваться с самими собой с величайшей чувствительностью и терпением. Наши привычки – один из главных способов, которыми мы удерживаем контроль над всем, что в нас всплывает на поверхность. Никто, кроме нас самих, не может знать, чему мы можем позволить всплыть.

Когда, в конце концов, мы решаем прекратить какую-либо форму зависимого поведения, это вызывает на поверхность подавленные им чувства. Процесс вызывает панику Внутреннего Ребенка и ощущение внутренней пустоты. Может быть, не сразу, но рано или поздно. Поначалу мы полны энтузиазма от того, что совершили шаг к прекращению саморазрушения, и можем наслаждаться некоторым периодом радости. Но настоящие проблемы обычно начинаются через несколько недель.
Лишившись защит, мы становимся гораздо более сырыми. Наша уязвимость оказывается на поверхности.
Обнажать нашу уязвимость больно. Мы должны действительно хотеть, чтобы она всплыла на поверхность.
Иногда самое творческое и любящее, что мы можем для себя сделать, это просто взять и прекратить. Но в других случаях самым любящим подходом может быть наблюдение зависимого поведения с как можно большей осознанностью.

Часто более чем достаточно наблюдения с осознанностью и продолжения внутренней работы.

Исцеление любого пристрастия не может по-настоящему начаться, пока мы не начнем принимать, что беспомощны что-нибудь изменить, и не откроем глубинных причин наших моделей поведения. Может быть, нам не удастся изменить каждую из защитных моделей, но мы начнем чувствовать боль. У меня есть множество примеров, когда не было ничего, что я мог сделать, кроме как принять собственную беспомощность.

Стыд

Стыд лишает нас чувства собственной ценности, тем самым усиливая ту часть нас, в которой нет решимости расти. Он провоцирует глубоко укорененный недостаток доверия к самим себе и к жизни. Если я не нахожу никакой ценности в стойкости, то в моменты депрессии и поражения гораздо легче все бросить и двигаться в саморазрушение. Меня стало меньше тянуть к вещам, приносящим мгновенное удовольствие, только когда я начал получать больше энергии оттого, что остаюсь присутствующим.
Стойкость, способность откладывать удовольствие и переносить разочарования приходят, когда мы любимы и умеем доверять себе и собственным творческим энергиям. Если у нас это отнять, мы теряем основу чувства доверия и фокуса Вот некоторые из самых важных посланий, которые мы можем вынести из детства:
1) «Глубина чувствования и позволение эмоциональной боли являются ценными частями жизни, потому что приносят глубину и мудрость»;
2) «Ничто ценное не приходит без усилия и стойкости»;
3) «Жизнь драгоценна. Она предоставляет возможность быть творческим, а также отдавать и принимать любовь».
Меня никогда не учили, что чувствовать боль – ценно.

Как бы ни была сильна в нас тенденция к избеганию, как бы ни были привлекательны безразличие и лень, наше стремление к поиску истины сильнее. Погрузиться в процесс внутренней работы – это, наверное, самое здоровое, что мы можем для себя сделать. Все наше существо начинает вибрировать, и тогда зависимое поведение естественным образом отпадает. Это создает свою собственную инерцию. Постепенно мы достигаем уважения к себе.
Не важно, что написано. Важно - как понято.
Аватара пользователя
Соня
***************
***************
 
Сообщения: 3013
Зарегистрирован:
01 апр 2017, 11:23
Откуда: Москва
Благодарил (а): 36 раз.
Поблагодарили: 95 раз.

Re: 12. Психология развития

Сообщение Соня » 20 июн 2020, 00:57

Изображение



Работа со страхом Возрождение чувств

Большая часть наших страхов возникает из-за потери контакта с собственной подлинностью и отсоединения от своей энергии. Если мы сможем найти дорогу обратно в чувства, войти в стыд и шок, в онемение в нашем существе и заново открыть богатство состояний чувствования – гнева, радости, горя, сексуальной энергии и даже подлинной тишины, то это, безусловно, энергетически обогатит и укрепит нас.
Одно дело – осознать все сложные эмоции, лежащие бездеятельно в нашем среднем слое, всю боль, подавленную энергию, стыд, шок и страх, которые мы держим внутри, но совсем другое – оставаться с ними в прямом соприкосновении. Возникает вопрос: как добиться доступа к этим чувствам? Этот процесс для каждого по-своему уникален. У каждого из нас свой опыт шока и стыда, и того, как эти раны повлияли на нашу способность чувствовать. как возродить способность чувствовать, не толкая, не давя, ничего не «делая»?
Я пришел к шести принципиальным составляющим:
1) не судящая, не давящая атмосфера;
2) исцеление путем понимания и принятия;
3) пространство, чтобы чувствовать и признавать реальными стыд и шок;
4) энергия решимости и целенаправленности;
5) умение слушать тело и доверять ему;
6) пробуждение внутреннего знания.

1. Снятие давления

Пока наш Внутренний Ребенок не начнет чувствовать, что он не подвергается ни малейшему давлению в проявлении чувств, и его не заставляют каким бы то ни было образом измениться, мы не сможем открыться к глубочайшим внутренним пространствам. Нам нужно, чтобы был признан наш собственный темп, и было создано необходимое пространство, в котором мы сможем найти свой собственный способ чувствовать и выражать эмоции.
человек не в силах ускорять работу с бессознательным. Все приходит тогда, когда готово. А я верил, что если не буду «толкать», то ничего и не случится.
Благодаря мягкости наш Внутренний Ребенок выходит наружу. Он нуждается в том, чтобы чувствовать, что нет никакой угрозы, давления или ожиданий. Если эти условия будут соблюдены, то в определенный момент Внутренний Ребенок выйдет наружу. Может быть, очень медленно, но верно.

2. Понимание и принятие
Понимание того, что мы пережили, прокладывает нам дорогу для естественного и спонтанного высвобождения энергии.

Я начал ценить глубоко чувствительное существо внутри, которое пряталось и скрывало страхи под маской высоко компетентного «делающего». Наше исцеление приходит из состояния полного понимания, дающего безграничное принятие и создающего пространство для чувств без малейшего давления и критики и без всяких идей о том, какими мы «должны быть». С этим пониманием мы можем вернуться к подлинной целостности и внутренней тишине.

3. Чувствование шока и стыда

Позднее мы можем придумать миллион вещей, которые нужно было сказать в тот момент, когда мы были в шоке. Мы ругаем себя за безволие, за то, что не смогли за себя постоять. Но в ситуации ничего не нужно было делать, кроме как чувствовать шок и стыд. Это нужно пережить. Пока мы не позволим себе чувствовать раны стыда и шока и не позволим себе войти в них тотально, до тех пор они не могут быть исцелены. Мы можем провести всю жизнь, действуя так, будто мы не испытываем боли, и избегать чувствования стыда и шока. Но это не поможет нашему росту. Помочь может только принятие ран. Иначе мы будем продолжать создавать в жизни ситуации, выносящие на поверхность подавленные чувства, просто для того, чтобы мы могли их прожить.
В главах, посвященных стыду и шоку, я уже упоминал о том, что им соответствуют довольно специфические ощущения в теле, уникальные для каждого из нас. Для того чтобы узнать, как именно они ощущаются, нам потребуется уделить этому достаточно времени.

Из-за наших ран и прошлых опытов Внутренний Ребенок часто невротично ищет одобрения со стороны тех, кто оказывается в позиции власти и на кого мы смотрим снизу вверх. Мы превращаемся в жертву и приглашаем стыд и насилие.
Чувствовать стыд и шок непросто. Это неприятные чувства. Мы предпочли бы, чтобы их не было. Их тяжело переживать, в частности, еще и потому, что они не несут энергии, – фактически, они лишают нас энергии. Гораздо легче чувствовать что-то, что имеет энергетическое наполнение, что-то подобное грусти, гневу, сексуальности или радости. Стыд и шок лишены энергии по самой своей природе.
Тем не менее, это реальные состояния чувствования, которым нужно дать необходимое пространство и признание. Они оцениваются в ту же сумму долларов внутреннего роста, что и любое другое «чувство». Пока мы не создадим достаточно внутреннего пространства и принятия, чтобы их полноценно чувствовать, мы не сможем позволить случиться ничему другому.
Мы должны быть в точности там, где мы есть, – без суждения или ожиданий.

4. Создание решимости и фокуса

Если в нас есть искреннее желание исцелить Внутреннего Ребенка, вся жизнь становится ареной для того, чтобы возродить чувства, которые мы в себе зарыли. Когда мы начинаем осознавать свои раны, все подавленные чувства и живость начинают естественным образом проявляться на поверхности нашего бытия. Даже самые, на первый взгляд, тривиальные события провоцируют чувства и реакцию.

Воля к исцелению сама по себе приглашает в нас чувства Мы словно зовем существование на помощь и просим заново разжечь нашу чувствующую природу. К счастью, оно нам помогает. При этом много времени уделяется работе над эмоциями, когда посредством медитации участники приводятся в скрытые от сознания пространства ярости, горя, сексуальности, радости и тишины. Мы начинаем с того, что просим их перенести все внимание на настоящее мгновение и сфокусироваться на процессе, в который они вот-вот войдут.
Мы предлагаем им представить, что это мгновение станет самым важным мгновением в жизни, предлагаем быть открытыми и позволить принять от существования все, в чем они нуждаются. С такой решимостью, целеустремленностью и желанием быть присутствующими им больше ничего не нужно делать. Затем мы мягко направляем их в процессе исследования внутренних ран, используя слова, музыку и иногда дыхание, чтобы сделать это путешествие более увлекательным и интенсивным. Такой подход безопасным и уникальным для каждого человека способом часто выносит наружу невероятный спектр чувств.

5. Умение слушать тело и доверять ему

Я перестал считать, что не способен чувствовать, когда во мне обострилось осознание тела. Чувства все время регистрируются в теле, и все, что нужно, это остановиться и обратить внимание. Мы все время носим в себе этот драгоценный клад, который только того и ждет, чтобы из него черпали. Мы перестали доверять телу, когда перестали доверять себе. Заново освоить этот простой инструмент, научиться сонастраиваться с тонкими ощущениями в теле – вот один из краеугольных камней метода возрождения чувств. Что это значит – слушать и доверять телу? Тело обладает удивительной чувствительностью, и более сонастроено с глубокой сущностью в нас, чем ум. Тело не озадачено самокритикой и самоосуждением. Оно просто чувствует. Тонкие сигналы тела постоянно несут информацию о наших эмоциональных состояниях. Чем глубже стыд и шок, тем более трудноуловимыми могут быть эти сигналы. Однако если мы научимся сонастраиваться тоньше, то сможем их различать в самых глубинах бессознательного. Это может стать для каждого из нас непрерывной медитацией – процесс открытия заново собственных сигналов. И наиболее важно – научиться убирать с дороги шумный, самоосуждающий ум и снова научиться слушать. Процесс, в котором каждый из нас учится заново слушать и доверять телу, в высокой степени индивидуален. Конечно, таким чувствам, как грусть, гнев, радость или страх, могут соответствовать общие для людей устойчивые ощущения в определенных точках тела. Однако то, как они нам представляются, для каждого из нас уникально. Уникально наше тело, уникальны стыд и шок. В распознании страха, гнева, грусти и тишины каждому из нас предстоят собственные открытия. Это длительное приключение.

6. Пробуждение внутреннего знания

. Это внутреннее знание подобно путеводному лучу, который каждую минуту нам показывает, что придает нам энергии, что нам подходит, что кажется правильным, а что – нет. Оно позволяет нам знать, где мы хотим быть, что надо делать и куда двигаться. И сегодня мы создаем ситуации, в которых можем испытать и проверить себя, чтобы вернуть это чувство и научиться снова ему доверять.
Сколько себя помню, я с недоверием относился к собственной интуиции.
Наши порывы ясны и просты, когда мы уделяем внимание этим сигналам и умеем им доверять. Они часто приходят просто из умения слушать и чувствовать тело. Оно знает и по-своему нам говорит о том, в каких ситуациях мы чувствуем себя любимыми, с кем рядом нам комфортно и мы способны быть открытыми, и что придает нам энергии. Ум может говорить всевозможные вещи, слушать все, что говорят другие, но тело знает, что нам действительно нужно.

Уметь слушать внутреннее знание означает также умение слушать и поддерживать в равновесии две части себя – ту, которая хочет свободы, и ту, которая хочет безопасности и защищенности. Свободолюбивая сторона может нас толкать к драматическим переменам в жизни, манить в неизвестные дали и уводить от проторенных путей. Наша свободолюбивая сторона хочет, чтобы мы любой ценой освободились от подавляющих влияний и были сами собой, не идя на компромиссы.
Но эти перемены могут стать источником перенапряжения для той нашей части, которая нуждается в безопасности, – наш уязвимый, испуганный Ребенок. Мы должны уважать его потребности в защищенности и мягкости, ибо он представляет ту часть нас, которая пугается неизвестности. Если мы учимся быть равно чувствительными к обеим сторонам, рост происходит без насилия. Мы учимся двигаться с такой скоростью, при которой обе наши части остаются в гармонии. Мы совершаем перемены, которые нам необходимы, и эти перемены могут быть плавными и подобными потоку.

Медитация
Возрождение чувств

Найдите комфортное положение тела – сидя или лежа. Пусть руки и ноги расслабятся. Постепенно расслабьтесь и начните входить глубоко вовнутрь себя. Мягко позвольте себе сонастроиться с телом. Позвольте своему вниманию прийти в тело.
Начните переносить внимание в сердце. Чувствуйте его как вместилище огромного сострадания и принятия. Может быть, вы сможете почувствовать это качество принятия как энергию, излучающуюся из всего вашего существа. Вообразите, что вы орошаете все свое существо этой энергией принятия, этим состраданием. Позвольте качеству принятия расширить внутреннее пространство. Больше и больше внутреннего пространства... Заменяя любые суждения пространством, ощутите, что теперь внутри становится больше места, чтобы наблюдать себя и чувствовать себя. Теперь есть пространство, чтобы принимать; пространство, чтобы чувствовать... принимать и чувствовать все, что бы то ни было, все, что бы вы ни нашли.

В этом пространстве, в этом принятии вы можете начать замечать, что происходит в настоящее мгновение. Вы можете наблюдать, что происходит в теле... Когда вы обращаете внимание на тело, что привлекает ваше внимание? Есть ли место в теле, которое чувствует какое-то напряжение, какое-то сжатие? Если да, наблюдайте его, чувствуйте его. Посмотрите, не можете ли вы отпустить каждое из своих суждений, позволяя себе просто быть с ним и чувствовать... наблюдая с открытостью и любопытством, мягко позволяя отпасть любому суждению или ожиданию.

Замечайте каждую мысль, которая у вас появляется в это мгновение. Возникая, какие ощущения вызывают в теле ваши мысли? Какие чувства приходят вместе с ними? Как вы себя чувствуете? Будьте в состоянии наблюдения и чувствования, наблюдения и позволения. Станьте очень чувствительным к телу, к сообщениям тела. Чувствование, ощущение все время, каждое мгновение – очень чувствительно, очень тонко, очень аккуратно. Так тесна связь между мыслями и чувствами, телом и ощущениями, из мгновения в мгновение, каждое мгновение в теле...

Бытие, полное присутствия, – прямо здесь, прямо сейчас... С телом, с мыслями, с ощущениями. Наблюдая, чувствуя и позволяя происходить всему, что бы то ни было... чувствуя. Мы можем приходить в это состояние в любой момент., позволяя этой медитации длиться – всегда, через осознание тела... становясь более доверяющими к телу, просто учась слушать, мягко и внимательно... Это такой чувствительный инструмент, помогающий нам соприкоснуться с каждым мгновением... Каждый миг, слушая нашу правду тела... В каждое мгновение каждая эмоция со своим собственным ощущением в теле...

Начинайте процесс сонастраивания с миром внутреннего... Миром чувств, ощущений.
Замечая мысли, каждую приходящую мысль, в тотальном принятии... Мысли суждения, какие угодно мысли – просто наблюдая и затем отзывая внимание к чувствам внутри.
Начинайте знакомиться с ощущениями и чувствами в теле, принося их в низ живота, в безграничном пространстве и позволении. В чувствительности к малейшему ощущению или чувству... Ничему не нужно случаться, просто чувствование и позволение... Знакомясь с позволением, давая пространство, без всякого суждения – ничего не нужно менять. Просто чувствуя, сонастраиваясь, открывая внутренний мир...

Теперь позвольте себе вернуться обратно. Возвращаясь мягко и постепенно, мы сохраняем эту осознанность, и внимание к телу остается с нами все время. Мы возвращаемся и открываем глаза.
Не важно, что написано. Важно - как понято.
Аватара пользователя
Соня
***************
***************
 
Сообщения: 3013
Зарегистрирован:
01 апр 2017, 11:23
Откуда: Москва
Благодарил (а): 36 раз.
Поблагодарили: 95 раз.

Re: 12. Психология развития

Сообщение Соня » 20 июн 2020, 00:58

Медитационное состояние сознания

Под нашими компенсациями чаще всего скрывается отчаянно нуждающийся Ребенок. Таков, по крайней мере, мой опыт. Как же нам жить с этим Ребенком, как нам делиться с ним, и как нам его исцелить? Из пространства бессознательности мы обычно берем нашу панику, нашу требовательность, наше отчаяние и бросаем их на колени другому, говоря: «Вот, позаботься обо мне». Именно так поступают дети, и наш Ребенок внутри точно так же отчаян, как и раньше. Когда мы кому-то открываемся, чувства из бессознательного начинают выходить на поверхность. Чтобы исцелить нашего раненого Ребенка, мы должны научиться быть для него родителем. Это «родительствование» случается в процессе взращивания медитативного сознания.

Такого рода исцеление не есть действие – это наблюдение и чувствование. Оно включает в себя привнесение в нашего Ребенка, а также во все драмы, боль и трудности в наших отношениях качества медитации. Я уже довольно подробно описал качество нашего состояния сознания, когда мы отождествлены только с нашим паникующим Ребенком внутри, – наши страхи, требовательность, стратегии, ожидания, стыд и шок и наш глубочайший страх быть брошенными. К счастью, это не единственное для нас состояние сознания. Внутри нас есть и расцветающий будда – медитирующий. Мы можем взращивать этого спящего будду» культивируя медитацию.

Медитация дает нам присутствие, признание того, кто мы такие под нашими ложными и внешне обусловленными личностями. Когда есть это медитативное присутствие, то что-то глубоко внутри нашего паникующего Ребенка расслабляется. До тех пор, пока мы живем в наших ложных личностях и отождествлены с ними:– у воспитанного на страхе Ребенка нет никого, кто позаботился бы о нем. Нет ничего, что могло бы облегчить страх ребенка. Но с появлением медитирующего у нас появляется шанс выйти из драмы нашей жизни, повернуться вовнутрь и принять ее с состраданием. Это дает нам возможность заменить давление и суждение, которым мы постоянно подвергали себя, на ощущение внутреннего простора.
Потребовались все те годы, которые я был с ним, чтобы начать понимать, что медитация – это состояние самого нашего существа, образ жизни
. Пожалуй, для меня один из самых больших уроков в жизни заключается в том, что я не должен ничего делать, чтобы измениться или быть любимым. Неужели достаточно просто наблюдать, чувствовать и позволять? В этом состоит урок медитации.

Качества медитации, исцеляющие нашего Внутреннего Ребенка

Медитация приносит нашему сознанию специфические качества, которые безусловно целительны для Внутреннего Ребенка. Вот эти качества:
1) свидетельствование;
2) понимание;
3) присутствие;
4) принятие;
5) центрированность и
6) терпение и доверие.

1. Свидетельствование

Обычно, когда мы чувствуем себя некомфортно и испытываем боль или тревогу, наша немедленная реакция – попытаться изменить ситуацию. Внутренний Ребенок не терпит этих чувств и давит на нас, чтобы «выбраться» из того, что причиняет боль. Требуется внутренний переворот, чтобы не избегать тревожных чувств, а наблюдать, чувствовать и позволять быть всему, что происходит в душе. Вдохновение свидетельствовать приходит не из внутреннего Ребенка. Оно происходит из нашего медитирующего.

Испытывая боль или тревогу, я могу чувствовать сильные порывы моего Ребенка, но постепенно я начинаю чувствовать и медитирующего внутри, который говорит: «Подожди, остановись, чувствуй, позволь этому быть таким, как есть. Ты можешь многому научиться, оставаясь с этим опытом, и у тебя есть место внутри, чтобы его содержать, чувствовать и быть с ним». Мой медитирующий внутри уводит меня от действия и заменяет его наблюдением
Довольно легко стать совершенно отождествленным с нашим эмоциональным процессом. Медитативное же сознание не привязано к чему-либо, и это дает нам способность содержать внутри нас и панику, и дискомфорт, и горе. С этой непривязанностью мы не «отрезаем» себя от чувства, но даем ему больше пространства. С расширением внутреннего пространства желание бежать от неприятных чувств уже не так непреодолимо.

Когда я верю, что у меня достаточно внутреннего пространства, чтобы содержать болезненные чувства и просто оставаться присутствующим с ними, я могу выбрать не избегать их. Медитирующий внутри постепенно дает мне это доверие. Поэтому сейчас я с большим принятием приветствую этот опыт, когда он приходит. Теперь я признаю тревогу и знаю, что ее вызывает. Я уже не сужу так много, как прежде, и знаю, что есть достаточно внутреннего пространства, чтобы позволить этому опыту прийти.

Свидетельствуя, мы наблюдаем из пространства, в котором можем отделить себя от эмоциональной драмы, но все же продолжаем чувствовать. Такой подход исцеляет нашего Ребенка. Мы не умираем. И мы делаем еще более удивительное открытие о том, что нас мистически нянчит существование. Вот как мой мастер описал свидетеля:

«Начинать нужно с наблюдения тела – когда ты ходишь, сидишь, ложишься спать, ешь. Начинать нужно с самого осязаемого, потому что это легче. Затем можно перейти к более тонким опытам и начать наблюдать мысли. А когда человек становится экспертом в наблюдении мыслей, он может начать наблюдать чувства. Когда ты научишься наблюдать чувства, тогда ты сможешь наблюдать свои настроения, которые еще более тонки, чем чувства, и более туманны.
Чудо наблюдения в том, что, когда ты наблюдаешь тело, наблюдатель становится сильнее; когда ты наблюдаешь мысли, наблюдатель становится еще сильнее. Когда ты наблюдаешь настроения, твой наблюдатель становится таким сильным, что он может оставаться собой, наблюдать самого себя, точно как свеча темной ночью освещает не только все вокруг, но и саму себя.
Найти наблюдателя – величайшее достижение в духовности; потому что наблюдатель – это сама твоя душа; наблюдатель в тебе – это твое бессмертие».
Ошо. Золотое будущее.

2. Понимание

В слове «понимание» есть определенная энергия. Достаточно просто сказать это слово, чтобы передать энергию. Оно словно охватывает опыт одеялом сострадания. Когда есть понимание, то есть и принятие, и с принятием – покой. Понимание – это еще одно качество, которое естественно произрастает из медитации. Оно приходит потому, что в медитации акцент ставится не на том, чтобы что-то сделать, но на том, чтобы просто видеть вещи такими, как они есть, – просто отступить назад и хорошо присмотреться.
Медитация постепенно помогает мне более мягко смотреть на жизнь. В этой мягкости я становлюсь способным понять моего Внутреннего Ребенка. Медитация же дает такое пространство для сострадания и понимания, выводя наружу нашу внутреннюю женственность. Моя жесткая рассудительность возникла из жестких стандартов, которые я применял к себе, – стандартов, основанных на успехе и поражении. Медитация замедлила меня. Постепенно она дает больше и больше внутреннего пространства для мягкости.

Появляется та часть нас, в которой есть пространство для понимания стыда и шока. Она пронзает все рассуждения и разрушает все осуждающие мысли. Мало-помалу, благодаря медитативному сознанию, мы можем освободиться от давления и перестать чувствовать себя виноватыми и неадекватными в связи с нашими поражениями. С медитацией успех и поражение становятся менее важными. Мы начинаем видеть жизнь как процесс роста, а вся наша борьба – лишь часть этого процесса до того, как у меня появилось это понимание, я рассматривал свои действия как испытание своей самооценки. Это создавало во мне огромное давление, потому что я пытался быть тем, кем должен был стать, вместо того чтобы быть тем, кем я действительно был. В определенном смысле, моя жизнь была интенсивной борьбой за то, чтобы доказать себя. Это была постоянная война с моими внешними и внутренними судьями.

3. Принятие

По мере того как мы идем вовнутрь и исследуем себя, мы начинаем видеть в себе вещи, которые зачастую не так-то просто принять. И неудивительно. Ведь глубина нашего бессознательного заставляет нас избегать видения самих себя. «Наши проблемы»: привычки и одержимости, нечувствительность к другим и сценарии, причинение вреда самим себе и устойчивое повторение определенных стереотипов поведения – больно признавать. Мы постоянно соскальзываем обратно в наши состояния детства – в стратегии, чувства безнадежности, требовательность, различные защиты, в стыд и шок. Когда это происходит, стыдящий ум всегда готов нас осудить. При осознании чего-то внутри, что нам не нравится, естественный импульс – захотеть это изменить.

В медитативном подходе к исцелению перемены вторичны. Важнее всего, чтобы мы наблюдали и принимали то, что есть, как ученые-исследователи души и внутреннего мира. Наблюдение и принятие – инструменты поиска. Если мы нацелены на то, чтобы что-то изменить, мы не живем от момента к моменту и не можем открыть самих себя. В этом случае мы будем продолжать добиваться успеха и потом терпеть поражение, стыдить себя, идти на компромисс со своим достоинством, быть нечувствительными, бессознательными и безответственными снова и снова. Нелегко наблюдать все это. Мы бы предпочли, чтобы это прекратилось.
Согласно моему опыту, настоящие перемены происходят только медленно и постепенно. Они происходят сами собой, как только мы обретаем способность наблюдать и принимать.

4. Присутствие

Присутствие – это суть медитации, означающая умение оставаться в моменте, наблюдать и чувствовать его таким, какой он есть. Однако наши страхи, паника и недостаток доверия делают присутствие чрезвычайно трудным.
Когда я начал медитировать, я прилежно концентрировался на том, чтобы наблюдать свое дыхание, мысли и ощущения в теле в точности так, как инструктировали меня мои учителя. Я всегда был хорошим, усердным студентом И я оценивал себя, опираясь на то, насколько качественно я это делал. Если же я был беспокоен или невнимателен, то, конечно, я себя осуждал. При этом я никогда не осознавал, что мое беспокойство является проявлением страхов моего Внутреннего Ребенка, которые провоцировались то по одной, то по другой причине.

Открытие в моем Ребенке такого явления, как паника, сделало практику медитации для меня совершенно другой историей. С тех пор я осознаю, откуда берется большая часть моей отвлеченности, тревоги и недостатка покоя ума, и не только когда я сижу в медитации, но и все время. Эти моменты подвергают испытанию мою способность оставаться присутствующим с тем, что есть, – со всей паникой моего раненого Ребенка. Работа с Внутренним Ребенком принесла мне совершенно новое понимание присутствия и медитации – более трудное, но и гораздо более богатое и живое.

Согласно моему опыту, мягкая решимость оставаться присутствующим глубоко целительна для Внутреннего Ребенка. Наши страхи отсоединяют нас от самих себя. Но когда мы учимся оставаться присутствующими, это исцеляет рану. Быть присутствующим легко, когда мы чувствуем себя внутри комфортно и безмятежно, но чрезвычайно трудно, когда в нас провоцируются боль или страх.
Обычно, когда что-то воздействует на нас эмоционально, мы ощущаем это в животе. У большинства из нас этот механизм в детстве был разрушен или признан недостоверным. Его отсутствие мешает нам оставаться с нашими чувствами в каждое мгновение. Признание достоверности чувств и уважение к себе начинается с узнавания, позволения и принятия в каждое мгновение всего, что бы ни происходило в теле и особенно в животе. Именно так мы начинаем возвращаться домой. Первый шаг – еще до того, как мы что-то выразим, – соприкоснуться с этим внутри.

Присутствие – это несудящая осознанность. В то мгновение, когда я признаю действительным то, что происходит, вместо того, чтобы судить себя за то, что не чувствую что-то другое или чувствую «недостаточно», я создаю пространство, которое позволяет открыться чему-то большему. Поскольку у меня не было этого пространства в детстве, и я не давал его себе во взрослой жизни, мне пришлось начать заново.

Теперь «Чувствуй это и делай то-то и то-то!» превращается в «Давай просто посмотрим, что там внутри происходит». Теперь я могу почувствовать «одеяло» стыда, и отследить его возникновение и отношение к какому-то событию, разговору, полученному от кого-то унижению или разочарованию. Я могу начать чувствовать боль или гнев оттого, что подвергаюсь унижению и чувствую стыд, и отзываться на это своими чувствами. Я могу также заметить, как часто и когда моя энергия «протекает». Это происходит в те моменты, когда я иду на компромисс, предавая мое чувство собственною достоинства ради уважения, одобрения или любви. Я замечал, что провоцировало эту «утечку». И просто культивируя осознанность и осведомленность о происходящем, я способствовал тому, что «утечка» закрывалась. Начальной точкой этого процесса было признание важности оставаться присутствующим.
Не важно, что написано. Важно - как понято.
Аватара пользователя
Соня
***************
***************
 
Сообщения: 3013
Зарегистрирован:
01 апр 2017, 11:23
Откуда: Москва
Благодарил (а): 36 раз.
Поблагодарили: 95 раз.

Re: 12. Психология развития

Сообщение Соня » 29 июн 2020, 11:54

Изображение


5. Центрирование

Возможно, наш самый большой вызов в исцелении Внутреннего Ребенка – просто научиться давать себе пространство, чтобы чувствовать, не реагируя вовне. Мы называем это «сдерживать чувства». Вместо того чтобы реагировать, мы можем просто оставаться с тем, что мы чувствуем, позволяя этому быть глубже и продолжая наблюдать. В этом случае происходит нечто совершенно поразительное. Что-то внутри начинает расслабляться.
Когда приходят некомфортные чувства, каждая клетка нашего тела хочет их отключить, наш ум начинает придумывать всевозможные ужасающие мысли, и мы находим способ сбежать. Игнорируя эти мысли и игнорируя наш импульс бежать или желание бороться, мы взращиваем наше медитативное состояние сознания. Этот процесс трансформирует, но при этом требует определенной способности оставаться центрированным.

Стыд отнял у нас контакт с центром нашего существа. Сонастраивание с ощущениями в теле и внизу живота постепенно и последовательно приводит нас обратно в центр. Связь с центром – это источник нашего самоуважения и заземленности. Она позволяет нам сдерживать панику и не реагировать на нее. это происходит очень медленно. Иногда я чувствую, что меня просто ошеломляет паника, и тогда требуется каждый грамм осознанности, чтобы наблюдать. Однако все же есть ощущение, что время, потраченное на замедление, сидение в молчании и сонастраивание, исцеляет меня от шока. Я чувствую, что должен быть терпелив.

6. Терпение и доверие

В мире медитации совсем другое ощущение времени «Сидя в молчании, ничего не делая, приходит весна, и трава растет сама по себе».
в исцелении нашего Внутреннего Ребенка ничто не происходит быстро. Это медленный, деликатный процесс. То же самое верно и в отношении медитации. В обоих случаях: во внутренней работе и при вхождении глубже в медитацию – нужно просто наслаждаться процессом. Мы можем проводить долгие периоды времени, не замечая никаких очевидных перемен. Но вот приходит время, и совершенно внезапно что-то драматически меняется: наша работа сдвигается с мертвой точки, усилия приносят реальные плоды.
Терпение приходит из глубокого доверия, из знания, что все, чему предназначено случиться и чему нужно случиться, в свое время произойдет. Терпение и доверие сплетаются друг с другом. Когда я сижу в медитации, я чувствую качества вневременности, замедления и центрированности, и это мало-помалу учит меня терпению и доверию. Никакой спешки, никакой повестки дня, ничего, кроме этого мгновения. Перенесенное на арену отношений и исцеления от зависимостей, это качество оказывает глубочайшее воздействие.

На каком-то уровне наш Внутренний Ребенок всегда будет оставаться в голоде и панике. Перемены касаются лишь того, что наша способность сохранять медитативное состояние становится более сильной, а доверие – более глубоким. мы развиваем пространство доверия в целом. такое состояние. растет вместе с медитацией. Никто не может мне этого дать, я должен найти это внутри. Это поиски сокровищ. Именно это спокойствие в самом ядре нашего существа затмевает все наши эмоциональные травмы, страхи и сомнения.

Переходя от паники к медитации

Медитация дает нам внутреннее пространство, чтобы осознанно и спокойно оставаться со страхом и болью. Жизнь может наносить нам ошеломляющие удары. Но вместо того, чтобы чувствовать себя беспомощной жертвой, страдающей от злого умысла других людей и самой жизни, Мы можем перестать цепляться и быть этой жертвой. Возникающая боль может вызвать в нас горечь. Однако, если мы будем считать боль благословением, которое приводит нас глубже вовнутрь, она может быть наполнена смыслом.

Начиная уделять время тому, чтобы идти вовнутрь и чувствовать, что там находится, мы воспитываем в себе способность слушать. Мы становимся более чувствительными к нашим собственным потребностям и чувствам. Прежде чем развить медитативное сознание, все, что у нас действительно есть, это охваченный паникой Ребенок, прикрытый бессознательным, избегающим, компенсирующим «Взрослым». Медитация превращает этого «Взрослого» в настоящего взрослого. Медитативность сознания позволяет нам обнять нашего Ребенка энергией, которая дает ему возможность почувствовать себя признанным, любимым и защищенным. Медитация – это празднование нашей природы. Чем более мы культивируем это внутреннее пространство, тем более оно открывается и постепенно становится тем, в чем мы нуждаемся и чего жаждем. Со временем медитация становится неотъемлемой частью того, как мы живем, – не просто практикой, которой мы занимаемся несколько минут в день, но образом жизни. Осознавание тела, мыслей, чувств и действий оказывается в центре внимания нашей жизни.


Медитация
Взращивание свидетеля

запишите на магнитофон и прослушайте.
Начните с того, чтобы найти удобное положение тела.
Закройте глаза и сделайте глубокий вдох, глубоко вдохните и выдохните. Позвольте себе расслабиться, направляя внимание вовнутрь, начиная замедляться и расслабляться... Если возникает сонливость, просто мягко предложите себе оставаться бдительным и внимательным, бдительным и осознающим, когда расслабляетесь и входите вовнутрь.

Теперь пусть внимание сосредоточится на дыхании. Начните наблюдать дыхание. Отмечайте, как оно входит в тело и покидает его, совершенно вне вашего контроля... Входит и покидает, совершенно само собой... Наблюдая дыхание, начните чувствовать, что попадаете в его естественный ритм – вдох, выдох. С каждым мгновением, новое дыхание, вдох, выдох, подъем, падение.

Видя дыхание: входит вдох, выходит выдох, совершенно само по себе, – вы можете отпускать необходимость контролировать, отпускать идею, что постоянно нужно что-то направлять, или контролировать, или защищаться. Отпуская... Дыхание входит в тело и покидает его, совершенно само собой. Оно вошло в тело в момент вашего рождения и уйдет из тела в момент смерти. Оно приходит и уходит само собой, под властью громадной силы, внушающей благоговейный трепет, несопоставимо большей, чем ваша собственная.

Дыхание может привести вас в место, где вы можете наблюдать, просто быть свидетелем. Продолжайте просачиваться в это внутреннее пространство, находящееся глубоко внутри, пространство, где вы можете наблюдать, просто наблюдать. И в этом глубоком пространстве внутри позвольте своим суждениям и мнениям отпасть. Просто станьте наблюдателем. Почувствуйте покой, который приносит позволение, когда мы начинаем отпускать и падать в свидетельствование... Чувствуя покой, который приходит при падении в свидетельствование... Внимательно наблюдая-Отступая и наблюдая, вы можете увидеть и свой ум, наблюдать то, как он свивает одну мысль за другой, наблюдать ум со всеми его сложностями, занятостями, беспокойствами...

Простое наблюдение мыслей... не нужно ничего делать. Просто свидетельствование. И когда дыхание приводит вас в пространство свидетеля, вы можете начать отсоединяться от интенсивной драмы своей жизни – видя ее, чувствуя ее, но теперь – просто наблюдая. Осознание, что в вашей жизни все разворачивается точно так, как и должно быть, – ни во что не нужно вмешиваться, только наблюдать... И по мере того, как вы отступаете в свидетеля, вы можете начать чувствовать безмятежность этой непривязанности, расслабление глубоко в своем существе.

Что бы ни приходило в ум, просто наблюдайте. Если вы замечаете, что судите каким бы то ни было образом, позвольте себе наблюдать даже суждения. Вы просто наблюдаете судящий ум. Отступив во внутреннего свидетеля, вы можете найти огромные силы, чтобы справиться с трудным временем... Найти место, где можете просто дышать и наблюдать, где не нужно ничего делать.

Наблюдая, оставаясь центрированным... Центрированным и остановленным, позволяя себе справляться с ситуациями, оставаясь в полном покое... Приходят мысли, приходят чувства, и вы просто наблюдаете... Это пространство, пространство внутреннего свидетеля, есть внутри каждого из нас, и оно ждет, чтобы его открыли. Уделите сейчас время тому, чтобы замедлиться и расслабиться, чтобы отсоединиться от затуманенной скоростью жизни, от неразборчивой привычки думать. Не принимая всерьез мысли, не принимая всерьез ничего... Уделите это время тому, чтобы отступить и расслабиться, чтобы прекратить непрерывное «делание» и просто быть в наблюдении, позволении... Оставайтесь в моменте, прямо здесь, прямо сейчас... Утверждаясь в каждом дыхании, в каждом мгновении... Очень просто.

Теперь пусть внимание вернется к дыханию. Наблюдая, как дыхание входит и покидает тело, смотрите на то, как низ живота поднимается и падает с каждым вдохом и выдохом... Поднятие с вдохом, падение с выдохом... Происходит постепенное возвращение в тело... Чувствование тела... Возвращение, очень медленное и постепенное... Глубокий вдох – возвращение, в полной бдительности и пробужденности.


Медитация
Возвращение в низ живота


Закройте глаза.
Позвольте себе принять удобную позу, чтобы руки и ноги были расслаблены и лежали удобно.
Теперь мягко войдите вовнутрь и начните расслабленно дышать, наблюдая вдох и выдох. Все более концентрируясь на дыхании, чувствуйте мягкие подъемы и падения живота, поднимаясь с вдохом, опускаясь с выдохом. Постепенно и мягко, вдыхая и выдыхая, поднимаясь и опускаясь, дышите. Очень расслабленно, очень легко.

Очень-очень медленно и постепенно позвольте своему вниманию прийти в живот. Наблюдайте, чувствуя живот, чувствуя подъем и падение, чувствуя вдох, чувствуя выдох, чувствуя живот.
И когда вы сосредотачиваетесь внизу живота, чувствуя живот, посмотрите, можете ли вы позволить, чтобы образовалось пространство в животе. Вообразите, что живот – это большой котел, очень просторный, очень расслабленный... Давая пространство, пространство для всех чувств, всех мыслей, всех ощущений, которые приходят с полным принятием Никакого суждения, просто принятие...

Позвольте себе визуализировать этот большой котел в животе. Это место, где вы можете содержать все чувства. Котел достаточно большой, чтобы содержать каждое чувство, которое возникает. Это место, чтобы содержать чувства и наблюдать их. Какими бы ни были сильными чувства, вы можете удерживать их прямо здесь, в животе. Позволяя этому быть, без суждения.

Теперь визуализируйте в центре живота пламя свечи, горящее очень сильно и очень ровно. Вообразите, что всюду вокруг этого пламени бушуют ураганы эмоций, мыслей, любой возможный хаос, но ничто не может потревожить это пламя. Что бы ни происходило вокруг, оно продолжает гореть так же ровно, сильно и ярко. Его ничто не может коснуться. Позвольте себе чувствовать интенсивность этого пламени и его безмятежность.

Наш центр – точно как это пламя свечи, и качество этого пламени присуще нашему наблюдателю. Он присутствует, видит, чувствует, позволяет, но остается спокойным и расслабленным. Никакого суждения, никакой необходимости реагировать, никакой необходимости в панике... Просто наблюдая, чувствуя, позволяя. Центрированный, расслабленный, спокойный, собранный. Это место, которое есть в каждом из нас, и которое только и ждет, чтобы раскрыться, ждет, чтобы его открыли.
А теперь – глубокий вдох, и позвольте себе, очень мягко, вернуться... Постепенно возвращайтесь, глаза открываются...
Не важно, что написано. Важно - как понято.
Аватара пользователя
Соня
***************
***************
 
Сообщения: 3013
Зарегистрирован:
01 апр 2017, 11:23
Откуда: Москва
Благодарил (а): 36 раз.
Поблагодарили: 95 раз.

Re: 12. Психология развития

Сообщение Соня » 29 июн 2020, 11:56

1. Риск быть уязвимым

Все мы так или иначе скрываем что-то, что запирает нас внутри, в изоляции и самоосуждении. наш стыд окружает стена молчания. Чтобы разрушить эту стену молчания, мы должны выражать и говорить то, о чем не говорят. Такая перспектива может вызывать ужас, но как только мы это делаем, с нашей души снимается огромный груз. Кроме того, наш стыд блокирует центр горла. Он создал такой энергетический ком в горле, который мешает нам выражать себя. Когда мы рискуем раскрыться и выражаем себя, это помогает нам исцелить рану стыда.
В моей раненой психике и, как я подозреваю, в психике каждого Антизависимого есть глубоко закопанное верование, что никто никогда не будет рядом, если я откроюсь. Мой Ребенок был так глубоко спрятан и укрыт, что даже не знает, как это было, когда кто-то был рядом.

2. Риск честности

В результате такого рода нечестности страдает наша жизненная энергия. Чтобы научиться быть честным, необходимо решительно расстаться с прошлыми представлениями о том, какими нам нужно быть с людьми. Для всех нас, кто идет наружу из стыда и шока, одна из самых трудных вещей – выражать нашу правду и сталкиваться с кем-то, даже если нам больно.
Это всегда танец между испуганным Ребенком, которому нужны безопасность и защищенность, и свободой искателя, который хочет истины. Нам нужно научиться интегрировать то и другое и быть к тому и другому чувствительными. Стыд научил нас терпеть низкий уровень честности, потому что мы привыкли к низкому уровню личной целостности и самооценки.
Наше раненое «я» просто не верит, что выживет, живя честно. Однако, как только мы решаем, что нам не нужно продолжать жить с этим негативным, основанным на стыде образом себя, все меняется. Мы начинаем себя уважать, если начинаем жить честно.

3. Риск быть живым

никогда во всей вечности не будет точно такого человека, как каждый из нас Все мы должны открыть собственную индивидуальность и мягко и любяще ее прожить. Многие ли из нас когда-либо осознают и проживают эту истину в наших жизнях? У нас всех есть выбор из мгновения в мгновение быть присутствующими и живыми. Но стыд из прошлого заставил нас низвести самих себя и свою жизнь до пустой упрощенности. Часто мы сводим к минимуму драгоценность каждого мгновения, в которое можем быть живыми, не признаем и не ценим красивый и уникальный вклад, который нам предназначено было внести нашим творчеством, и не чтим важности каждой из наших близких связей.
Мы можем остановить разрушительные образцы, исцеляя стыд
Мы будем неизбежно двигаться в сценарии до тех пор, пока не освоим урок. Мы должны принять эти уроки не только интеллектуально, но энергетически — чувствуя стыд и шок. Наше высшее сознание знает, что мы пришли в мир ради роста, и создает ситуации, чтобы нас вдохновить.


Месть

Теперь мы подходим к темному рыцарю (и ночи) в игре проекций – в пространство, где мы ждем возможности отомстить. Кто-то сказал однажды, что все отношения – это на девяносто девять процентов месть. Я думаю, это лишь немного преувеличено. Объем энергии, которую мы с детства удерживаем внутри в обидах и невыраженной ярости, очень велик и часто неосознаваем, пока не выйдет на поверхность в отношениях. Подавив в детстве ярость унижения, насилия и предательства, мы словно ходим с упаковкой динамита в ожидании, когда же подвернется выходить в смертоносных формах – в виде словесного или физического насилия, подшучивания, сарказма, снисходительности, «усыновления», резкого отчуждения, сравнения и прочем случай поджечь запал!
Вся ярость внутри начинает
Мы можем работать над исцелением энергии мести, только если осознаем, что она есть. работая над этим, я могу чувствовать энергию мести все сильнее. Она очень глубока, когда спровоцирована, и кажется почти бесконечной. Все же стоит выразить эту энергию, и она сразу же меняется.
У каждого из нас свой собственный способ выражать месть или позволять просочиться наружу всем нашим подавленным обидам за прошлые раны.

Продолжать расследовать отрицание
Наши потребности не уходят, даже если мы показываем видимость силы. Если мы сможем обнять своего нуждающегося Ребенка и начать чувствовать и принимать голод, страх и боль внутри, мы возвратимся к самим себе и снова в обмен получим любовь от других.


Исцеление солнечного сплетения

За неспособностью устанавливать пределы с другими стоит страх потерять их любовь, страх, что они разозлятся на нас, прервут контакт или разрушат правду того, что мы скажем. Этот голос говорит что-то похожее: «Если я выскажу, как себя чувствую, или буду утверждать себя, меня накажут, мои слова потеряют действительность, от меня отвернутся, я подвергнусь вторжению, агрессии, ярости или насилию». Из-за стыда мы просто теряем связь с собственными чувствами и пространством. Наши потребности в любви и одобрении были так отчаянны, что мы их сжимали в меньшее и меньшее пространство. Мы приглашаем вторжение, потому что не проживаем свою энергию. Когда вторжение происходит, мы его не осознаем и продолжаем усиливать внутреннюю программу, что наши границы недостаточно важны, чтобы кто-то их соблюдал. Для раненого Ребенка самоуважение кажется гораздо менее важным приоритетом, чем любовь. Любовь и внимание – это вопрос жизни и смерти, самоуважение – роскошь.
Но для нашего существа самоуважение – сама кровь и плоть. Находясь в своей стыдящейся части, я автоматически действую из состояния страха и вины, не желая поднимать волны, чтобы не рисковать получить негативный отклик.

Стадия 1
Признание, что в нас вторгаются, и переоценка границ
Научиться заново уважать собственные границы означает для меня нескончаемый процесс возвращения к самому себе и восстановления доверия к ощущениям внизу живота. Тело знает, когда что-то по ощущениям неправильно.

Стадия 2
Чувствование и работа с огнем

Если наша способность чувствовать и выражать гнев подавлена, мы отсечены от собственной силы и вынуждены подавлять себя и погружаться в унижение. После того, как я начал оправляться от шока, на поверхность стала выходить скрывающаяся под ним ярость. В этой стадии процесса самоуважения мы учимся чувствовать и выражать гнев, не теряясь в обвинении или реакции.
Соприкосновение с зарядом
Научиться говорить «нет» и восстанавливать самоуважение можно, соприкоснувшись с яростью за все унижение и вторжение, которое наш Ребенок удерживает внутри. Вопреки любой стратегии выживания, которую мы разработали, чтобы справиться с нападением на нашу целостность, Ребенок внутри нас не забывает ни одного оскорбления. Куда девается вся эта затаенная обида? Остается внутри – погребенная под чувством вины и страха. Затем она просачивается наружу всевозможными косвенными путями – в виде пассивной агрессии, уныния, стервозности, жалоб, сарказма и насилия. Мы начинаем создавать ситуации, которые провоцируют пробуждение этой ярости. Работать с ней творчески, как только она спровоцирована, – наше дело.

Я затаил гнев и обиду. Со временем я смог увидеть, что во мне затронута глубокая внутренняя рана чувства игнорирования и неуважения. Годами подавленный во мне гнев вынес из «подвала» ситуации, когда я не признавал себя и свое творчество. Я был зол на себя за все случаи, когда недостаточно уважал себя или не мог за себя постоять, и был в бешенстве на всех, кто, по моим ощущениям, не «видел» меня или обходился со мной неуважительно.
Такого рода раздражители возникают во всех наших значимых отношениях, особенно в любовных. Если любовные партнеры никогда не ссорятся, значит, что-то подавлено. Мы неизбежно жмем на кнопки друг друга и провоцируем болезненные состояния.

Работа с зарядом
Наши отношения провоцируют гнев, потому что мы нуждаемся в том, чтобы вывести энергию из подавления и вновь предъявить на нее права. Но как справиться с этим огнем, когда он спровоцирован? Чтобы исцелить солнечное сплетение от подавленности, нам нужно почувствовать это естественное ощущение «НЕТ!» каждый раз, когда наши границы нарушаются. Но как это сделать?
Мы должны заново разжечь заряд, работая над тем, чтобы снова соприкоснуться с гневом, который был подавлен. Чтобы воссоединиться с этой энергией, неважно, кричим ли мы на кого-то или на подушку. Но в реальности, когда спровоцированный гнев выходит наружу, нам нужно пережить период, в который мы реагируем и выбрасываем его на провокатора. Я знаю, что так делал. Если я останавливался, чтобы подумать о «правильном» способе работы с гневом, он возвращался обратно в подавление. Реагирование, кажется, помогло мне его почувствовать.
Но, реагируя и вопя на тех, кто служит раздражителем гнева, мы тем самым не исцеляем стыд и не восстанавливаем самоуважение. Исцеление начинается, когда мы возвращаемся к самим себе, вырастая из стадии реакции на использование в просто чувствование и доверие к себе. Вырастая от защиты к центрированности. В первом случае мы, по сути, просто подкармливаем негативные привычки к реакции и гневу и находим причины, чтобы оставаться защищенными. Во втором – мы открыты сами с собой для того, чтобы узнать свою подлинность и увидеть, где защита больше не нужна.

Стадия 3
Установление пределов – утвердительно и уязвимо

Пережив процесс исцеления солнечного сплетения и открыв заново собственную ценность и самоуважение, мы приходим к точке, в которой способны быть утверждающими, центрированными и сильными так, что к этому не примешиваются проекции, и на смену реактивности приходит уязвимость. Утвердительность и уязвимость – две составляющие того, как мы в этом исцеленном состоянии устанавливаем пределы, уместные в различных ситуациях.

1. Центрированный Отклик
Отклик из пространства центрированности – естественный результат ясности того, что мы хотим, что нам нужно, и что мы чувствуем. Цель этого – не ранить, не унизить, не атаковать или наказать другого, а внести в ситуацию больше осознанности, оставаясь в состоянии интегрированности и самоуважения. Когда я соединен с центрированной утвердительностью, энергия остается у меня внизу живота Я могу чувствовать или не чувствовать гнев, но он не затуманивает мою ясность.

2. Установление пределов с уязвимостью
Подъем подлинных сил и самоуважения не придет, пока мы не почувствуем стоящей за гневом боли и не сможем ее выразить. Внутри всегда остается напряжение, и, может быть, наша сила основывается только на способности сказать «нет». И она все еще основана на реакции и недоверии. Настоящий подъем сил приходит из пространства внутреннего расслабления, из того, чтобы снова доверять и позволить себе быть уязвимыми, даже когда нет гарантии, что с нами обойдутся так, как нам бы хотелось. Энергетически это означает упасть из солнечного сплетения, где живут гнев, реакция и защита, в низ живота, где мы можем соприкоснуться с собственной уязвимостью и болью.

Постепенно я начинаю видеть, насколько глубока и стара у меня внутри рана чувства недоверия и неуважения к себе. Она все еще исцеляется. Она легко провоцируется каждый раз, когда кто-то в моей жизни нажимает на ее кнопку. К ярости начинает примешиваться грусть о маленьком мальчике, у которого было так мало уверенности и доверия к себе, что он перестал считать действительными права на свои чувства. Приходят слезы о маленьком мальчике, которому пришлось много бороться, чтобы найти самовыражение и защитить себя. Как перенести все это обратно на арену установления пределов? Безопасно ли – или даже уместно ли – выражать обиду и уязвимость? В любовных отношениях и с близкими друзьями я лучше всего взаимодействую, когда могу сказать: «Мне больно», или: «Мне больно, когда ты...» Помогает уделить время тому, чтобы спросить друг друга, есть ли у нас сейчас пространство, чтобы поговорить о своей боли и о том, что нам не нравится.

В любовных отношениях или с друзьями углубление близости зависит от способности установить пределы из пространства мягкости и доверия. Все мы стараемся внести в жизнь как можно больше любви, и так много зависит от того, чтобы оставаться открытым, даже когда мы чувствуем, что в нас вторгаются и с нами обращаются неуважительно. Недавно у меня случился конфликт с двумя друзьями.

Я ожидаю от окружающих, особенно от тех, кто мне близок, чтобы они были со мной чувствительными, справедливыми и честными. И когда они не такие, я чувствую себя преданным. Эти ожидания были для меня способом оставаться в регрессии и инфантильности. Мой Ребенок внутри не хочет признавать и смотреть в лицо тому, что мир просто не всегда честен, справедлив и чувствителен.

Более того, я был – и в каком-то смысле остаюсь до сих пор – в зачарованном состоянии надежды, что люди, которым я откроюсь, не причинят мне боль. Вместо того чтобы видеть каждого человека и ситуацию как есть, я проецировал на них собственные надежду и требовательность. И это много раз создавало для меня трудности. Не желая видеть ясно, я входил в отношения с любимыми и друзьями из пространства регрессировавшего Ребенка, который хотел, чтобы с ним обходились справедливо. Если мне удается найти храбрость и решимость поделиться обидой, я обычно чувствую себя понятым и воспринятым.

... Я не осознавал, насколько он раздражал внутри меня рану неуважения к себе и чувства неполноценности, и был слишком горд, чтобы ему в этом признаться. Я нуждался в том, чтобы прийти в соприкосновение с собственной проекцией, отбросить гордость и обнажить себя. Часто, когда мы чувствуем, что в нас кто-то вторгся, мы также что-то отчаянно ждем от этого человека и не соприкасаемся с этим желанием. Именно это желание провоцирует стыд, но мы или слишком горды, или слишком упрямы, чтобы его увидеть. Просто установить пределы недостаточно, потому что тогда мы не подходим к самому корню.

Во всех этих случаях важно понять, что наше самоуважение не зависит от того, как мы себя ведем с другими. Оно зависит только от того, как мы себя ведем в отношении самих себя.

В этой последней стадии установления пределов приходит осознание, что наши отношения с другими – не борьба, но возможность чувствовать уязвимость. Когда исцелено солнечное сплетение, у нас больше нет потребности доказывать, что мы можем защитить раненого Ребенка от дальнейшего насилия. Заряда нет, война кончена, и к нашим откликам больше не примешиваются никакие реакции из подавленных скрытых обид. Когда мы чувствуем, что в нас вторгаются, но есть пространство, чтобы выражать боль, мы это делаем. Если пространства нет, мы можем быть в центрированной утвердительности.

Стадии, которые я описал, – взаимопересекающиеся части длительного процесса. Часто я все же не достигаю ясности и нереактивности. Внутри меня все еще есть гнев. Я обижаюсь, резко обрываю контакт, делаю недовольную гримасу, мщу или наказываю – словом, делаю все те вещи, которых не стал бы делать, если бы был осознанным. Но я могу все это наблюдать с несколько большего расстояния. И вместо того, чтобы оставаться в шоке и скрывать обиды, я начинаю чувствовать и говорить. В большинстве случаев теперь я способен выражать боль.
Способность чувствовать энергию и выражать боль кажется основным источником восстановления самоуважения. Я нахожу, что мы приходим к точке, где можно видеть, что никто нами не «пользуется». Сама эта идея – все еще следствие стыда и шока. Это часть транса. Чтобы из него выйти, нужно по-новому ощутить себя – почувствовать свой центр и достоинство. Вместе с этим, постепенно, станут все меньше и меньше паранойя и недоверие. По мере исцеления мы становимся способными прямо говорить, что чувствуем. Исцеление – это выход из реакции, защиты и нападения в уязвимость; смещение из солнечного сплетения в низ живота.
Не важно, что написано. Важно - как понято.
Аватара пользователя
Соня
***************
***************
 
Сообщения: 3013
Зарегистрирован:
01 апр 2017, 11:23
Откуда: Москва
Благодарил (а): 36 раз.
Поблагодарили: 95 раз.

Re: 12. Психология развития

Сообщение Соня » 29 июн 2020, 11:56

Стадии самоуважения

1. Признание действительности шока и стыда.
2. Бешенство и реакция.
3. Центрированная утвердительность: «Я не согласен, когда...», или способность делиться болью и обидой: «Мне больно, когда...»
Новый образ себя
Работая со стыдом, я обнаружил, что был глубоко отождествлен с ним. Я был человеком, который мог и должен быть униженным. Потом превратился в человека, который должен постоять за себя, чтобы им никто не пользовался. Все это было частью состояния жертвы и стыдливого образа себя. Отождествленный со стыдом, я жил так, что это не приносило самоуважения и еще более укрепляло стыд. Работа со стыдом что-то изменила. Я перестал думать о себе как о полном стыда человеке.
Пока раны стыда остаются неисцеленными, мы воссоздаем «обидчиков» в других, повторяя более ранние опыты. Проблема не в них. Проблема в нашей собственной нарциссической обиженности, в ране, нанесенной самоуважению. Исцеление приносит соприкосновение с болью внутри и постепенное установление достаточной внутренней центрированности. Мы останавливаем внешнее насилие, проделывая внутреннюю работу, узнавая и чувствуя стыд, приходя к лучшему ощущению себя и лелея раненого Ребенка внутри.

С ростом внутреннего пространства в нас растет способность исследовать собственную неосознанность. .

Мы на пути к исцелению, и значительная часть этого исцеления состоит в принятии, что мы все еще временами бессознательны. Это происходит постепенно, как часть общей решимости внести в мою жизнь больше осознанности и света. Я должен позволить себе обилие пространства, чтобы совершать ошибки и быть бессознательным, зная, что испуганный Ребенок не сознателен и одержим осуществлением своих потребностей. С более глубоким пониманием и медитацией страхи становятся преодолимыми и начинают терять власть.

Принимая страхи
С тех пор как я начал принимать страхи и работать с ними, я осознаю их почти повсеместно. Я пришел к тому, что открыться им – очень важная часть моего духовного путешествия к мягкости и познанию себя.

Страхи слияния
Страхи слияния могут быть ужасающими. Они касаются наших страхов потерять себя.

Я научился наслаждаться тем, что что-то делаю, но гораздо труднее было научиться «быть». Интимное выражение гораздо ближе к тому, чтобы делиться бытием, чем «деланием».

Позволение – путешествие в Любовь и Одиночество
Чтобы начать отпускать стратегии контроля, мы должны доверять. Доверять тому, что существование обеспечит нас тем, в чем мы нуждаемся. Для меня это постоянная медитация. Это означает открыться незащищенности, страху не получить то, что я хочу, и всем остальным страхам, которые вытекают из этого. Если я отпущу попытки контролировать или манипулировать внешним, мне придется принять страхи и чувствовать их. Я делаю сознательный выбор идти в них.

Перемещение из позиции «жокея» в позицию «седла»

По контрасту, когда мы снова утверждаемся в собственной силе, даем себе пространство, чтобы чувствовать, наблюдать и позволять, мы описываем это выражением «опуститься в седло». В этой позиции мы восседаем в самих себе, в нашем внутреннем кресле, и постоянно отключаем инстинктивный импульс реагировать. «Опуститься в седло» значит позволение и отпускание. Когда мы даем себе такого рода пространство, у нашего разума и интуиции есть время, чтобы действовать. Мы даем пространство внутреннему знанию, чтобы откликнуться на раздражитель любым способом, который окажется подходящим.
Я внимательно наблюдаю этот механизм в отношениях. В те моменты, когда я чувствую себя непонятым или подозреваю, что мной манипулируют, меня атакуют, я чувствую себя брошенным, мне так непреодолимо хочется пуститься в обвинения и борьбу или удалиться в привычную самоустраненность. Я могу чувствовать это как тягу защищаться, отталкивать или мстить. Без осознанности в эти моменты я буду двигаться автоматически в «позицию жокея», движимый древним стремлением к выживанию. Я могу почувствовать, как центрируется в солнечном сплетении энергия борьбы, защиты, желание ударить или сдаться. Мой ребенок внутри говорит: «Смотри, опять то же самое. Никто меня не понимает, я совершенно один, и если я себя не защищу, мной воспользуются». Энергия обиды, гнева или отступления – старый фильм, основанный на травмах детства, от которого я убегал и который смотрел уже много раз.

Для моего роста нет ценности в том, чтобы оставаться в обусловленности. Я хочу рискнуть и попробовать что-то новое, сознательно остановить реакцию из солнечного сплетения и позволить энергии упасть в низ живота. Это означает отпустить желание изменить внешнее и идти вовнутрь и чувствовать. В седле, внизу живота, у меня больше пространства, чтобы осознавать, чем спровоцированы мои раны неудовлетворенности и брошенности, и оставаться с этими чувствами.
Вместо того чтобы реагировать, я говорю другому что-то вроде: «Я чувствую, что мы начинаем вовлекаться в борьбу. Я не хочу вступать в борьбу. На самом деле, меня просто ранило, что ты сказал(а), потому что...» Или: «Я чувствую себя так, словно прямо сейчас должен защищаться, потому что боюсь, что...» В эти моменты мы на самом деле уводим энергию из солнечного сплетения и переносим ее вниз, в живот. В этом пространстве другой больше не чувствует, что подвергается нападению. Совершая этот ход, мы принимаем ответственность за то, чтобы прекратить борьбу. Если один из нас останавливается, перемещается в живот и хочет быть уязвимым, ссора прекращается.

Когда мы выбираем не реагировать, то тем самым приглашаем уязвимость. Реакция по своей сути направлена именно на то, чтобы не чувствовать себя беспомощными и уязвимыми. В любовных отношениях или с друзьями мы всегда хотим, чтобы другой стал уязвимым первым. Нам хочется оставаться в безопасности и защищенности, и мы ожидаем, что другой сделает первый шаг. Быть уязвимым первым больно для нашей гордости. Нам хочется быть на вершине, доказать другому, что он должен чувствовать раскаяние и видеть свои «мертвые зоны». Это глубоко пугает – отпустить потребность быть всегда правым и держать все под контролем. Тем не менее, у нас не может быть любви и медитации, пока мы держимся за желание быть правыми и контролировать, оставаясь в безопасности.

Обнимая страхи раненого Ребенка

Позволение приводит нас в уязвимость, а став уязвимыми, мы сталкиваемся со страхами раненого Ребенка. Испуганный Ребенок – первая остановка на пути к тому, чтобы сдаться существованию. Когда мы отбрасываем стратегии выживания, на поверхность выходит страх, потому что все они образовались, прежде всего, в результате страха и недостатка доверия. Следовательно, в позволении нет никакой ценности, пока мы не бережны со страхами нашего раненого Ребенка и не принимаем их как часть поиска истины. Прежде чем стать ближе со своим Ребенком внутри, я отталкивал эту часть себя, потому что считал ее регрессией, инфантильностью и самопотаканием. Позволение, которое мне удавалось, было скорее отступлением в безнадежности, чем подлинной капитуляцией. Чувствуя себя беспомощным, я притворялся, что мне все равно. Подлинное позволение – это когда мы вовлечены безмерно, но все же позволяем и отпускаем попытки изменить другого.
Отторгая нашего испуганного Ребенка, мы отщепляем от себя собственную уязвимость, и она словно переходит в «ничейную зону». Из этой «ничейной зоны» она продолжает оказывать мощное влияние, но делает это подспудно. Мы создаем внутреннюю расщепленность между «бунтарем» – исследователем, искателем приключений внутри – и своей уязвимой стороной, несущей страхи, неуверенность, восприимчивость и мягкость.

Обнять нашего раненого Ребенка – важная часть нашей работы над собой, которая требует большой заботы, терпения и доверия. Так легко бежать в реактивно-требовательного Ребенка – искусного политика и стратега. Многие ситуации, особенно в интимных отношениях, отражают, какую мы создали внутреннюю расщепленность между частями, которые справляются со страхами и их избегают, и частью, которая их в себе несет.
Не важно, что написано. Важно - как понято.
Аватара пользователя
Соня
***************
***************
 
Сообщения: 3013
Зарегистрирован:
01 апр 2017, 11:23
Откуда: Москва
Благодарил (а): 36 раз.
Поблагодарили: 95 раз.

Re: 12. Психология развития

Сообщение Соня » 08 июл 2020, 08:40

Кришнананда (Томас Троуб) - За пределы страха. Раскрытие любящего сердца.

Томас Троуб, доктор медицины (Кришнананда) — американский терапевт и психиатр, соединил в своей практике многие направления западной психотерапии с восточной духовностью и медитацией. За его плечами Гарвард и работа психиатром; изучение гештальт-терапии, праймал-тераиии, биоэнергетики, ребёфинга; жизнь в коммунах и буддистских ритритах в Америке, медитация, йога и семь лет ученичества и жизни рядом с Ошо, величайшим духовным мастером прошлого столетия.
Книга «За пределы страха» является естественным и важным продолжением его предыдущей книги «Лицом к лицу со страхом». Продолжая исследовать корни страха, с нежной поддержкой и заботой Кришнананда раскрывает перед читателем потрясающую возможность разрушить власть ограничений и стереотипов, которые преграждают дорогу к любви и радости в нашей жизни.
Глубокие прозрения, искренность и поддержка автора, многочисленные примеры из жизни, а также практические упражнения в конце каждой главы позволяют выйти в неведомый ранее мир радостной, подлинно творческой жизни и открыть сердце для любви.
Рассчитанная на самостоятельную внутреннюю работу, книга будет, безусловно, полезна и тем, чья профессия состоит в помощи ищущим: психологам, консультантам, педагогам, тренерам и др.
Для широкого круга читателей.

Полностью - тут:
http://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=1835480

Изображение


ЗА ПРЕДЕЛЫ СТРАХА Троуб

Кришнананда
(Томас Троуб, доктор медицины)

ЗА ПРЕДЕЛЫ СТРАХА Раскрытие любящего сердца

Любимому мастеру Ошо


Между нами и любовью стоят не только не исцеленные раны, но и наша с ними отождествленность. Глубоко поврежден сам наш образ себя, но мы верим, что это искажение и есть мы, и соответственно этому искажению живем. Мы отождествлены с раненым Эмоциональным Ребенком внутри.

Нелегко осознать в себе «лебедя», когда отождествленность с «уткой» очень глубока
Она устанавливалась в то время, когда мы только начинали формировать концепцию себя.

Меня стало гораздо менее заботить, что случилось в прошлом. Я более сосредоточился на наблюдении, как Эмоциональный Ребенок воздействует на мою сегодняшнюю повседневную жизнь. Как только близко соприкасаются с ранами внутри, фокус перемещается в настоящее. А фокус на настоящем означает, что мы видим, как и когда мы отождествляемся с Эмоциональным Ребенком, и замечаем каждый момент, когда нас захватывают стыд, страх или недоверие.

Подход, который я представляю в книге, — это довольно специфический метод наблюдения и понимания того, как действует в нашей жизни Эмоциональный Ребенок. Цель предлагаемого метода — не что-то изменить или исправить, но просто наблюдать и позволить всему быть. Этот процесс постепенно высвобождает нас из-под контроля и страха раненой внутренней части нас Одновременно с изучением того, как она управляет нашей жизнью, мы уменьшаем ее влияние, и у нас появляется выбор. Мы больше не реагируем автоматически, и нами не движет страх.
Я старался сделать главы как можно более краткими и простыми, и за каждой из них следуют конкретные упражнения для самостоятельного исследования личных опытов. Я предлагаю читать эту книгу не торопясь. Она написана почти как учебник, и каждая глава исследует определенную сторону нашей жизни. Чтобы изучить их, может потребоваться время.

...Настоящий сок жизни — внутри вас.
В это самое мгновение вы можете
обратиться внутрь себя,
заглянуть в себя.
Не нужно никакого поклонения,
не нужно никакой молитвы.
Все, что нужно, — это безмолвное
путешествие в собственное существо.
Я называю это медитацией,
безмолвным паломничеством в существо.
И в то мгновение, как вы находите свой центр,
вы нашли центр всего существования...
Ошо


Состояние ума Эмоционального Ребенка

. Мы полностью отождествляемся с Эмоциональным Ребенком, и нам даже не приходит в голову, что на самом деле мы — не он. Из-за глубоких детских ран большинство из нас всегда остается полными страха, стыда и недоверия. Мы создали образ себя, основываясь на переживаниях Эмоционального Ребенка. Но его качества — не часть нашей природы, они появились у нас в результате обусловленности и опытов, над которыми мы были не властны.
Пока у нас нет понимания или пространства отстраненности от страхов, потребностей и поведения Эмоционального Ребенка, жизнь остается несчастьем. Отождествленность влечет за собой большую часть проблем, с которыми мы сталкиваемся, особенно в близких отношениях.
. Но если бы мы немного лучше понимали, в каком ужасе находится Эмоциональный Ребенок внутри, у нас было бы гораздо больше сострадания к собственной одержимости. Особенно в связи с тем, что она есть у каждого.

Обычно мы в высокой степени отождествлены с этим состоянием ума Ребенка. Когда оно захватывает наше сознание — что может случиться в любой момент, когда мы чувствуем малейшее разочарование, неудовлетворенность или беспокойство, — это ощущается так, словно мы это и только это. Когда мы потеряны в реакциях, погребены под грудой ожиданий или ошеломлены неуверенностью и страхом, трудно себе представить, что внутри нас это касается только Эмоционального Ребенка Все двадцать лет, которые я провел со своим духовным мастером, его самым важным посланием, которое я вынес, было научиться наблюдать. Медитация, говорил он, — первое и единственное лекарство, которое у него для нас есть. Она исцелит все, что нас беспокоит, но ради того, чтобы мы продолжали слушать, он принужден изобретать причудливые упаковки, просто чтобы мы продолжали «покупать» лекарство. Внутри каждою из нас есть способность наблюдать, удерживать и понимать, и чтобы развить это искусство, нужна тренировка

Поначалу мы живем в состоянии ума Ребенка, и пространства, чтобы наблюдать происходящее, остается мало или вообще не остается. Мы движемся от раздражителя к реакции, как роботы, не понимая, почему ведем или чувствуем себя таким образом. У состояния Ребенка нет собственного сознания; оно — механическое, автоматическое и привычное. Но по мере того как мы наблюдаем и понимаем внутреннее пространство Эмоционального Ребенка, способность к свидетельствованию углубляется. И с ее углублением наше сознание становится более зрелым. Узнавая состояние Ребенка, мы можем относиться к нему так же, как к маленькому мальчику, который входит к нам в комнату и требует внимания. Мы не заставляем его замолчать и не просим его уйти. Это только создаст проблемы, потому что он просто пойдет куда-то и каким-то образом отыграется. Или замкнется в себе и спрячет весь энтузиазм и дарования, как сделали многие из нас Вместо подавления мы пытаемся понять его поведение и то, что за ним стоит. Мы предоставляем Эмоциональному Ребенку любовь и внимание. Мы наблюдаем его или ее без осуждения. Это не заставляет его уйти, но он перестает быть в нашей жизни мощной скрытой силой, неосознанно направляющей чувства и поведение.

Внутри нас всегда будет часть, которая останется испуганной и реактивной, недоверчивой и неуверенной. Но по мере того как наблюдатель в нас становится сильнее и растет наша зрелость, мы оказываемся от Ребенка на расстоянии. Он больше не управляет нашей жизнью. Когда он захватывает сознание, мы можем осознавать, что у нас в доме гостит посетитель, и наблюдать его, глубоко вздохнув и позволяя ему быть. Эти модели поведения: реакции, ожидания, одержимости и компенсации — симптомы более глубоких чувств внутри. Просто путем постепенной практики «бытия с ними» вместо осуждения мы сможем осознать и принять чувства недоверия, страха, пустоты и неуверенности, которые стоят за этим поведением.

Знание о состоянии ума Эмоционального Ребенка объясняет в нашей жизни очень многое. Мы начинаем понимать, как и почему реагируем, почему у нас внутри столько страха, почему мы так жаждем любви и внимания, и почему нам так трудно позволить кому-то к себе приблизиться. Мы также начинаем понимать, почему мы так полны стыда и недоверия, почему мы так беспокойны, почему испытываем трудности в том, чтобы выражать сексуальность, творчество, способность утверждать себя. Говоря коротко, это дает нам прозрения о многом в повседневной жизни.
...Каждый хочет быть любимым.
Это неправильное начало.
А все начинается именно так, потому что ребенок,
маленький ребенок, не может любить,
не может ничего сказать, не может ничего сделать,
не может ничего дать —
он может только брать.
Опыт любви маленького ребенка состоит в том,
чтобы брать. Но возникают трудности, потому что
ребенком был каждый,
и в каждом осталась эта страстная жажда
получить любовь;
никто не рождается никак по-другому.
Поэтому все мы просим: «Дайте нам любовь»,
а дать некому, потому что все остальные
выросли таким же образом...
Ошо

Упражнения
1. Исследование состояния ума Эмоционального Ребенка.
Два главных качества этого состояния ума — реактивность и страх.
Реакции — это очевидные автоматические поведения, страх — стоящее за ними чувство.
а) Начните наблюдать собственную реактивность. Замечайте, когда она возникает, как ощущается, и что вы
делаете в этом реактивном состоянии.
б) В те моменты, когда вы видите и чувствуете, что реагируете, спросите себя: «Чего я прямо сейчас боюсь?»
2. Наблюдение суждений состояния ума Раненого Ребенка.
Замечайте, когда вы судите себя за реактивность, страх, не доверие или стыд. Какое у вас чувство, когда вы судите? По пытайтесь просто сказать себе: «Так, происходит суждение».

КЛЮЧИ

Сами того не зная, обычно мы живем в состоянии ума Эмоционального Ребенка. Это состояние испуганного, неуверенного и недоверчивого ребенка, прикрытое «взрослым» сознанием, которое всевозможными способами компенсирует эти страхи.

В методе, который здесь разрабатывается, мы просто учимся наблюдать состояние реактивного, защищающегося, испуганного Ребенка. Из пространства наблюдения мы можем понять Эмоционального Ребенка в себе и увидеть сознание, в котором он (или она) живет. Наблюдение позволит нам внести в испуганное реактивное внутреннее пространство любовь и понимание, нужное для исцеления. Развитие способности к наблюдению приносит нашему существу зрелость.

Пузырь

Когда нас захватывает Эмоциональный Ребенок, мы словно оказываемся живущими внутри пузыря Пузырь соткан из верований и ожиданий нашего Раненого Ребенка. Изнутри этого пузыря мы не можем видеть внешний мир таким, как есть, мы видим его только сквозь фильтр собственных верований и ожиданий.
У каждого из нас есть свой собственный пузырь, с собственным уникальным набором верований, ожиданий и реакций, отражающих конкретное состояние нашего Раненого Ребенка Например, это могут быть огромный стыд и неуверенность, или глубокий шок и страх, или недоверие и одиночество. Или все это вместе. Этот опыт может быть спровоцирован в любой момент. Каждый из нас реагирует из собственного пузыря, собственным уникальным образом.

Внутри пузыря, каким бы он ни был, мы глубоко отождествлены с Ребенком. Например, в пузыре стыда мы верим, что мы «неправильны», недостойны любви, считаем себя неудачниками и грешниками, и именно такими мы себя видим. Мы становимся стыдом. Это все, что мы увидим, если кто-нибудь поднесет к нам. зеркало. Хотя определенные ситуации провоцируют в нас «состояние пузыря» с большой силой — так, пузырь стыда провоцируется отвержением или критикой — большинство из нас остается в пузыре большую часть времени. Я буду обсуждать все то, что кажется наиболее важным, — недоверие, стыд, брошенность, поглощенность и шок. Изредка пузырь лопается, и мы переживаем себя за его пределами, но затем приходит другой раздражитель, и мы возвращаемся к своим ограничениям. Большая часть нашего сознания остается под властью пузыря

Я выбрал метафору пузыря по нескольким причинам. Одна из них состоит в том, что это состояние похоже на тюрьму без окон и дверей. Все, что мы видим, чувствуем, слышим и ощущаем изнутри пузыря, кажется истинным. Мы не можем видеть или слышать ничего, кроме своей модели. Даже если снаружи кто-то придет к нам с любовью и скажет, что все, во что мы верим, и все, что мы видим, ложно, и будет уверять нас, что мы любимы, что мир — безопасное место, и что мы — чудесные, творческие и драгоценные люди, мы не сможем этого услышать или принять. Мы изолированы внутри пузыря. Все, что приходит извне его, может ощущаться как вторжение.

Другая причина для выбора метафоры пузыря заключается в том, что пузырь может в любой момент лопнуть. Чтобы его разрушить, не нужно кузнечного молота или многих тонн динамита Требуются только осознанность и способность рискнуть. Когда пузырь действительно разрушается, и мы оказываемся снаружи, трудно поверить, что мы когда-то были внутри или чувствовали себя так, как когда были захвачены этим состоянием сознания. Пока мы снова не окажемся внутри. Тогда мы можем смутно помнить, как было снаружи, но только очень смутно. Понимание явления пузыря может помочь нам увидеть, что тот, кто в пузыре, — это на самом деле не все, что мы из себя представляем. Мы можем начать видеть, что это просто состояние ума, которое нас захватывает, и бывают моменты, когда мы от него свободны. А если бывают моменты, когда мы свободны от этой отождествленности со стыдом, недоверием и всем прочим, значит, мы на самом деле — не это.

Отождествленность разрушается двумя способами. Первый — идти на риск, бросая вызов истинности наших верований о себе. Второй состоит в достижении большего понимания и сострадания к Ребенку в пузыре. По мере того как образ себя, созданный внутри пузыря, начинает таять, происходит трансформация. Спровоцировать нас становится не так легко. Мы больше не реагируем автоматически и интенсивно из своего пузыря и больше не получаем одних и тех же ранящих откликов от людей и жизни.
Таким образом, сценарии, сопровождающие нас всю жизнь, прекращают работать, когда мы больше не отождествлены с тем, кто внутри пузыря.

есть еще одна причина, по которой я описываю это явление как пузырь. Если представить сознание в виде круга, можно сказать, что, когда мы входим в свой пузырь (или когда что-то его провоцирует), он заполняет большое пространстве в круге. Тогда весь наш опыт сводится к пузырю. Нас захватывают, например, стыд или недоверие. Мы так отождествлены с Раненым Ребенком внутри пузыря, что не можем осознать, что мы больше чем этот стыдящийся и недоверчивый Ребенок. Но по мере того как углубляется наша осознанность, по мере того как мы достигаем большего понимания и сострадания к своим ранам, и в нас усиливается способность к наблюдению, пузырь начинает сдуваться. Вокруг пузыря становится больше и больше места, больше сознания, больше способности видеть и наблюдать, осознавать, что переживания пузыря на самом деле — не мы.

Другой способ описать явление пузыря — сказать, что, когда мы внутри пузыря, мы в состоянии транса. Стивен Волынский обсуждает эти явления транса в книге «Трансы, в которых живут люди». Как он указывает, состояние транса характеризуется тем, что оно никак не связано с реальностью. Когда мы находимся в таком трансе, мы не видим, не слышим и не чувствуем, что в данный момент происходит, потому что на наши впечатления влияют воспоминания о прошлом, отпечатавшиеся в нервной системе. Часть нас словно заморожена в том времени, когда мы подверглись травме или были лишены таких естественно необходимых вещей, как любовь, поддержка и безопасность.

Восприятия Раненого Ребенка внутри пузыря — это восприятия раненого, недоверчивого, нуждающегося и полного стыда ребенка. Когда мы пойманы в пузыре, мы считаем правдой все, что видим и чувствуем, что бы то ни было. И может казаться, что именно такой жизнь была всегда и именно такой всегда будет. Может казаться, что все остальное, что мы пережили, было ложным. Мы живем в своих пузырях большую часть времени, не осознавая этого. Когда что-то в жизни провоцирует в нас беспокойство, мы входим в пузырь. И если мы внимательно посмотрим на свою жизнь, то сможем увидеть, что он остается с нами все время.

Волынский описывает трансы не так, как это делаем в нашей работе мы. Мы фокусируемся на том, как травмы прошлого создают разные виды пузырей. Например, Сьюзан в приведенном выше случае живет в том, что мы называем «пузырем стыда». В пузыре стыда мы чувствуем себя недостойными любви, неудачниками, бесполезными людьми. Мы можем сомневаться, что нам есть чем поделиться, пли чувствовать, что все остальные все делают лучше, или даже чувствовать, что глупо вообще рисковать и «высовываться» вперед. Другого рода пузырем может быть пузырь брошенности и неудовлетворения. В нем мы чувствуем себя нелюбимыми и входим в знакомое темное пространство отчаянного одиночества, в котором можем даже быть наводнены ранними воспоминаниями об отвержении и лишении тепла и заботы. Конечно, стыд и брошенность приходят вместе так часто, что трудно отличить одно от другого. Но когда далее я буду описывать каждое из этих состояний более подробно, различия в подходе к этим двум ранам станут яснее.

Трансы или пузыри приходят из наших ран. Хотя в определенном смысле рана у нас только одна, я буду рассматривать ее с пяти разных точек зрения, потому что это помогает нам понять ее и работать глубже. Когда мы входим в пузырь, то проявляется одна из пяти сторон раны: стыд, шок, неудовлетворенность, страх оказаться брошенным, поглощение и недоверие. Разные ситуации провоцируют разного рода пузыри. Каждый пузырь характеризуется собственными специфическими чувствами, убеждениями, поведением и образом восприятия себя. У каждого пузыря есть характерные раздражители, и на каждый люди и жизнь откликаются особым образом. Если мы знаем обо всех этих процессах, то сможем распознавать, когда мы в том или в другом пузыре. Важно знать, как он ощущается, как мы ведем себя внутри него, замечать, что служит ему раздражителем, и какие он вызывает в нас мысли и отождествления.

Анализ пузыря
1. Исследование того, как он ощущается.
2. Исследование того, что его провоцирует.
3. Исследование мыслей, которые приходят вместе с трансом.
4. Исследование собственного поведения, когда вы внутри пузыря.
5. Видение образа себя и других, когда вы в пузыре.
6. Видение, как другие и жизнь откликаются на вас, когда вы в пузыре.

Упражнения.

Распознавание пузырей.
Выберите ситуацию, которая заставила вас чувствовать тревогу, боль или разочарование. Можете ли вы уловить, что вошли в знакомое состояние? Мы называем это «пузырем». Начните распознавать характеристики этого состояния.
а) Что его провоцирует? Знакомы ли эти раздражители, и повторяются ли они?
б) Как ощущается это состояние?
в) Что вы чувствуете и думаете о других и себе, когда вы нем?
г) Как вы реагируете из этого состояния, и повторяются ли реакции?
д) Что вы считаете истинным в отношении других и себя этом состоянии — как вы видите себя и других?
е) Как это сопоставимо с другими случаями, когда вы были этом трансе?

Наблюдение пузыря.
Часто вы не сможете заметить, что оказались в пузыре, пока из него не выйдете. Можете ли вы заметить различия в том, как вы чувствуете, действуете и думаете, когда находитесь внутри пузыря и впоследствии, снаружи? Внутри пузыря вы оказываетесь захваченными, одержимыми состоянием ума Ребенка. Позднее делать наблюдения становится легче.

Ключи
1. Мы используем метафору «пузыря», чтобы описать состояние, когда наше сознание захватывает Эмоциональный Ребенок. Эти состояния «пузырей» есть всегда, но приходят в действие, когда спровоцирована одна из ран. Как
только мы оказываемся в пузыре, в нас словно вселяется Эмоциональный Ребенок. Мы не видим вещи такими, как есть. Наши восприятия, мысли и реакции окрашены стыдом, недоверием и страхами Раненого Ребенка.
2. В пузыре мы отождествлены с мыслями, чувствами и моделями поведения того состояния пузыря, в котором находимся. В этот момент мы не можем видеть или чувствовать никакой другой реальности. Как бы то ни было, по мере того как мы работаем с этими состояниями, мы становимся более осознанными в том, как они захватывают наше сознание, и что такое каждое из них, и у нас появляется больше и больше расстояния от них. Мы начина ем видеть, что это — не настоящие мы и не настоящая жизнь. Пробуждение от них становится легче и быстрее.

Зеркало

Когда мы в пузыре, жизнь откликается на нас предсказуемым образом. Разные пузыри создают разные отклики. Жизнь и люди отражают наши пузыри. Мы можем думать об этом процессе как о своего рода радиопередатчике, испускающем сигналы в эфир. Когда мы в пузыре и интенсивно отождествлены с Ребенком внутри пузыря, мы испускаем постоянный сигнал, уникальный для этого пузыря. Затем мы получаем в ответ предсказуемый отклик. Это все равно что посмотреть в зеркало. Вырабатывая способность видеть отражение, возвращаясь к себе и начиная понимать испускаемые сигналы, мы начинаем путешествие высвобождения из-под власти Эмоционального Ребенка

...у всех нас в видении есть собственные «мертвые зоны». Часто трудно проследить, как наши верования и модели поведения влияют на других или создают в них реакции, которые мы получаем в ответ. Мы склонны усматривать в опытах, которые к нам приходят, случайность или проблему кого-то другого. Моя мать всегда мне говорила, что жизнь состоит из везения и невезения. Когда я предполагал, что в ней, наверное, скорее есть какие-то закономерности, а не просто везение, она не соглашалась... как только мы начинаем осознавать собственные пузыри, становится яснее, почему все происходит именно так, а не иначе.
... Я жаловался друзьям, что мои подруги зависимы от меня, и не мог увидеть, что снова и снова повторяю один и тот же сценарий. Я не мог понять, что я делаю это сам, и думал, что во всем виноват другой». Я не видел собственного пузыря, не был открытым, но прятался за ролью родителя и применял ее в качестве тонкой и обманчивой защиты. Наши образцы отношений — прекрасные зеркала, потому что они как ничто другое раскрывают нам наши «пузыри».
. Или мы испускаем сигнал, который говорит: «Я не чувствую себя достойным любви, и мне нужно твое одобрение и внимание, чтобы принимать себя». В моей жизни было время, когда меня снова и снова отвергали женщины. Я не понимал, почему, и мне было очень жаль себя. Я не осознавал в то время, что приближался к женщинам как нищий, с энергией маленького мальчика, который хочет одобрения и безусловной материнской любви. Это происходило, потому что я не исследовал свои раны стыда и страха оказаться брошенным.

…В каждом из этих примеров проблема возникает потому, что каждый человек живет в своем пузыре без осознанности. В состоянии ума Ребенка мы недостаточно открыты, чтобы видеть то, что нам нужно увидеть, или чувствовать то, что нам нужно почувствовать. Обычно мы не осознаем сигналов, которые испускаем, потому что внутри нас никто не наблюдает. Мы живем в Эмоциональном Ребенке и бессознательно действуем из этого пространства. Отклик, который мы получаем, часто расстраивает и разочаровывает нас Тогда мы обвиняем отклик в недостатке понимания, чувствительности, внимания или любви. Мы даже пытаемся изменить отклик. Мы не можем понять, почему отклик продолжает оставаться прежним, потому что не признаем, что продолжаем испускать прежние сигналы. И эти отражения — не события, случающиеся один раз. Это сценарии.

Из бессознательности Эмоционального Ребенка, ограниченного страхом и недоверием, нам трудно быть восприимчивыми к жизни. В состоянии ума Ребенка мы продолжаем перерабатывать заново травмирующие образцы, раз за разом одни и те же. Но когда мы лучше понимаем, как наш Эмоциональный Ребенок думает, чувствует и ведет себя, мы можем постепенно начать изменять болезненное состояние. Мы можем начать принимать то, что приходит как возможность больше узнать о самих себе. Просто перемещение в восприимчивое пространство и готовность смотреть вовнутрь создают радикальную перемену.
...Вы не видите мир таким, как есть, —
вы видите его таким,
как заставляет вас видеть его ум.
Пока вы не сможете отложить
весь ум в сторону и увидеть мир по-другому,
непосредственно сознанием,
вы никогда не сможете увидеть истину...
Ошо

Упражнения
1. Видение собственной тревожности.
а) Заметьте ситуацию, приносящую вам тревожность.
б) Есть ли что-нибудь общее между этой ситуацией и ситуациями в прошлом?
в) Можете ли вы уловить сценарий, связанный с этой ситуацией?
2. Видение отражения.
Какое послание существование может вам посылать в этих ситуациях?
3. Определение сигналов.
Можете ли вы заметить, что испускает ваш Эмоциональный Ребенок, вызывая это отражение?
4.Распознавание ран.
Какую рану может выносить на поверхность этот сценарий?

Ключи
Важный шаг к тому, чтобы трансформировать нашего Эмоционального Ребенка, — начать видеть, как жизнь и люди посылают нам послания о нас. Это означает: начать смотреть в зеркало. Когда мы в состоянии сознания Ребенка, мы испускаем бессознательные сигналы, которые производят предсказуемые результаты. Обычно мы видим собственные разочарования и фрустрации как результат того, что кто-то что-то сделал, или что-то случилось. Но когда мы начинаем смотреть под другим углом, с подходом исследования, любопытства и восприимчивости, мы можем стать достаточно открытыми, чтобы учиться из отражений, которые посылает нам жизнь.
Отражения приходят из наших неисцеленных ран. Когда мы уделяем больше внимания этим отражениям в зеркале, мы можем начать глубже проникать в свои раны.
Когда мы начинаем узнавать свои раны, глубокие верования и модели поведения, которые с ними связаны, мы начинаем понимать, почему наша жизнь складывается именно так, а не иначе. Просто открываясь, чтобы посмотреть в зеркало, мы приглашаем глубокую трансформацию. Мы начинаем получать другие отклики. Мы становимся более открытыми и восприимчивыми, позволяем существованию нас учить и приглашаем других быть с нами рядом.
Не важно, что написано. Важно - как понято.
Аватара пользователя
Соня
***************
***************
 
Сообщения: 3013
Зарегистрирован:
01 апр 2017, 11:23
Откуда: Москва
Благодарил (а): 36 раз.
Поблагодарили: 95 раз.

Re: 12. Психология развития

Сообщение Соня » 08 июл 2020, 08:41

Изображение


ЧАСТЬ2

Эмоциональный Ребенок в действии

Реактивность и контроль

В следующих нескольких главах я исследую то, что называю «поведением из пузыря». Это основные модели поведения, в которые мы движемся бессознательно, автоматически и непроизвольно, когда нас охватывает состояние ума Эмоционального Ребенка. Первые — это реактивность и контроль. Ребенок естественно реактивен, потому что у него нет пространства, чтобы содержать боль или страх. И у него нет пространства, чтобы откладывать удовлетворение или терпеть разочарование. В состоянии Ребенка, когда что-то снаружи каким-либо образом угрожает нам, мы автоматически и очень быстро движемся в защиту или в нападение. Когда мы подозреваем, что не получим того, в чем нуждаемся, мы реагируем. Сначала действуем, потом думаем или чувствуем. Мы переходим от раздражителя к реакции в рекордно короткое время. А в промежутке между раздражителем и реакцией лежит целый неисследованный мир нашего подвергнутого угрозе, испуганного, брошенного, травмированного Внутреннего Ребенка. Когда вся энергия уходит на автоматическую и привычную реактивность, мы не можем видеть, что и как нас провоцирует; мы даже не смотрим в эту сторону.
Наш Эмоциональный Ребенок испытывает непреодолимый порыв действовать, потому что чувствует, что от этого зависит его жизнь. Опыты прошлого научили нас: чтобы удовлетворить свои потребности, необходимо разработать правильную стратегию. В состоянии бессознательности наша единственная забота — добиться безопасности или любви любым возможным путем, как можно быстрее. Большую часть времени мы остаемся реактивными, без всякого осознания того, что происходит на самом деле. Реальный раздражитель может казаться тривиальным и глупым, но Ребенку он никогда не кажется таким. Мы можем осуждать себя за реакцию и жалеть о том, что сказали или сделали. Мы можем пытаться контролировать реакции. Но ни суждение, ни чувство вины, ни попытки контролировать реактивность не оказывают никакого влияния на поведение Раненого Ребенка в нас Важно признавать, как сильна и трудна для преодоления наша автоматичность.

Часто мы не осознаем раздражитель, пока много времени не пройдет после того, как мы реагировали, получили реакцию в ответ, отреагировали снова и так далее. В какой-то момент мы можем остановиться, оглянуться и спросить себя: «Гм, кажется, я только что реагировал, интересно, что было раздражителем?» Что-то спровоцировало нашего Эмоционального Ребенка, но так как мы не привыкли вникать в собственные раны, то живем, совершенно бессознательно перемещаясь от раздражителя к реакции.

если обращать внимание, мы сможем обнаружить множество раздражителей, которые провоцируют нашу реакцию. Они составляют длинный список, но, кажется, в нем есть некоторые общие темы. Мы склонны реагировать на все, что кажется нашему Эмоциональному Ребенку угрозой, — чей-то гнев, нападение, критика или осуждение. Или воспринимаемая угроза что-то или кого-то потерять. Это может быть финансовой потерей или потерей материальной собственности. Мы можем реагировать, когда чувствуем себя непонятыми или несправедливо обвиненными. Или нас может спровоцировать, когда мы чувствуем, что в наше пространство вторгаются, или нас контролируют, или нами пользуются, даже в мелочах — даже когда какая-то сторона нечувствительного поведения другого не направлена на нас. Мы можем быть спровоцированы, когда чувствуем, что нас поставили в неудобное положение, обидели, не оценили, проигнорировали или отвергли. Нашу реактивность может спровоцировать, когда кто-то от нас чего-то ждет. Нас часто провоцирует, когда кто-то не оправдывает наших ожиданий. Нас может спровоцировать, когда кто-то ведет себя таким образом, что это напоминает нам часть нас самих, особенно если эта часть нам не очень нравится. Нас может спровоцировать невыгодное сравнение себя с кем-то другим.

Разновидности раздражителей

1. Угроза — ощущение нападения, вторжения,
вмешательства, критики, осуждения.
2. Обида — чувство, что нас не оценили, не приняли во внимание или отвергли.
3. Ожидания — ощущение чьих-то требований или ожиданий.
4. Отражения — видение в другом какого-то
качества, которое неприемлемо в себе.
5. Сравнение — невыгодное сравнение себя с другими.
6. Страх кого-то или что-то потерять.
7. Неудобство или дискомфорт.

Сталкиваясь с раздражителем, мы сразу же реагируем; это может выражаться во многих формах. То, как мы реагируем, во многом зависит от нашей эмоциональной природы, с которой мы, может быть, рождаемся. Некоторые из нас экстравертны и пылки, тогда как другие более интровертны и отстранены. Чувствуя обиду, я часто замыкаюсь внутри. Я могу даже притвориться, что меня ничто не беспокоит. Я могу даже сам не знать, что меня что-то потревожило. Мне кажутся блестящими категории реакций Карен Хорни. Она заметила, что люди могут двигаться «против других», «к другим» или «от других». Реакции «против других» включают: обвинение, нападение, требование, бунт, критику или суждение, жалобу, гнев или раздражительность и месть. Внутренние реакции (которые я называю «реакциями милого человека») включают: угождение, гармонизацию и упрашивание.
А реакции «отступления» могут включать: отстранение, подавленность, впадение в депрессию, безнадежность, обиду или уход в мрачные размышления. Согласно моему опыту, у каждого из нас собственный реактивный стиль, который может быть уникальной смесью всех трех. И часто мы реагируем по-разному с разными людьми. Мы можем «отступать» или «приближаться» в отношениях с кем-то, кого боимся. И «противоборствовать», когда чувствуем себя более сильными.

То, как мы реагируем, также зависит от эмоциональной среды нашего детства и реакций родителя, особенно родителя того же пола...Долгое время я боролся с этим, пока, в конце концов, просто не принял, что мой Эмоциональный Ребенок именно такой. Принятие своего эмоционального стиля, каким бы он ни был, — большое облегчение. В конце концов, на наши реакции глубоко влияет наша культурная обусловленность.

Разновидности реакций

1. Реакции «противоборства» — требование, обвинение, нападение, бунт, месть, гнев и раздражительность, критика или суждение и жалобы.
2. Реакции «приближения» — гармонизация, упрашивание, угождение.
3. Реакции «отступления» — уход в себя, обида и мрачные размышления, энергетическая «подавленность», впадение в депрессию и безнадежность или отчуждение.

Контроль — это, по сути, еще одно реактивное проявление нашего Эмоционального Ребенка, которое может создавать обманчивую видимость более взрослого и изощренного процесса. Большинство из нас не может жить без контроля, в какой бы форме он ни выражался. Просто для Ребенка слишком опасно чувствовать, что у него ни над чем нет контроля. Стратегии контроля бывают творческими и тонкими. Мы манипулируем, воздействуем силой, угрожаем, соблазняем, убеждаем, обманываем, вызываем чувство вины, спасаем, даем советы — все это изобилие в высокой степени бессознательных методов чувствовать себя в безопасности, которые мы развивали с самого раннего детства. Они могут быть даже экстремальными. ... И все это не более чем лишенный доверия Эмоциональный Ребенок в нас.

Мы можем применить к контролирующим стратегиям такую же осознанность, что и к реакциям У каждой реакции есть определенное кинестетическое (относящееся к внутреннему телу) ощущение — как и у каждого метода контроля.
...Когда мне удалось глубже понять, откуда внутри берется все это поведение, стало гораздо легче его принять. Я перестал осуждать себя за реактивность и контроль. Но мне все-таки кажется примитивным пытаться контролировать и главенствовать, чтобы не чувствовать испуга, обиды или вторжения. Когда мы подвергались травме в детстве, дома или в школе, мы не могли адекватно откликаться. В результате мы потеряли уверенность в собственной способности владеть ситуацией. Наши реакции и стратегии контроля — это способы Раненого Ребенка освоить то, что не удалось освоить раньше. К несчастью, это поведение не приводит к тому, на что оно направлено. Оно не делает нас более центрированными и уверенными. Мы не можем достичь большей центрированности и уверенности в себе, когда вовлечены в поведение, приходящее из состояния ума Эмоционального Ребенка. Оно не может принести нам никакого чувства владения ситуацией, потому что в состоянии бессознательности мы основываемся на страхе. Чтобы чувствовать ситуацию и двигаться к центру, мы должны научиться откликаться на окружающую среду из другой части сознания — из медитативности и ясности.


Упражнения.

1. Распознавание контроля.
Рассмотрите разные стороны своей жизни: деньги и выживание, отношения, работу, секс и еду — и заметьте, как вы контролируете в этих областях себя и других. Заметьте, какого рода страхи скрываются за этими стратегиями.

2. Наблюдение беспокойства.
Отмечайте в течение дня каждый момент, когда вы теряете спокойствие. Спрашивайте себя: «Что заставляет меня беспокоиться?»; «Что особенного кто-то сказал или не сказал, сделал или не сделал, что создало это беспокойство?» Или, если беспокойство принес не человек, спросите себя: «Какая ситуация и что именно в этой ситуации вызвало во мне беспокойство?»

3. Распознавание своих реакций.
Затем заметьте, как вы реагировали на это беспокойство. Что вы сделали или не сделали? Как вы попытались изменить ситуацию или человека? Как вы попытались изменить себя?

4. Распознавание реакций в других людях.
Заметьте отклик, который реакция создает в другом человеке. Это может быть гнев, расстояние, борьба, шок или угождение. Как этот отклик чувствуется для вас? Получаете ли вы при этом от другого то, что хотели?

5. Распознавание ран.
В конце концов, рассмотрите, какие раны стоят за вашей реакцией? Каким образом они заставляют вас чувствовать себя отвергнутым, стыдящимся, испуганным, ошеломленным или недоверчивым?

6. Наблюдение сценария.
Заметьте, насколько знаком для вас этот механизм раздражителя — реакции, повторяли ли вы его в прошлом? Может быть, вы даже сможете отследить его до самого детства.

КЛЮЧИ

1. Наши реакции и контроль — это способы, которыми Внутренний Ребенок пытается добиться некоторого владения ситуацией в своей среде. Сталкиваясь с таким своим поведением, мы, может быть, судим себя за инфантильность и реактивность.

2. Реактивность и контроль не приносят желаемого
результата, поскольку приходят из сознания нашего Раненого Ребенка. Вместо того, чтобы принести владение ситуацией, наши реакции заставляют других в свою очередь реагировать. Это снижает нашу самооценку, и мы оказываемся в изоляции.

3. Между раздражителем и реакцией лежат раны нашего Ребенка. Если нам удастся замечать происходящие реакции и связывать их с раздражителем, это даст нам возможность исследовать более глубокие раны, стоящие за поведением. Становясь более чувствительными к раздражителю и реакции, мы можем замедлить их процесс и идти в соприкосновение с раной в глубине.

Ожидания и требовательность

Второй стиль поведения Эмоционального Ребенка — ожидания. Все мы ожидаем. И значительную часть времени верим, что наши ожидания совершенно обоснованны. Я нахожу самым большим вызовом перенести в осознанность этот образец поведения. Мы цепляемся за ожидания как упрямые мулы, потому что по другую сторону от ожиданий стоит одиночество. Отпустить ожидания — это болезненное пробуждение. Это означает проснуться и открыть глаза на мир, который устроен совсем не так, как хочется нашему Эмоциональному Ребенку. Я всегда прикрывал свои ожидания отрицанием их существования. Но как только я начал их видеть, меня изумило, насколько моя жизнь была окрашена ожиданиями. У меня есть ожидания о том, как должны со мной обращаться люди, насколько и каким образом они должны меня любить, как должно быть оценено мое творчество, как быстры и ответственны должны быть люди в том, чтобы исполнять мои желания, предугадывать мои чувства и настроения. У меня огромные ожидания в том, чтобы быть понятым, — и есть даже ожидания о погоде! Когда мои ожидания не оправдываются, я реагирую. Иногда я обвиняю, иногда надуваюсь, иногда притворяюсь, что мне все равно. Обычно я становлюсь раздражительным. Часто я даже не осознаю, что у меня были ожидания, пока не оказывается, что они не исполнились. Тогда я ловлю себя на раздраженном состоянии, сам не зная, почему. Причина всегда одна и та же. Что-то не так, как мне хочется.
Мне никогда не приходило в голову, что все это просто работа Эмоционального Ребенка внутри. Как только я начал понимать что-то в этой глубоко спрятанной части себя и в состоянии сознания, которую она вызывает, картина прояснилась.

Естественно, что Ребенок внутри нас полон ожиданий. Это его глубокий механизм выживания. Получать то, чего ему недостает, Ребенок мог, только обращаясь к окружающей среде. К несчастью, мы обычно не осознаем, что нашими действиями все еще управляет Ребенок в панике. Наши ожидания приводятся в движение двумя страхами. Мы боимся, что не получим желаемого или каким-то образом испытаем боль. В почти невыносимом ужасе мы автоматически движемся наружу, пытаясь удовлетворить свои существенные потребности. Такое поведение создает проблемы в жизни, потому что ожидания всегда кончаются бесконечным разочарованием, отвержением, потерей устойчивости, низкой самооценкой и даже саморазрушением.

Ожидания — это поиск Чего-то снаружи, хотя Оно может быть найдено только внутри. Наши ожидания — это попытка заполнить чем-то внешним собственные энергетические дыры и заглушить чувство внутренней пустоты. Например, ожидая, чтобы другие люди оставались с нами, мы пытаемся облегчить страхи остаться брошенными. Ожидая от людей, чтобы они уважали наши границы, мы пытаемся облегчить страхи вторжения. Когда мы что-то от кого-то ожидаем, как бы это ни было обоснованно, мы все еще не видим человека таким, какой он есть. Мы надеемся или требуем, чтобы этот человек был таким, каким нам хочется. В состоянии ума Ребенка мы не способны позволить другому быть самим собой. Потому что, когда другой не исполняет наших ожиданий, к нам приходит чувство, что нас предатели и покинули. И мы не можем с ними жить. За каждым из ожиданий стоит наша рана или дыра, но мы редко осознаем, какие они, или что они вообще есть. Когда кто-то не осуществляет наших ожиданий, нас это беспокоит, потому что внутри обнажается рана предательства, вторжения или брошенности.

.... Как только мой фокус переместился вовнутрь, перестал возникать непреодолимый порыв действовать автоматически. Я начал видеть и принимать подругу такой, какой она была. Не из безнадежности, но из ясности. И из этой ясности я осознал, что мне нужно изменять природу наших отношений, чтобы не попадаться в ловушку ожиданий. Мое сердце снова открылось, и вся любовь, которую я к ней чувствовал, снова потекла свободно. Поведение, которое заставляло меня чувствовать себя преданным в прошлом, перестало меня беспокоить; фактически, я стал далее находить его забавным. И, довольно удивительно, поведение моей подруги значительно изменилось.

Одна из важных сторон ожидания — энергия «праведной требовательности». Ее можно сформулировать словами: «Я этого заслуживаю! Ты обязан это сделать для меня!» Иногда наша требовательность ясна и очевидна. Мы буквально верим, что другой человек или ситуация должны нам то или другое, и чувствуем возмущение и бешенство, когда не получаем того, чего ждем.
Наша требовательность глубока и бессознательна. Мы раздражаемся и можем даже прийти в ярость, когда что-то выходит не по-нашему, хотя часто не в состоянии четко словесно выразить, что именно нас расстроило.

Другой признак требовательности — когда мы делаем что-то, выдающее ожидания, но не осознаем этого. Например, мы оставляем кругом вещи в беспорядке, словно думаем, что кто-то их уберет. Или заставляем кого-то ждать, потому что бессознательно хотим от других, чтобы они были всегда и полностью в нашем распоряжении. Находясь в состоянии требовательности, мы просто не считаемся с чувствами других. После двадцати лет работы над собой я все еще изумлен собственной требовательностью, особенно в мелочах. Или в больших вещах, таких как ожидание от людей, чтобы они понимали и ценили меня. Нас приводит в ужас возможность отпустить контроль и просто позволить людям и жизни быть такими, какие они есть. В состоянии ума Ребенка мы связываем позволение с вредом для себя и лишением любви. Поэтому продолжаем требовать.

Мы растем, чувствуя себя пустыми внутри, но с навязанной привычкой получать необходимое с помощью требований. Теперь это создает двойную агонию. Мы переживаем эмоциональный голод и отчаяние, но когда совершаем усилия и требуем от другого помощи, то все становится еще хуже. И глубоко внутри мы себе не нравимся, когда ведем себя требовательно и реактивно. Все же в состоянии ума Ребенка мы не знаем никакого другого пути. Более того, мы редко осознаем все небольшие формы, в которых выражается требовательность. Это отношение (и все вытекающие из него модели поведения) так глубоко погребено в недрах нашей психики, что даже если кто-то на него указывает, мы понятия не имеем, о чем он(а) говорит.

Когда на сторону требовательности становится ум взрослого, мы можем считать себя очень праведными в своих ожиданиях. «В конце концов, — говорим мы, — люди должны быть справедливыми и считаться друг с другом». «Конечно, я хочу, чтобы этот человек был справедливым и добрым, а ты разве нет?» Или: «Именно так другой человек должен себя вести, если говорит, что любит меня. Ведь для этого и любовь?» И так далее. Все наши личные стандарты поддерживают и питают требовательность и ожидания. Эти стандарты приходят из попыток Эмоционального Ребенка создать порядок и гармонию. Жизнь, такая как есть, люди, такие как есть. И это не имеет ничего общего ни с какими нашими стандартами.

Но нашего Эмоционального Ребенка не интересуют эти истины. Наши ожидания глубоки. Некоторые из них мы осознаем, другие прикрываем отрицанием. Я скрывал мои собственные ожидания за всевозможными духовными идеями, притворяясь, что я за пределами требований и ни в ком не нуждаюсь. Но интимные отношения с большой эффективностью разоблачают нас — рано или поздно. Сами того не зная, мы подходим к своим отношениям полными требовательности. Может пройти некоторое время, чтобы она оказалась на поверхности, но это всегда происходит. Например, Антизависимые ожидают от другого, чтобы он(а) был чувствительным и уважительным(ой) к их потребностям и чувствам — и предоставлял(а) им обилие «пространства». Зависимые ожидают от другого, чтобы он(а) был(а) всегда рядом — и предоставлял(а) им обилие «любви и внимания». Мы можем рассмотреть любую область нашей жизни с другим, такую как секс, деньги, общение или культура быта, и заметить, что все они полны ожиданий, которые мы, может быть, не осознаем.

Наши ожидания точно отражают формы, в которых в прошлом мы пережили предательство и вторжение. Мы ожидаем от людей, что они не будут обращаться с нами так, что спровоцируют эти раны.
Наверное, мы думаем, что совершенно правомерно ожидать, чтобы с нами обращались с чувствительностью и уважением. Совершенно оправданно ждать, чтобы люди делали, что говорят. Но они этого не делают! Наши ожидания только разочаровывают нас и приносят боль.

Исследование ожиданий — мощный метод обнаружения ран предательства и вторжения. Мы привлекаем ситуации, которые выносят в точности те формы, в которых эти травмы случились. Раны всплывают в любовных отношениях, с детьми, с начальниками и с друзьями. Мы чувствуем себя разочарованными и потерянными. За этими чувствами стоит неисполненное ожидание. За ожиданием стоит рана. Например, я ненавижу, когда меня заставляют ждать. Я считаю, что люди должны приходить вовремя. За этим стоит моя рана непризнанное™. Она заставляет меня чувствовать себя незначительным. Если я уделяю немного времени для наблюдения вместо реакции, внутри появляется больше моего пространства.

Вместо того, чтобы жить в разочаровании и фрустрации, я могу идти вовнутрь. Я продолжаю злиться и расстраиваться, но не останавливаюсь на этом. Обычно мы живем в требовательности, ощущаем ее оправданность и не движемся дальше своих реакций. Мы живем в состоянии ума Эмоционального Ребенка, бессознательно глядя на мир глазами ожиданий и постоянно разочаровываясь, когда люди или мир их не исполняют. Обратное отслеживание от гнева к ожиданию, от ожидания к ране вносит в жизнь много новых измерений.

Медитация на ожидания:
Разочарование замечено
Осознание ожидания
Чувствование раны

Иногда мы чего-то хотим, но так боимся этого не получить, что ожидаем прямо противоположного. Словно «подавленность» сидит на наших ожиданиях и сдерживает их. Самый верный способ предотвратить чувство разочарования или потерянности от неудовлетворенных ожидании — это просто отрицать свои потребности.
Если мы преуменьшаем потребности, может действительно показаться, что у нас нет ожиданий, — но они есть.
Бесполезно пытаться изменить модели поведения, приходящие из состояния ума Ребенка. Согласно моему опыту, такие попытки не только разочаровывают, но также и не имеют ничего общего с расширением сознания. Все же мы можем наблюдать ожидания из свидетельствующего сознания и начать замечать, что они — автоматические выражения испуганного Внутреннего Ребенка. Ребенок внутри ожидает. Именно таким он(а) будет всегда. Это большая часть Эмоционального Ребенка. Мы можем трансформировать ожидания, замечая их, идя глубже вовнутрь и исследуя стоящие за ними раны. Тогда ожидания начинают отпадать сами собой, а мы становимся более зрелыми и обретаем способность видеть людей и вещи такими, как есть, а не вталкивать их в рамки требований Раненого Ребенка.

...У человека сознания нет ожиданий,
поэтому он никогда не разочаровывается...
/Ошо/


Упражнения.

1. Исследование требовательности.
Позвольте себе настроиться на внутреннюю энергию чувства, что люди, человек или жизнь в общем что-то вам должны. Позвольте себе ощутить эту энергию в теле. Заметьте, как эта энергия проявляется в вашей жизни.

2. Исследование ожиданий.
Рассмотрите ваши самые важные отношения. Какие у вас в них самых большие ожидания в отношении другого! Например:
Я ожидаю, чтобы другой всегда был рядом и оставался доступным.
Я ожидаю, чтобы другой считался со мной и слушал меня. Я ожидаю, чтобы другой был чувствителен к моим границам, может быть, даже без того, чтобы мне приходилось об этом говорить.
Я ожидаю, чтобы другой обеспечивал меня в финансовом отношении.
Я ожидаю, чтобы другой касался меня с чувствительностью.
Я ожидаю, чтобы другой не контролировал меня и не манипулировал мной ради собственных потребностей и желаний.
Я ожидаю, чтобы другой был «в энергии», не был подавленным или размазней.
Я ожидаю, чтобы другой не ждал от меня спасения. Я ожидаю, чтобы другой работал над собой и не отрицал чувства.
Я ожидаю, чтобы другой был медитативным и сознательным в том, как он(а) живет (быт, забота о теле и т. д.). Я ожидаю, чтобы другой проявлял чувствительность и поддерживал меня в творчестве и духовном росте.

3. Исследование реакций и неисполненных ожиданий.
Отметьте свою реакцию на каждое из неисполненных ожиданий: гнев ли это, требование, обвинение, отступление, безнадежность, отрицание или преуменьшение важности этого для вас? Когда вы переносите внимание
с другого на себя, что всплывает? Как чувствуется то, что ожидание не исполняется?

4. Поиск бессознательных ожиданий.
Чтобы подробнее исследовать бессознательные ожидания, рассмотрите разные области своей жизни. Каковы ваши ожидания в отношении сексуальности, чувств, духовности и роста, совместной жизни, быта, денег и отношений? Вы можете пролить свет на собственные ожидания в этих областях, рассмотрев последний случай, когда кто-то вызвал в вас гнев или разочарование.

Ключи

1. Наши ожидания — это окна в самые глубокие раны. За каждым неосуществленным ожиданием стоит рана лишения в какой-то существенной потребности. Когда мы начинаем наблюдать Раненого Ребенка, мы можем пойти дальше ожидания и реакции на его неудовлетворение и соприкоснуться непосредственно с раной.

2. Ожидания равнозначны страданию. Другие люди не изменятся, чтобы соответствовать нашим ожиданиям. Мы жалуемся, обвиняем, требуем или погружаемся в безнадежность, но ничто из этого ничего не меняет. Единственный результат состоит в том, что все это приносит нам много страданий. Почему тогда мы продолжаем делать это? Потому что, чтобы отказаться от ожиданий, нам нужно принять свое одиночество. Когда кто-то оказывается не таким, как нам хочется, мы остаемся в одиночестве. И это больно — но и наполовину не так больно, как продолжать надеяться, что люди изменятся.

3. Ожидая, мы находимся в сознании Ребенка, который хочет, чтобы люди и жизнь соответствовали его представлениям. Ожидания — это волшебное мышление Раненого Ребенка. Ожидая, мы не живем сейчас, в текущем мгновении. Мы не можем видеть другого таким, как есть, и ясно видеть, кто такие мы сами.

4. Мы можем начать вносить свет и осознанность в свою жизнь, просто замечая, как ожидания всплывают в повседневной жизни. Каждый раз, заметив ожидание, мы можем начать спрашивать себя, какую рану оно прикрывает. Отозвать фокус от другого и переместить его на самих себя — это для нас единственный путь домой.
Не важно, что написано. Важно - как понято.
Аватара пользователя
Соня
***************
***************
 
Сообщения: 3013
Зарегистрирован:
01 апр 2017, 11:23
Откуда: Москва
Благодарил (а): 36 раз.
Поблагодарили: 95 раз.

Re: 12. Психология развития

Сообщение Соня » 19 июл 2020, 09:08

Изображение


Компромисс

В состоянии ума Ребенка мы живем для других. Когда сознание захватывают страх или стыд, нам не избежать жизни в компромиссе. Наш Эмоциональный Ребенок верит, что другие контролируют наше благополучие. Если мы держимся за это верование, наши действия управляются тем, что другие подумают, и как себя поведут, и мы не следуем нашему собственному свету.
В состоянии ума Эмоционального Ребенка большая часть наших усилий направлена на получение одобрения, внимания и уважения. Мы можем притворяться, что нам это не нужно, или мы этого не хотим, но это будет просто отрицание. Мы питаемся вниманием и одобрением, потому что в детстве нам их не хватало. Мы постоянно боремся, и в качестве одного из главных способов, применяемых нами, чтобы получить это внимание, любовь, одобрение и уважение, мы используем угождение. Наша жизнь становится бесконечной серией компромиссов. Более того, нашего Эмоционального Ребенка приводит в ужас малейшее неодобрение или любого рода физическая или эмоциональная атака. Когда мы оказываемся вынужденными с кем-то столкнуться, нас может ошеломлять страх. Безопаснее пойти на компромисс

Компромисс, как и все остальные модели поведения Эмоционального Ребенка, возникает автоматически. Например, если кто-то, кого вы уважаете и от кого хотите дружбы и внимания, просит вас высказать о чем-то свое мнение, ваш Ребенок внутри может автоматически сказать то, что, по-вашему, этот человек хочет услышать. Когда кто-то, кого вы боитесь, просит вас что-то сделать, ваш испуганный Ребенок, скорее всего, это сделает, даже если вы совершенно не хотели бы так поступать. У Эмоционального Ребенка нет других инструментов, и он не может сделать ничего другого. Когда мы сталкиваемся с ситуацией, когда мы чего-то от кого-то хотим, мы идем на компромисс прежде, чем возникнет ситуация. Мы похожи на собаку, униженно ползающую на брюхе.

В моей жизни ситуации с авторитетными людьми были особенно значительными, страх неодобрения или жажда уважения неизменно уводили меня из центра. Было бы точнее сказать, что я никогда не был в соприкосновении со своей цельностью в этих ситуациях, потому что страх был слишком силен. Вся моя манера поведения была компромиссом моего существа Что бы я ни сказал и ни сделал, все исходило из ложного пространства. Когда я начал внутреннюю работу, то стал лучше осознавать, как чувствуется внутри угождение, а соприкосновение с внутренними страхами помогло понимать, а не осуждать себя.
Наши интимные отношения представляют собой другую область, в которой большинство из нас идет на нескончаемый компромисс — пока мы не разовьем более глубокое понимание своего Эмоционального Ребенка. Мы не хотим вызывать неудовольствие или дисгармонию, и чтобы их избежать, готовы на многое.
Гнев, неодобрение или отвержение от другого вызывали внутри сущий ужас. Если мы сможем почувствовать страх, стоящий за компромиссом, то начнем видеть, как глубоко он управляет нашей жизнью.

Один из уроков, которым многим из нас нужно научиться, — это снова принимать ответственность за свою жизнь, какой бы ни была цена. В состоянии ума Ребенка это невозможно. Это слишком пугающе.

Корни нашего компромисса сложнее, чем просто страх отвержения, неодобрения или нападения. В детстве большинство из нас сформировало бессознательные соглашения с теми, кто нас растил. В обмен на любовь и одобрение мы согласились вести себя так, как от нас требовали. У каждого из нас это соглашение было особенным, но у любого из них есть характерные, жизнеотрицающие черты. Мы соглашаемся так или иначе пойти на компромисс в жизненной энергии и природе, чтобы осуществить ожидания общества, родителей и учителей. По этой причине такое явление называется «негативным сковыванием». Наша связь с теми, кто о нас заботился, имела для нас огромную цену. Конечно, соглашения были «заключены» так рано, бессознательно и настолько поддерживались всей окружающей средой, что у нас нет ни малейшего представления о том, что случилось и как.

Самая большая трудность в такого рода компромиссе — это что он так глубоко внедрен вовнутрь. Мы не осознаем, что идем на компромисс В то же время где-то глубоко внутри что-то по ощущениям неправильно.

Когда мы принимаем роль рано в жизни, может быть, лишь небольшой внутренний шепот нам напоминает, что мы живем в компромиссе. Некоторые из нас были запрограммированы быть заботливыми. Именно так мы заслуживали любовь в детстве и думаем, что именно это приносит ее нам сейчас

Многие из нас жили в компромиссе так долго, что мы вообще не знаем, как можно жить по-другому. Наш образ себя основан на компромиссе. Я знаю, что так было со мной.

Живя в компромиссе, мы не чувствуем соприкосновения со своим ядром внутри. С компромиссом связано характерное глубокое внутреннее чувство. Лично для меня он ощущается как слабость и отсутствие почвы под ногами. Более близкое знакомство с этим чувством помогло мне научиться видеть моменты, когда я делал или говорил что-то, по внутреннему ощущению неправильное. Мне стало очень знакомым внутреннее чувство компромисса. Поначалу я его замечал через несколько дней (иногда — недель). Постепенно время промежутков сократилось, пока, наконец, я не стал способен чувствовать его почти немедленно. Это было первым шагом к выходу из огромного количества автоматических реакций, основанных на старом и знакомом видении себя как человека компромисса

Когда я говорю о компромиссе, то подразумеваю существенные стороны нашего существа, а не небольшие «подстройки», которые совершаем мы все, чтобы жить в гармонии с другими. Компромисс, о котором я говорю, включает разрушение самого нашего существа — делать и говорить то, что ложно для нашей природы, и преуменьшать или отрицать существенные потребности и желания. Более того, выход из компромисса никогда не означает, что измениться должен кто-то другой. Дело вообще не в другом, дело в том, чтобы найти храбрость быть теми, кто мы есть на самом деле. Это недостижимо в состоянии ума Ребенка. Страх слишком силен. Чтобы жить без компромисса, мы должны увидеть, как и в каких ситуациях мы на него идем, и понять, что мы не обязательно должны во всем идти на поводу у своего испуганного и стыдящегося Ребенка.

Упражнения
1. Чувствование внутреннего качества компромисса.
Тренируйтесь в наблюдении того, как ощущается внутри компромисс. Заметьте момент, когда вы сделаете или скажете что-то, что по внутреннему ощущению неправильно. Обратите внимание на ощущения в теле, ваше отношение к себе и мысли о себе.
3. Заметьте, в чем вы идете на компромисс.
Начните осознавать, какими именно способами вы идете на компромисс. Говорите ли вы то, что не чувствуете, или не говорите, что чувствуете? Что в вашем поведении кажется вам фальшивым? Какого рода деятельность вы ограничиваете в своей жизни из страха, что скажет или сделает другой?
4. Осознание негативных соглашений в прошлом.
Запишите, какие вы заключили с самыми важными из людей, которые вас растили, соглашения, приносившие вам любовь и одобрение, но бывшие компромиссом для
вашей жизненной энергии. Что от вас ожидали, и от чего вы отказались?

Ключи
1. Мы идем на компромисс, потому что нами изнутри бессознательно движет живущий в страхе и стыде Эмоциональный Ребенок. В состоянии ума Ребенка мы соприкасаемся не со своим существом, но с Ребенком, который верит, что должен пойти на компромисс, чтобы получить необходимое.
2. Большинство из нас начали жить в компромиссе так рано, что мы вообще не знаем, что такое быть в гармонии со своим существом. Наш компромисс укоренен в негативных соглашениях, заключенных с теми, кто о нас заботился в раннем детстве. В обмен на любовь и одобрение мы отдали себя и стали вести себя так, как от нас ожидали.
3. Чтобы выйти из этого привычного и автоматического поведения, нужно сначала научиться видеть, когда оно включается. Первый шаг к освобождению происходит, когда мы учимся тому, какие чувства приносит жизнь в компромиссе, и какие чувства приносит жизнь в достоинстве.

Жизнь с одержимостью

В состоянии ума Эмоционального Ребенка мы остаемся в постоянной тревоге. Иногда она больше, иногда меньше, но остается всегда. Ребенок не может оставаться с тревогой. Он хочет облегчения и хватается за все, что только может как-нибудь ее уменьшить. В этом лежит основа аддиктивного поведения.
Я услышал фразу, которая изменила мою жизнь. «Дисциплина, — сказал Ошо, — только усиливает эго». Теперь я вижу, что самоконтроль и самодисциплина были сами по себе пристрастиями. Я жил как раб цели и направления. Когда я не делаю ничего, ведущего к определенной цели, или чувствую, что никому не нужен, я становлюсь тревожным и напряженным. Я слышу голоса в голове, привитые обусловленностью прошлого, которые осуждают меня за то, что я трачу время впустую. У этих голосов есть резкие суждения о том, что «конструктивно», а что нет. Даже мой отдых окрашен той же целеустремленностью и ориентацией на результат.
Проблема не в энергии или мотивации. Это прекрасные качества. Но фокус на будущем, одержимость достижением — это привыкание, сочетаемое с привыканием к действию и скорости. Пока я двигаюсь быстро и остаюсь занятым, я держу все под контролем, и мне не приходится чувствовать страх и боль внутри. Это почти непреодолимо, и такой была моя семья, сколько я себя помню.

Одна из сторон моего самоисследования, которой я увлекся недавно, заключается в том, чтобы сломать свою зависимость. Проблема именно в недостатке присутствия — в автоматичности. Обусловленность и дисциплина заставляли меня постоянно судить, ценна ли определенная деятельность, или это пустая трата времени. Если я учусь, улучшаю себя, тяжело работаю и так далее, я получаю высокие оценки от внутреннего экзаменатора. В последнее время раздвоение отпадает, потому что я увидел, что внутренний экзаменатор приходит из обусловленности, не из мудрости. Теперь моим критерием стало, тотален ли я, присутствую ли, и приносит ли мне это радость. Тогда это не ощущается как пристрастия и защита.

Защитные привычки у каждого из нас разные и приходят во множестве форм. Но, по сути, Эмоциональный Ребенок справляется с ними двумя путями — через чрезвычайный самоконтроль и подавление (который выбрал я) или самопотакание (которое я осуждал). Других возможностей нет. Чтобы облегчить напряжение и постоянную тревожность внутри, мы движемся в одну из этих крайностей.

Пристрастия окружены мощными бессознательными силами, на которые мы не можем воздействовать просто самоконтролем и самодисциплиной. За одержимым поведением, как и за другими моделями поведения Эмоционального Ребенка, стоят горы страха и стыда Большую часть времени мы не соприкасаемся с тем, что стоит за нашими пристрастиями, потому что с ними наше поведение бессознательно и чувствуется непреодолимым.
Но когда мне удается посмотреть вовнутрь хотя бы на мгновения, я могу видеть, что вместе с одержимостью и автоматичностью вызываю в себе онемение и чувствую лихорадочность и стыд.
Как только включается защитная модель поведения, мы становимся более и более лихорадочными, потому что боль не уходит ни от каких наших усилий ее избежать.

Только когда мой самоконтроль уменьшился, я смог почувствовать за ним страхи и стыд, и во мне стаю больше сострадания и понимания того, почему мы спасаемся пристрастиями. Может быть, если бы мы выросли в среде более расслабленной, свободной от давления, поддерживающей и безмерно любящей, мы не были бы к ним так склонны. Но, учитывая объем стресса, которому подверглись наша чувствительность и уязвимость, я начал признавать вполне правомерным, что мы естественно тянемся к чему-то, что позволит снять внутреннее напряжение.
Есть бесконечное множество источников стресса для нашей уязвимости, которые все вместе создают тревожность и заставляют нас жаждать облегчения. Один — это постоянная борьба за то, чтобы доказать себя себе и другим. Поскольку мы, может быть, скрываем стыд так автоматически и бессознательно, часто очень трудно признать, сколько стресса мы несем в себе постоянно. И еще одна мощная причина, заставляющая нас прибегать к пристрастиям, — это глубокие страхи чувства одиночества и пустоты внутри. У нашего Эмоционального Ребенка нет ресурсов, чтобы справляться с этой черной дырой одиночества и отсутствия смысла Это что-то такое, чему мы должны научиться у людей, которые нашли мудрость и храбрость, чтобы позволить возникнуть этому пространству и пройти через страхи, связанные с ним.

Каждый из нас должен найти собственный способ справляться со своими зависимостями, но, согласно моему опыту, наблюдение и понимание этого поведения с любовью и без осуждения кажется лучшим лекарством. Одним из моих самых глубоких исследований в себе был поиск внутри доверия к собственному росту. Постепенно я замечаю, что внутри есть сила или проводник, которые удерживают корабль на правильном курсе. Я ему еще не совсем доверяю, но расслабление постепенно приходит.

Упражнения
1. Признание защитных привычек.
Какие модели поведения вы в себе видите, которые вам кажутся одержимостью и уводят вас из реальности настоящего?
2. Исследование пристрастий.
Выберите одну из этих моделей. Заметьте:
а) Осуждаете ли вы себя за это поведение? Если да, то как вы это делаете?
б) Какие стрессы в вашей жизни провоцируют это поведение?
в) Как это пристрастие выражает скрытый страх или стыд? Посмотрите, можете ли вы связать его со страхом или стыдом и почувствовать, как это отзывается в теле

КЛЮЧИ
1. ЖИЗНЬ С одержимостью — это привычное, бессознательное поведение, которое притупляет нашу тревожность, страхи, дискомфорт и боль и уводит нас из настоящего момента. В ней есть качество лихорадочности и зависимости.
2. Пристрастия скрывают глубокие страхи и стыд. Их главная причина — стрессовая, подавляющая, соревнующаяся, материалистическая и морализаторская культура, в которой большинство из нас выросло. Мы принимаем все эти негативные ценности и затем постепенно начинаем наказывать себя и давить на себя.
3. Чтобы справиться с этим внутренним стрессом, наш Эмоциональный Ребенок движется в одну из двух крайностей— самоконтроль или самопотакание. Обе они сами по себе имеют защитную природу.
4. Пристрастия отпадают по мере того, как мы развиваем больше внутреннего пространства, чтобы наблюдать их с состраданием и чувствовать стоящие за ними раны.
Не важно, что написано. Важно - как понято.
Аватара пользователя
Соня
***************
***************
 
Сообщения: 3013
Зарегистрирован:
01 апр 2017, 11:23
Откуда: Москва
Благодарил (а): 36 раз.
Поблагодарили: 95 раз.

Re: 12. Психология развития

Сообщение Соня » 19 июл 2020, 09:09

Внутренний опыт Эмоционального Ребенка
Пустота и потребность


Дыра — это чувство пустоты внутри в отношении какого-то аспекта нашего существа, который не получил питания и поэтому не был развит.
Бессознательным попыткам закрыть эти дыры мы уделяем огромное количество времени и энергии в повседневной жизни. Многое в нашем поведении направлено на то, чтобы заставить других их закрыть.
На самом деле дыра внутри только одна, но я предлагаю разделение, чтобы увеличить ясность. Те из нас, кто не получил поддержки, чтобы найти себя, остались с «дырой поддержки». Если у нас не было признания, которое нам нужно, мы остались с «дырой признания». В нас образовалась «дыра достоинства», если мы чувствовали, что недостаточно хороши. Теперь мы жаждем, чтобы кто-то придал нам ценность и заполнил эту дыру. В нас могут быть дыры, связанные с получением тепла и прикосновения, и тогда мы становимся зависимыми от кого-то, кто это нам даст. Или в нас может быть дыра, связанная с доверием, которая заставляет нас чувствовать, что если мы откроемся и будем уязвимыми, то обнажимся для плохого обращения, контроля или манипуляций, Дыра доверия создает созависимость, в которой мы постоянно отталкиваем от себя других, в то же время жаждая близости.

Дыры создают глубокую тревогу, и жизнь становится постоянным бессознательным стремлением их заполнить. Каждая дыра тем или иным образом ориентирует нас на внешний мир. Мы либо стремимся к другому человеку и ищем ситуации, чтобы заполнить пустоту, либо их избегаем. Наши дыры оказывают мощное воздействие на все, что мы привлекаем в свои жизни. Снова и снова мы оказываемся в ситуациях, которые провоцируют наши дыры, потому что часто для нас это единственный способ осознать, что они есть, и единственный способ узнать и развить в себе то, чего недостает внутри. Чтобы расти, нам нужен вызов.

Разновидности дыр

1. Чувствование себя нелюбимым и брошенным.
2. Ощущение себя недостаточно уникальным и уважаемым.
3. Недоверие к собственным чувствам.
4. Недостаток целеустремленности.
5. Глубокие страхи о выживании.
6. Потребность в прикосновении и близости.
7. Слабая мотивация к учебе.
8. Попытки найти любовь и внимание.
9. Стремление к совершенству и самокритичность.
10. Ощущение подверженности поглощению и контролю.

Если у нас нет понимания собственных дыр и видения того, как они влияют на нашу жизнь, мы естественно чувствуем, что для счастья нам необходимы изменения снаружи. Это одно из основных представлений Эмоционального Ребенка. Если мы с ним отождествлены, то переживаем себя как «нуждающихся» из-за пустоты внутри.
Как бы то ни было, работает одно: начать понимать наши дыры, осознавать, почему они есть, откуда берутся, как мы можем их исцелить. Процессу поможет взгляд на то, что я называю «существенными потребностями».

В детстве у каждого из нас есть существенные потребности. Если они не удовлетворяются, мы живем с постоянным ощущением лишения и эмоционального голода. Эта неудовлетворенность создает энергетическую дыру внутри, жаждущую быть закрытой. если вы хотите соприкоснуться с тем, насколько нуждается наш Раненый Ребенок, просто представьте гиппопотама, который раскрывает пасть и говорит: «Покормите меня!»
Из-за лишения мы бессознательно проецируем неосуществленные потребности на наших любимых, близких друзей, на тех, с кем работаем, на детей — фактически, на каждого, с кем мы общаемся. Чем ближе связь, тем глубже проекция.

Существенные потребности

1. Потребность быть нужным.
2. Потребность быть особенным и уважаемым в собственной уникальности (за то, кто мы такие, но не за то, что мы делаем).
3. Потребность в признании реальности чувств (то есть страха, горя, гнева и боли), мыслей и интуиции.
4. Потребность в поощрении к открытию и исследованию собственной уникальности в:
а) сексуальности;
б) творческих дарованиях;
в) силе;
г) радости;
д) потенциале;
е) молчании и одиночестве.
5. Потребность чувствовать защиту и поддержку.
6. Потребность в физическом прикосновении и любящем присутствии.
7. Потребность во вдохновении и мотивации, чтобы учиться.
8. Потребность знать, что нет ничего плохого в том, чтобы совершать ошибки и учиться на них.
9. Потребность быть свидетелем любви и близости.
10. Потребность в поощрении и поддержке при расставании.
11. Потребность в том, чтобы получить твердо и любяще установленные пределы.

Когда нет осознанности, мы автоматически движемся в один из пяти образцов поведения Эмоционального Ребенка Но по мере нашего роста эти модели поведения становятся менее автоматическими.
Исцеление дыр в нас начинается с признания того, что автоматически мы пытаемся заполнить их снаружи. Процесс наблюдения и понимания высвобождает энергию, которая дает возможность разбить автоматическое поведение и просто быть с опытом пустоты. Быть с ним значит чувствовать и позволять ему быть, не пытаясь ничего исправить или изменить.

...Человек ищет внимания,
потому что не знает себя.
Только глазами другого он может увидеть
собственное лицо, и только в чужих мнениях —
найти собственную личность...
Ошо

Упражнения
1. Обнаружение дыр.
Просмотрите список существенных потребностей. Спросите себя: «Есть ли во мне дыра, связанная с этой потребностью?»
2. Исследование влияния дыр.
Сфокусировавшись на этой конкретной дыре, спросите себя: «Как она влияет на то, какой я в отношениях с людьми и жизнью?»
3. Чувствование дыр.
Оставаясь с этой дырой, спросите себя: «Как эта дыра чувствуется внутри?»
4. Исследование потребностей.
а) Какие мысли и чувства в вас возникают, когда вы рассматриваете свои потребности?
Например:
«Я не чувствую себя вправе хотеть этого или в этом нуждаться».
«Если я этого хочу, я слабый или нуждающийся». «Если я покажу эти потребности, мной воспользуются». «Зачем беспокоиться о том, чтобы чувствовать или выражать эти потребности, если все равно я этого никогда не получу?»
б) Запишите, какие верования вы носите внутри о том, чтобы не иметь или не выражать этих потребностей.
в) Чему вас учили (вербально или не вербально) в детстве о потребностях и их выражении? Например:
«У настоящих мужчин не должно быть потребностей. Мужчины не должны их выражать». «Иметь потребности и желания эгоистично». «В жизни нужно думать о более важных вещах, чем потребности».

Ключи
1. У нас внутри есть энергетические дыры из-за неудовлетворения детских существенных потребностей и, может
быть, по другим необъяснимым причинам. Эти дыры можно связать с каждым из наших энергетических центров — защищенности, сексуальности, чувствования, силы, радости, творчества и ясности. Чувствовать эти дыры неудобно и страшно, поэтому мы делаем все, что только возможно, чтобы их заполнить снаружи — людьми, вещами, наркотиками, чем угодно, что только может дать нам облегчение от тревожного соприкосновения с дырой.
2. Состояние потребности — неотъемлемая характеристика Эмоционального Ребенка в нас. Оно — не наша природа, и происходит из ранней неудовлетворенности. Многие модели автоматического поведения, — такие как отрицание собственных потребностей, одержимость или ожидания, требования и надежда, — вытекают из этого ощущения внутренней пустоты.
3. Опыт эмоционального лишения распространен повсеместно и является значительным обрядом посвящения. Обычно мы начинаем с состояния отрицания, в котором даже не осознаем, что подверглись лишению в определенной эмоциональной потребности, или как это случилось. Часто мы даже защищаем тех, кто в раннем детстве о нас заботился, идеализируя их. Затем приходит болезненное пробуждение, и мы осознаем, чего нам недоставало, и это может привести к обвинению и гневу. В конце концов, мы можем почувствовать боль ребенка внутри нас, которому пришлось страдать, и принять ее как часть взросления и пробуждения.

Страхи

Когда я исследую внутреннее пространство, которое, как я знаю, принадлежит моему Раненому Ребенку, то обязательно нахожу там глубокий страх — все возможные страхи. И кажется, чем старше и, может быть, чувствительнее я становлюсь, тем более интенсивной становится испуганная моя часть. Подозреваю, что она была во мне всегда, но раньше я скрывал ее так эффективно, что не мог так явственно ее почувствовать или распознать.

Страх — это еще одно характерное качество нашего Эмоционального Ребенка. Становится легче уяснить, почему испуганная внутренняя часть нас так сильна, как только мы понимаем, сколько страха все время несем в себе. На более высоком уровне осознанности мы начинаем видеть, что этот страх иллюзорен, и что все мы остаемся под крылом дружественного существования. Но в состоянии ума Ребенка нет доступа к этой реальности. Сначала мы должны признать страхи, живущие во Внутреннем Ребенке. Каждый раз, когда он нас охватывает, мы испытываем страх.

У нас много, много страхов, но за ними стоят два основных. Один из них — страх не выжить. Второй — не получить любви. Все остальные страхи — только ответвления двух первых. Когда мы начинаем более детально изучать собственные страхи и поведение, то приходим к видению того, как велика часть нашей жизни, вращающаяся вокруг этих двух страхов.

Мы рассматриваем силу как отсутствие страха, вместо того чтобы естественно ее принимать. С негативной обусловленностью в отношении страха мы учимся стыдиться собственной чувствительности и уязвимости, вместо того чтобы ценить красоту этих качеств.

Страх — кроме ситуаций прямого столкновения с непосредственной опасностью — основан на прошлом. Он приходит из опытов и обусловленностей, живущих в уме Раненого Ребенка. Он был внедрен негативными опытами, травмами и полными страха мыслеформами, перенятыми у родителей, учителей и культуры. Внимательно и без суждения наблюдая собственные страхи, я пришел к осознанию того, что в большей части случаев для них нет оснований в реальности. Мало-помалу я начинаю видеть, что страх приходит обычно потому, что меня охватывает Эмоциональный Ребенок.
Первый шаг — принять этот страх. Второй — признать, что ситуацию контролирует Эмоциональный Ребенок.

...Ты чувствуешь страх.
Теперь страх стал экзистенциальной реальностью,
прожитой реальностью; он есть.
Ты можешь его отвергнуть;
отвергнув, ты его подавишь.
Подавив его, ты создашь рану в своем существе...
Ошо

Упражнения
1. Обнаружение страхов.
Начните с того, что запишите или внесите осознанность в свои глубочайшие страхи в отношении:
а) сближения с другим человеком;
б) выражения творчества;
в) финансовой безопасности.
Спросите себя, не связаны ли эти страхи с тем, как вас научили думать? Не исходят ли эти страхи из травматических опытов прошлого?
3. Исследование отношения к страхам.
Что вы чувствуете в отношении этих страхов? Осуждаете ли вы их? Если да, то каковы ваши мысли?
4. Исследование убеждений о страхах.
Какое послание вы получили (вербально или не вербально) о том, как следует обращаться со страхами? Преуменьшать их? Толкать себя к их преодолению? Не поддаваться им? Поддаваться?
5. Проявление собственной расщепленности.
Есть ли расщепленность между той стороной вас, которая заставляет преодолевать и осуждает, и другой, содержащей страх? Изобразите эту расщепленность на рисунке. Как вы справляетесь с этой расщепленностью?

Ключи
1. Эмоциональный Ребенок внутри находится в состоянии
глубокого страха, и, в состоянии ума этого Ребенка, в страхе оказываемся мы сами. Его ужасает, что он не получит любви и поддержки, в которых нуждается, чтобы выжить.
Каждый раз, когда провоцируются страхи, в его уме это преломляется как вопрос жизни и смерти.
2. Источник наших страхов — болезненные опыты прошло го и травмы. Частично мы также перенимаем страхи у близких и впитываем из среды — от родителей, учителей, культуры. Поскольку обычно мы прикрываем страхи «взрослым» сознанием, в котором научились так или иначе их компенсировать, у нас мало понимания, как и почему возникли эти страхи.
3. Обычно у нас нет дружеских отношений со страхами. Мы их осуждаем, отрицаем, пытаемся преодолеть волевым усилием или убегаем от них. Не принимая страхов, мы отсекаем собственную чувствительную и уязвимую сторону. Есть гораздо более здоровый способ обращения со страхом. Мы можем его принять и понять, что он исходит из нашего Эмоционального Ребенка.
Не важно, что написано. Важно - как понято.
Аватара пользователя
Соня
***************
***************
 
Сообщения: 3013
Зарегистрирован:
01 апр 2017, 11:23
Откуда: Москва
Благодарил (а): 36 раз.
Поблагодарили: 95 раз.

Re: 12. Психология развития

Сообщение Соня » 29 июл 2020, 09:03

Инфекция

Инфекция — это все негативные влияния, оказанные на нашу энергию обусловленностью. Сами того не зная, просто дыша одним воздухом с теми, кто о нас заботился, мы впитали подавляющие убеждения и страхи, негативные ожидания и чувство ограничения.

В детстве мы словно беспомощные резервуары, в которые вливаются страхи и негативность подавляющего общества и тех, кто нас растит. Мы называем такой процесс инфицированием. Инфекция проникает в наши мыслеформы без нашего ведома и распространяется, воздействуя на все стороны жизни: на энергию, самооценку, творчество, отношения, сексуальность, разум.

Концепция инфекции помогает многое объяснить во внутреннем опыте Эмоционального Ребенка. Без нее трудно понять, откуда взялось у нас внутри столько страха, стыда, ограничений и сомнений в себе. Она помогает прояснить, почему оказывается, что мы воспроизводим образ жизни и сценарии, принадлежавшие одному или обоим родителям.

Конечно, не все, чем мы были инфицированы, негативно. Многие и из наших позитивных качеств частично, каким-то таинственным образом, получены по наследству. Но я сейчас фокусируюсь на том, как Эмоциональный Ребенок в нас выработал страхи, стыд и недоверие, и подчеркиваю, что значительная часть этого приходит из инфекции.

Другой термин, применяемый к явлению, называемому нами инфекцией, — «негативное связывание». В невинности и беспомощности детства мы естественно сливаемся с теми, кто нас растит. Если то, с чем мы сливаемся, загрязнено страхами и негативностью, то такое слияние негативно.

Если исследовать любой специфический страх или модель поведения, часто можно отследить причину его появления до убеждения или поведения одного из заботившихся о нас в детстве. Обычно в том, как мы выражаем страхи в сегодняшней повседневной жизни, отражается способ выражения страхов одного или обоих родителей. Наши негативные и критические подходы к себе и жизни в целом часто отражают сходные позиции наших родителей. Отношение к деньгам, сексуальности, успеху или игривости можно отследить до обусловленности, данной нам родителями, учителями, священниками или другими людьми, значительными в нашем формировании.

До исследования Внутреннего Ребенка мы можем даже не подозревать, что эти верования нам не подходят. И источник нашей инфекции лежит в гораздо более значительной плоскости, чем просто доверчивое впитывание убеждений близких людей. Это сам воздух, которым мы дышим. Подавление, негативные верования, мания самообороны, соревновательность и давление глубоко впечатаны в нашу культуру. Мы не можем этого избежать.

Другой способ понимания инфекции — увидеть, что каждый из нас был отлит в определенную форму согласно всем отражениям, подавлениям, верованиям и схемам поведения, переданным нам. Мы буквально стали такими, какими нас ожидали увидеть. И именно это мы теперь думаем и чувствуем о себе. Мы ведем себя, как автоматы, проигрывающие заложенный в них сценарий. Инфекция создала формы для отливки, и все наши концепции о том, кто мы такие, являются скульптурами, отлитыми по этой форме. Для нас невообразимо думать или вести себя по-другому. Мы просто именно такими себя ощущаем.

Требуется безмерная храбрость, чтобы обнаружить инфекцию, не говоря уже о том, чтобы из нее вырваться. Это, безусловно, самый храбрый шаг, который мы только можем совершить в жизни. Обусловленность — религия, культура, социальный класс, в котором нас воспитали, — дает нам чувство тождественности. И обычно мы не осознаем, как все это нас душит, или что вообще может быть какой-то другой способ жить, кроме того, которому нас научили. Суждения и давление, пришедшие с инфекцией, проникли глубоко вовнутрь. Мы всю жизнь верили, что голоса внутренних и внешних критиков — правильны, а мы сами, как таковые, — неадекватны.

Инфицирование случилось с нами так рано, что мы никогда не знали никаких «других себя». Мы думаем, что наше подвергнувшееся влияниям «я» — и есть мы сами. Это наша самая глубокая отождествленность.
Очень страшно шагнуть в сторону от того, что так долго было знакомым.
Нашу чувствительную и уязвимую сторону ужасает отрыв от того, чему нас учили. Для нашего Эмоционального Ребенка это означает брошенность, наказание и, может быть, вечное проклятие. Для Ребенка твердо придерживаться верований и сценариев в жизни — означает выживание и чувство принадлежности. Развязаться с обусловленностью — означает изоляцию и голод.

В нашем поведении есть образцы, проникшие в нас какими-то неизвестными путями и, может быть, вообще необъяснимые. Иногда мы не можем обнаружить, почему действуем так, а не иначе. Причины могут быть погребены в семейных тайнах или склонностях, которыми мы таинственным образом заразились. Или человек может проигрывать семейную тайну, и, лишь когда тайна раскрыта, его поведение иди верования становятся объяснимыми.

Чем глубже мы исследуем инфекцию, тем больше понимаем, что очень многое в наших взглядах на жизнь, поведение и энергии подверглось чужеродным влияниям. Нам нужно изучить каждое отдельное верование, которого мы придерживаемся, и посмотреть, действительно ли оно принадлежит нам, или это часть инфекции. Само рассмотрение всего этого с вопросительным знаком в уме постепенно позволит нам себя «дезинфицировать». Если что-то вызывает отклик в нижней части живота, это наше Если нет, это инфекция. Поначалу может быть невозможно почувствовать, есть ли отклик в нижней части живота чтобы развить такую осознанность, требуется время.

Исследование инфекции

1. Изучите каждое верование и поведение в отношении сексуальности, духовности, личной силы, индивидуальности, чувствования, денег, способности отдавать, отношений и брака, ответственности и свободы, семьи, еды и тела, работы и расслабления.
2. Спросите себя:
а) От кого это пришло?
б) Как бы было, если бы я не слушался(лась) этого верования или не вел(а) себя так, как, мне кажется, должен(на) себя вести?


Прорабатывание инфекции подобно тому, чтобы убить дракона Наша обусловленность — словно огромное огнедышащее чудовище, угрожающее испепелить нас пламенем, если мы шагнем в сторону от прочерченной линии. Эмоциональному Ребенку не хватает храбрости, чтобы сражаться с драконом. Но у другого пространства внутри нас она есть. Искатель в нас подобен Язону или Геркулесу нашего существа. Но, как бы ни был силен наш Искатель, если мы хотим оставаться в соприкосновении с чувствительностью, мы должны также оставаться в соприкосновении со страхами Эмоционального Ребенка. Согласно моему опыту, если наше намерение найти себя искренне, модели поведения и верования, не принадлежащие нам, постепенно отпадают. Жизненная сила изнутри нас естественным образом утверждает себя вопреки всем нашим страхам.

В процессе обнаружения и исцеления инфекции наступает деликатный момент, когда мы осознаем, как глубоко были обусловлены и деформированы негативными подходами и сценариями. Тогда легко потеряться в гневе, обиде и обвинении. С одной стороны, нам необходимо прочувствовать, как обусловленность подавила в нас энергию и чувства; с другой стороны, если мы будем накапливать обвинения и обиды, это нам ничем не поможет. Я узнал, что мне было необходимо пережить период ярости и позволить себе чувствовать гнев и обиду на тех, кто меня вырастил. Но затем пришло время для почитания обоих моих родителей и всех моих корней за те дары, красоту и любовь, которые я получил.

...Каждое поколение продолжает
передавать свои болезни новому,
и естественно, каждое новое поколение
становится более и более обремененным.
Вы унаследовали все подавляющие
концепции всей истории...
Ошо

Упражнения
1. Обнаружение инфекций.
Исследуйте свои принципы в обращении с деньгами. Запишите их. Теперь запишите принципы в обращении с деньгами каждого из родителей. Сравните эти два списка. Вернитесь к своему списку и пересмотрите принципы один за другим, отмечая, принадлежит ли каждый из них вам или является частью инфекции.
2. Обнаружение страхов, подкрепляющих инфекции.
Теперь спросите себя, какое ощущение в вас возникнет, если вы отпустите все те верования, которые оказались не вашими? Какие специфические страхи при этом всплывают?
3. Поиск следов инфекции.
Вы можете применить подобное исследование к подходам и убеждениям в других областях жизни. Начните замечать, что по внутреннему ощущению вам «не годится». То, что вызывает некое ощущение автоматичности, — часть инфекции.
4. Пересмотр убеждений.
В самых важных областях жизни пересмотрите верования, впитанные от социального класса, религии и культуры, в которых вы выросли. Снова проверьте, какие из них вам подходят, какие — нет.

Ключи

Мы лучше поймем инфекцию, если осознаем, насколько глубоко и тонко она внедрена в наш ум, и увидим, в какую тюрьму она заключает нашу жизнь. Когда мы систематически просматриваем различные аспекты нашей жизни, то становится яснее и яснее, что многое из того, что мы думаем, автоматично и механично, и что-то из этого может больше нам не подходить. Что-то может перестать быть правильным по внутреннему ощущению.

Как бы то ни было, важно также признавать и принимать огромный страх, возникающий, когда мы отходим от обусловленности. Искатель внутри тянет нас к тому, чтобы найти себя, но Эмоциональный Ребенок всегда остается в глубоком страхе перед тем, чтобы «отступить от заданной линии». Исцеление инфекции — долгий процесс, требующий большой храбрости, терпения и осознанности.
Не важно, что написано. Важно - как понято.
Аватара пользователя
Соня
***************
***************
 
Сообщения: 3013
Зарегистрирован:
01 апр 2017, 11:23
Откуда: Москва
Благодарил (а): 36 раз.
Поблагодарили: 95 раз.

Re: 12. Психология развития

Сообщение Соня » 29 июл 2020, 09:04

Изображение


Стыд и чувство вины

Еще один кардинальный опыт нашего Эмоционального Ребенка — стыд и чувство вины. Стыд — это внутреннее чувство собственной «недостаточности». Я подозреваю, у каждого из нас найдутся собственные слова, чтобы описать этот внутренний опыт. Но, как бы мы его ни описывали, это нехорошее чувство. Когда меня охватывает стыд, я не ощущаю себя. Со мной не происходит не только никакого позитивного опыта себя, но и вообще никакого опыта себя. Моя энергия протекает и истощается, все кажется слишком большим усилием. И невозможно даже Представить, что я могу быть в чем-то компетентным, или что кто-нибудь может меня любить или уважать. Хуже того, я начинаю вести себя подкрепляющим все эти чувства образом. Я могу говорить глупости и совершать всевозможные ошибки, начинаю оставлять все кругом в беспорядке и не довожу дела до конца, а если что-то делаю, то отвратительно, и может быть, даже вообще хожу, словно в ступоре. В результате я чувствую себя виноватым за то, что я такая обуза для окружающих, и иду в дыру еще глубже. Оттуда я смотрю наружу и вижу мир, в котором все успешны, и только один я всегда остаюсь полным неудачником. В таком состоянии я обычно не могу себе представить, что может быть как-то по-другому. Я верю, что именно такой я и есть, и такова жизнь, и ничего изменить нельзя.

Если мы ставим перед собой зеркало, то первым впечатлением обычно бывает впечатление стыда. Неизменно мы находим что-то неправильное или то, что нуждается в улучшении. Помните последний раз, когда вы чувствовали себя лишним или ни к чему не принадлежащим? Или недавний случай, когда вас отвергли, или вы потерпели поражение в чем-то важном? Помните, когда смотрели на кого-то снизу вверх и говорили что-то неуместное? Или были с кем-то, кого уважаете настолько, что просто не можете ощущать себя? Такие моменты провоцируют в нас стыд. Когда он нас захватывает, мы чувствуем, что не хороши такими, как есть. Иногда мы можем ощущать стыд острее, или, как мы это называем, переживать «припадки» стыда, но на самом деле стыд остается в нас все время. В некоторых случаях он действительно калечит нашу жизнь.

Стыд усиливается внутренними голосами, подвергающими нас постоянной оценке. Они напоминают, что мы «дефективные» и должны измениться или улучшиться, чтобы у нас «получилось», чтобы победить и преуспеть. Мы называем эти голоса «судьей-погонщиком. Без стыда судья-погонщик не мог бы существовать. Стыд говорит нам, что судья-погонщик в своих суждениях абсолютно прав.

Самый калечащий аспект стыда состоит в том, что он отсекает нас от самих себя, отсекает от центра. Стыд заставляет нас чувствовать себя отсоединенными от переживания себя внутри как дома. И многие из нас живут в стыде так долго, что вообще не знают, что значит чувствовать себя внутри как дома. Мы отождествлены со стыдом.
Во всех нас есть стыд, но каждый обходится с ним по-своему. У некоторых из нас стыд на самой поверхности, их постоянно терзает чувство собственной неадекватности, и они глубоко отождествлены с образом «неудачника». Другие перемещаются между чувством собственной недостойности и адекватной зависимостью от того, как идут дела в практическом плане. Успехи поднимают их вверх, поражения сбрасывают вниз. И они мечутся между манией величия и комплексом неполноценности, ролями «победителя» и «побежденного», в зависимости от отзыва, который получают извне. Я сам такой. Есть люди, которые так хорошо компенсируют стыд «успешностью», что считают себя «победителями», а все остальные выглядят «неудачниками». Но тем из нас, кто эффективно компенсирует стыд, может потребоваться глубокая травма, например, утрата, отвержение, болезнь, несчастный случай или истощение, чтобы заглянуть в себя и увидеть, что за маской.

Я всегда жил с убеждением, что, когда возникают чувства недостойности и поражения, нужно просто им не поддаваться, а пытаться лучше работать. Стыд был со мной всегда, но я верил, что поддаваться ему было бы признаком слабости и лени. Более того, я считал, что если позволю себе в него войти, то никогда не смогу из него выбраться. Я не видел никакой ценности в том, чтобы позволять себе чувствовать стыд. Теперь для меня очевидно, что, не совершив путешествия в собственный стыд, мы не сможем найти себя.

Мы можем тонуть в стыде или преодолевать его, но в любом случае он управляет нашей внутренней жизнью. Полезным будет прийти в соприкосновение с глубоким внутренним чувством, которое говорит: «Я неадекватен, я неудачник и поэтому должен прятать свою неадекватность от других, чтобы они никогда не узнали обо мне правды». Знакомство с этой моей частью сделало меня более человечным. Если же я прикрываю стыд компенсациями, то чувствую, что бегу от себя. За фасадом прячется вечно присутствующий страх, который не уходит вопреки всем моим усилиям справиться с ним. Процесс преодоления превращается в бесконечную борьбу, потому что, пока мы не научимся обращаться с подспудным страхом, неуверенностью или стыдом, они будут всегда нас преследовать.

Огромная часть автоматического поведения приходит из стыда. Отождествленные со стыдящейся частью, мы не доверяем себе и чувствуем зависимость от других в самооценке, любви и внимании. Мы так отчаянно нуждаемся в том, чтобы прикрыть пустоту, приносимую стыдом, что становимся угождающими, делающими, спасающими. Мы выбираем роль или поведение, приносящие хоть какое-то облегчение. Я верил, что без достижений я был никто. Женщины часто отождествляют собственную ценность с тем, насколько они любящие и отдающие. Мужчины часто оценивают себя по фактору производительности. Все это приходит из нашего наполненного стыдом образа себя.

Рана стыда погружает нас в пузырь стыда Из него мы видим мир как опасные соревнующиеся джунгли, где есть только борьба, и нет никакой любви. В пузыре мы верим, что если не будем бороться, соревноваться и сравнивать, то не выживем. И, оставаясь в пузыре стыда, мы убеждены, что другие лучше нас. Они более достойны любви, успешны, компетентны, разумны, привлекательны, сильны, чувствительны, духовны, сердечны, храбры, осознанны и так далее. Конечно, у каждого из нас своя личная комбинация этих «более», которую мы проецируем на других людей. Кроме того, из пузыря стыда мы испускаем послание, содержащее, по сути: «Я не достоин любви и уважения, поэтому ты можешь меня отвергнуть, обойтись со мной плохо или воспользоваться мной, как хочешь и когда хочешь». Так наш стыд глубоко воздействует на отношение к нам других.

Стыд упрочивает себя. Отсеченные от чувствования себя, мы идем за оценкой к другим и живем в компромиссе. Мы словно приглашаем отвержение, а наша самооценка еще более снижается. Из-за разбитого образа себя в нас накапливается внутреннее напряжение, и мы можем легко двигаться в какую-то форму компенсирующего или непроизвольного поведения. Но это только усугубляет стыд.

Хотя стыд является явлением, воздействующим на нас глобально, мы можем наблюдать его в некоторых областях жизни более интенсивно, в некоторых — менее. Из-за нашего разного прошлого мы можем испытывать глубокий стыд и неуверенность в разных аспектах: в связи с телом, сексуальностью, творчеством, храбростью, самовыражением, родительством или в отношении чувств и восприимчивости. Воздействуя на то, как мы общаемся, стыд часто вообще не позволяет нам открыться. Мы можем ощущать его как глубокий шрам на нашем существе, и чувствовать перед ним беспомощность.

Из стыда приходит вечное чувство вины. Мы постоянно чувствуем, что сделали что-то плохое. Я заметил, что каждый раз, когда жена Амана по любой причине грустна ИЛИ уныла, я тут же ощущаю себя за это ответственным. Голоса стыда говорят: «Ты недостаточно ее любишь и поддерживаешь, ты недостаточно внимателен».
На каком-то уровне многое из того, во что мы верим из стыда, выглядит истинным. Правоту голосов погонщика, кажется, подтверждают жизненные опыты. Мы чувствуем себя недостойными любви и оказываемся отвергнутыми. Мы чувствуем себя трусливыми и тут же видим, как уходим от риска. Мы чувствуем себя толстыми и набираем избыточный вес Мы чувствуем, что не можем никому дать ничего ценного, и подвергаемся осуждению или критике.

Если эти чувствования себя так привлекают подтверждающие их события, как нам выбраться? Как преодолеть ложь стыда? Для меня это было глубоким вопросом. Я узнал, что мало-помалу можно преодолеть стыд пониманием. Я знаю, что стыд — это продукт моего ума, рожденный подавляющей, моралистической, соревновательной, материалистической и жизнеотрицающей культурой. Он — следствие того, что я был воспитан в среде, где не признавалось мое существо, и был вынужден соответствовать странному миру, нечувствительному в самой своей основе. В результате я потерял соприкосновение с собственными существенными качествами и энергиями и связь с центром.
Стыд не уходит бесследно, но, исследуя его и больше понимая, мы достигаем дистанции от него. Я создал некоторое пространство без стыда, узнавая, откуда он приходит, и как; он чувствуется, когда меня захватывает, наблюдая раздражители, провоцирующие его, и видя, как я его компенсирую. Вот этапы этой работы.

а) Чувствование стыда.
Стыд — не комфортное чувство. Он делает нас тяжелыми, онемевшими, сонными и подавленными. Он обволакивает нашу жизненную энергию, как тяжелое одеяло, и мы теряем связь с собой. В стыде мы не знаем, в чем нуждаемся, и не доверяем тому, что чувствуем, думаем, говорим или что интуитивно ощущаем. Ум наполняется тем, что мы называем «голосами стыда» — голосами судьи-погонщика. Эти голоса осуждают и критикуют нас. Нас одолевает недоверие — и к самим себе, и к другим.
Голоса стыда осуждают не только нас, но и все и вся снаружи нас Мир кажется враждебным и темным местом.
С такого рода меню кому захочется оставаться в соприкосновении с раной и продолжать чувствовать? Гораздо лучше, думаем мы, избежать этого любым доступным способом. Стыд исцеляется путем создания внутри пространства, чтобы чувствовать и наблюдать, когда он приходит. Это приносит глубину и мягкость. Мы чувствуем и наблюдаем стыдящегося Ребенка внутри себя и внутри каждого. Мы приводим в движение алхимический процесс исцеления, просто оставаясь со стыдом и переживая его, когда он приходит, ничего не пытаясь изменить.

б) Распознавание раздражителей.
Как только мы осознаем, что в нас есть стыд, и даем себе пространство, чтобы его чувствовать, мы можем начать распознавать тригеры стыда Провоцирующие стыд факторы иногда очевидны, иногда — почти неуловимы. Это может быть отвержение или то, как кто-то говорит с нами или смотрит на нас. Это могут быть ситуации, в которых мы чувствуем себя неполноценными или униженными. В нас может быть спровоцирован стыд, когда мы не исполняем чьих-то ожиданий. У стыда большое количество провоцирующих ситуаций. Наши личные раздражители имеют много общего с тем, как нас стыдили изначально.

в) Исследование, откуда приходит стыд.
Когда мы начинаем понимать, как подвергались стыду, это приносит нам безмерное сострадание к самим себе. Мы начинаем понимать, что в нас нет ничего неправильного, и наши чувства неадекватности приходят из стыда.
Инфицирование стыдом случается, когда естественная спонтанность, любовь к себе и живость ребенка подавляются, и когда его существенные потребности не осуществляются. Такое может случиться в результате насилия, осуждения, сравнения или ожиданий, которым нас подвергают в детстве.
Это также происходит, когда ребенок заражается подавлением, страхами и жизнеотрицающими подходами родителей или культуры, в которой он воспитан. У каждого из нас был собственный уникальный опыт присвоения стыда. Редко бывает так, что кто-нибудь его избегает. Часто о нас заботятся любящие люди, и у них добрые намерения. Но они также подверглись стыду и, сами того не зная, передают его нам.

г) Узнавание компенсаций.
Мы достигаем глубокого видения стыда, когда начинаем узнавать способы, которыми от него убегаем. У каждого из нас собственный способ не чувствовать стыд или его скрывать, но по сути в любой данный момент времени мы подпадаем под одну из двух категории — либо «раздуваемся», либо «сдуваемся».
Раздуваясь, мы толкаем себя к тому, чтобы делать больше, быть лучше, работать тяжелее, производить выгоднейшее впечатление, получить работу, взобраться по карьерной лестнице, продолжать двигаться и так далее. Раздуваясь, мы используем свою энергию, чтобы убедиться, что стыд нас не пересилит. Но где-то глубоко внутри себя даже самые закоренелые «раздувальщики» остаются в страхе перед вечно присутствующей угрозой быть побежденными стыдом и в результате никогда не расслабляются.
«Сдувание» — это противоположная сторона «раздувания»; мы сдаемся и подавляем себя. Это означает поднять белый флаг вместо того, чтобы продолжать борьбу. Некоторые из нас сдались давно, потому что продолжать бороться было слишком большим шоком и болью. Или мы сдаемся в одних областях и «раздуваемся» в других.

д) Выход из пузыря.
Наш стыдящийся Внутренний Ребенок всегда будет чувствовать, что в нем что-то не в порядке. Но, внося осознанность в разные аспекты стыда, в то, как он провоцируется и ощущается, откуда он приходит, и как мы от него убегаем, мы начинаем разотождествляться с ним. Мы начинаем видеть, что это на самом деле не мы. Это наш стыдящийся Ребенок чувствует себя глубоко неадекватным и думает, что никогда не сможет сделать достаточно, чтобы люди начали ценить и любить его. Он проводит всю жизнь, скрывая неуверенность в себе. Из транса стыда нас выводит видение, что мы — не этот Ребенок.
Было время, когда я не мог вообразить себя как человека с достоинством или некоторой центрированностью внутри, но оно закончилось. И теперь бывает множество моментов, когда меня охватывает стыд, и я теряю соприкосновение с чувствованием. Но я возвращаюсь. Это ощущение не имеет ничего общего с тем, что я делаю, это что-то другое.

Кто-то однажды спросил моего мастера, как можно воссоединиться с внутренним «да». Он ответил, что чувство «да» — в нашей природе. Когда мы учимся наблюдать негативный ум, без осуждения или попыток его изменить, естественный опыт «да» возникает сам собой.
...Ребенок — каждый ребенок на всей земле,
во всех обществах — принужден отречься от
своего существа, принужден принять
мнения о себе других.
Каждый ребенок рождается в абсолютном
принятии себя таким, как есть.
Каждый ребенок рождается с огромной
любовью к себе;
у него есть любовь к себе, самоуважение,
потому что еще нет ума...
Ошо


Упражнения

1. Выявление областей стыда.
Стыд может ударить нас на всех уровнях существа. В этом упражнении вы можете внести осознанность в специфические области своего стыда. Отметьте или запишите, как в каждой области вы испытываете чувства стыда, неполноценности, неуверенности или неадекватности.
а) Сексуальность — то есть потенция, оргазм, интерес, страхи.
б) Тело и внешний вид — то есть форма и размер тела, привлекательность, возраст, одежда.
в) Выживание — то есть способность зарабатывать деньги, защищенность.
г) Чувства — то есть способность чувствовать, например, грусть, открытость, уязвимость.
д) Личная сила — то есть утверждение себя, способность чувствовать и выражать гнев, знание и умение выражать, что вы хотите, или безответственность, лень, подавленность и подверженность страхам.
e) Радость — то есть способность быть спонтанным ИЛИ чувствование себя слишком серьезным или безответственным.
ж) Творчество — то есть знание своих дарований и умение их выражать.
з) Ясность — то есть способность жить свою жизнь так, как вы хотите, знание своих жизненных приоритетов.

2. Осознание компенсаций.
Приходится ли вам справляться со стыдом, и если да, то как? Как вы справляетесь со страхами?
а) С самим собой — притворяетесь ли вы, что страха нет?
Осуждаете ли себя? Подавляете? Подстрекаете ли себя двигаться быстрее, больше работать?
б) С другими —устраняетесь ли в собственный мир? Боретесь или атакуете? Пытаетесь быть приятным? Становитесь массовиком-затейником? Принимаете оборонительную стойку?

3. Выход из пузыря.
Можете ли вы распознать, что вас охватывает стыд? Как это чувствуется? Каким кажется мир, когда вы в трансе стыда? Что вы думаете, что другие подумают о вас? Что вы думаете о себе? Что вы хотите от других? (Чем лучше вы можете распознавать состояние стыда, тем легче становится с ним разотождествиться.)
Ключи
1. Обусловленность, которую получило большинство из нас, имеет природу стыда. Наши родители, сами того не зная, передали нам свой стыд. Но это состояние не многие из нас хотят чувствовать или принимать. Вместо этого мы его компенсируем, «раздуваясь» либо «сдуваясь». И компенсация не позволяет нам ни признать, ни исцелить стыд. Как только мы понимаем стыд: что это такое, как он ощущается, что его приносит, откуда он приходит, и как мы обычно от него бежим, — его воздействие на нашу жизнь становится меньше и меньше.

2. Когда нас охватывает стыд, мы входим в состояние транса — в пузырь. В этом трансе мы чувствуем себя определенным образом, думаем определенным образом, ведем себя определенным образом и определенным образом видим мир. Мы чувствуем омертвелость жизненных сил, наш ум наполняется «голосами стыда», которые осуждают, критикуют и негативно себя сравнивают. Наше поведение может стать маниакальным или депрессивным, превратиться в нападение или упрашивание, в зависимости от нашей природы. И мы видим мир как враждебное место, состоящее из победителей и побежденных. (Обычно мы сами оказываемся побежденными.)

3. Есть два способа выхода из транса стыда. Первый: просто видеть его, чувствовать и понимать, что это такое. Это более пассивная и женственная возможность, и она включает в себя признание, что стыд — не мы сами, но просто состояние, которое в нас провоцируется из-за ранней обусловленности. Ничего не нужно делать, кроме как наблюдать его и чувствовать, когда он приходит. Второй способ
заключается в том, чтобы идти на некоторый риск и бросить вызов собственным страхам и системам верований, позволить существованию показать нам, что реально. Это более активный или мужественный аспект выхода из стыда.
4. Прорабатывание стыда — это важный обряд перехода, процесс, делающий нас глубоко человечными и чувствительными. Может быть, необходимо пережить период обвинения и гнева в отношении людей, подвергнувших нас стыду.
Но если нам удастся в какой-то момент признать, что каждый опыт, который мы получили, каким бы он ни был болезненным, имеет свой смысл, мы достигнем гораздо более глубокого видения. Мы можем даже смотреть на стыд и насилие с благодарностью.
Не важно, что написано. Важно - как понято.
Аватара пользователя
Соня
***************
***************
 
Сообщения: 3013
Зарегистрирован:
01 апр 2017, 11:23
Откуда: Москва
Благодарил (а): 36 раз.
Поблагодарили: 95 раз.

Re: 12. Психология развития

Сообщение Соня » 29 июл 2020, 09:05

Судья-погонщик

Нам никогда не удается сделать что-нибудь, отвечающее нашим «очень высоким стандартам», но мы не прекращаем попыток.
Внутренний судья-погонщик — это обратная сторона нашего стыда. Во многом именно благодаря ему мы продолжаем считать себя испуганными и неадекватными людьми. Функция судьи-погонщика состоит в том, чтобы заставлять нас следовать правилам, стандартам и инструкциям нашей обусловленности. Когда мы этого не делаем, он наполняет нас чувством вины и страхом. Энергия погонщика ощущается как внутренние голоса, вербально или энергетически требующие от нас делать больше, быть больше, пытаться лучше и так далее. Осуждающая энергия приносит голоса, говорящие, что мы недостаточны во всем: недостаточно умны, недостаточно красивы, недостаточно духовны, недостаточно чувствительны, недостаточно расслабленны, недостаточно храбры и так далее. Голоса погонщика постоянно диктуют нам, что делать, что не делать, постоянно оценивают и судят нас за то, что мы делаем или не делаем, погоняют и критикуют.
И, может быть, даже не осознаем, что нами помыкает судья-погонщик. Это просто жизнь. Или мы думаем, что с нами говорит «Бог». За все годы нашей карательной и моралистической иудейско-христианской обусловленности «Бог» приобрел довольно дурную славу.
Пока мы верим этому судье-погонщику, снаружи всегда будут находиться люди, усиливающие его и мучающие нас В таких отношениях мы чувствуем, что подвергаемся насилию, что нас не видят, не осознавая, что эти люди — только внешние выражения того, что мы несем внутри.

Полезно увидеть, что в ответ на припадок судьи-погонщика приходит в движение внутренняя энергия. Мы либо подавляем себя и погружаемся в стыд и шок, либо бунтуем и боремся. Эта динамика существовала и в детстве. Некоторые из нас по своей природе реагировали в основном подавленностью и отступлением. Другие относятся к бунтующему типу. В любом случае, нами все еще помыкает судья-погонщик. Он все еще заправляет представлением, и мы реагируем, как марионетки.

Нита, участница недавнего семинара, опаздывала на каждое занятие. Когда мы спросили ее, почему, оказалось, что в детстве мать всегда подгоняла ее. Теперь Нита все время опаздывает. Мы предложили, чтобы она приняла твердое решение приходить вовремя и посмотрела, что это в ней вызовет. Через два дня она начала чувствовать внутри сильную ярость по поводу того, что ее всю жизнь гоняли. До этого Нита выражала гнев только косвенно, хроническими опозданиями.
Анна Лиза, молодая шведская участница того же семинара, живет с матерью и большую часть времени находится в стыде и шоке. Но она бунтует, забывая делать вещи, которые ее просит сделать мать. Нита реагирует подавленностью, а Анна Лиза бунтом, но за обеими реакциями стоит одно и то же чувство беспомощной ярости, и им обеим было важно соприкоснуться со своим гневом.
Беатрис, немка тридцати с чем-то лет, всю жизнь боролась. Но, поскольку она так отождествлена со своей бунтарской стороной, ей трудно позволить себе быть уязвимой и почувствовать страх. Для таких людей, как Беатрис, знакомых с ролью бунтаря, позволение подавленности может оказаться дверьми к собственной уязвимости. А для тех из нас, кто отождествлен со стыдом, шоком и отступлением, может оказаться более творческим исследование энергии бунтаря. Чтобы в нее двигаться, нужна большая храбрость, потому что сильны страхи наказания и уничтожения за непослушание. Часто, когда мы впервые знакомимся с бунтарем в нас и движемся в эту роль, нас ошеломляют страх и чувство вины, и мы убегаем обратно в привычную подавленность. Потом мы снова набираемся храбрости и совершаем еще один шаг в бунтарство.

Мы можем заметить влияние судьи-погонщика как в том, что чувствуем себя жертвой, так и в том, что превращаем в жертву других. С некоторыми людьми мы можем быть судьей-погонщиком, с другими — Эмоциональным Ребенком, которого погоняют и осуждают.
Чувствуя себя сильными и значительными, мы можем нагромождать на другого насилие, нетерпение, ошеломление, критику и требования.
Я всегда устанавливал себе «очень высокие стандарты» и, конечно, не мог согласно им жить. И до того, как я вынес их в осознанность, я устанавливал те же «очень высокие стандарты» для всех остальных и подвергал их той же пытке, которую постоянно переживал сам. Я делаю так ДО СИХ пор, но могу поймать это раньше, потому что теперь чувствую приносимую боль. Когда мы подвергаем себя или другого нападению судьи-погонщика, это вызывает глубокий стыд, и наш Эмоциональный Ребенок под давлением приходит в шок.

Если мы считаем судью-погонщика голосом Бога, трудно распознать, что этот комплекс — просто результат негативной обусловленности. Когда я впервые увидел, что мой судья-погонщик — лжец, это было большим потрясением. Было гораздо легче принимать все его стандарты как истинные. Просто «так надо». Большая защищенность была в том, чтобы считать голоса судьи-погонщика истиной. Мне не приходилось ничего подвергать сомнению. Я успешно жил, подчиняясь его командам. Я создал эффективные компенсации и, следуя им, верил, что моя жизнь «удавалась». Я должен был быть доктором, посвятившим жизнь служению другим. Я должен был быть занятым учением и улучшением себя, развитием вкуса к искусствам и музыке и не потакать себе чрезмерно в материальных вещах. Я должен был быть добрым и чувствительным к другим и не быть высокомерным, эгоистичным и претенциозным. Следуя всем этим предписаниям, я стал бы «меншем», то есть, на языке идиш, человеком души и глубины. Кто сможет спорить с этими ценностями? Проблема в том, что они были мне даны вместе с сильным посланием, что это единственный способ жить. Нам нужно научиться самим находить собственные стандарты и ценности.

Есть книга, которую мы рекомендуем участникам наших семинаров: «Образование Маленького Дерева» Форреста Картера. Она показывает, что ребенка можно научить вырабатывать собственный образ жизни. Получая руководство, поддержку, направление и даже наказание любящим и поощряющим способом, Маленькое Дерево растет с ядром любви к себе и в доверии к своим суждениям и восприятиям. Без внутреннего доверия и любви мы растем и учимся защищаться или идти на компромисс в попытках достичь навязанных нам стандартов. Мы учимся слушать других, а не себя. Мы вырастаем в раба и судью-погонщика. Мы можем представлять результаты, пытаться произвести впечатление, бороться за власть и контроль. Мы можем культивировать роли, которые позволяют нам хорошо к себе относиться и отождествляться с ними. Потом мы цепляемся за эти роли, и нам не приходится чувствовать стоящего за ними стыда. Все эти компенсации — способы, которыми ребенок научился справляться с судьей-погонщиком Они производят внутри тяжелый стресс, и не удивительно, что мы легко приходим в состояние истощения, одержимости или депрессии.

Только когда мы обнаруживаем собственные ценности и развиваем в них уверенность, тирания судьи-погонщика начинает подходить к концу. С раннего детства нас учили принимать и поддерживать навязанные стандарты. Чтобы освободиться от судьи-погонщика, нам нужно отвергнуть их и найти свои собственные. Нападения будут продолжаться, пока мы не разовьем достаточно внутренней силы и уверенности, чтобы доверять себе. В этом процессе мы открываем, какую пережили борьбу. Мы чувствуем, до какой степени нам пришлось отказаться от самих себя, чтобы получить любовь и внимание, нужные нам для выживания. И мы начинаем видеть, как глубоко это управляло нашей жизнью. Но по мере того как мы вырабатываем больше осознанности и любви к себе, сила судьи-погонщика ослабевает, и мы можем обнаружить его ложь и отстраниться от его нападения. Он несет в себе жесткую негативную обусловленность нашего воспитания и ничего не знает о том, кто мы такие на самом деле. Нужно, по сути, научиться распознавать, когда мы подвергаемся нападению, чувствовать, как это нападение действует на нас, и видеть, что корни нападения лежат в нашей обусловленности.

1. Распознавание нападения.
Каждый раз, когда мы переживаем нападение судьи-погонщика, важно осознавать это и научиться распознавать его раздражители — особенных людей или ситуации, утверждения или поведение, которые его вызывают.

2. Чувствование припадка.
Здесь мы учимся чувствовать воздействие припадка: как он ощущается изнутри, что происходит с энергией, что мы думаем о себе, когда нас погоняют и осуждают. Это, по сути, означает чувствование стыда

3. Распознавание корней припадка.
Это подразумевает понимание изначального источника нашего судьи-погонщика; того, как его сформировала наша обусловленность. Переживая нападение, мы можем обращать внимание на то, как оно связано с более ранними опытами жизни — в особенности, с детством Видение связей помогает достичь большей ясности в том, что говорят голоса погонщика

...Вас судили другие,
и вы приняли их идеи, не рассматривая.
Вы страдаете от всевозможных чужих суждений
и выбрасываете эти суждения на других.
Если вы хотите от этого избавиться,
первое: не судите себя.
Примите скромно свои несовершенства,
поражения, ошибки, хрупкость.
Это просто человечно...
Ошо



Упражнения

1. Обнаружение судьи-погонщика.
Начните быть внимательными тогда, когда чувствуете, что себе не нравитесь. Заметьте, чем это вызывается.
а) Какие конкретные люди вызывают это недовольство, и как именно? Сравниваете ли вы себя невыгодно с
ними? Какие осуждения или критику вы чувствуете?
б) Какие конкретные ситуации вызывают приступ недовольства? Он случается, когда вы чувствуете давление?
Ошеломление или робость? Вам кажется, что от вас чего-то ждут?
в) Приходят ли критика, обвинение или осуждение изнутри или снаружи вас?
г) Как вы себя чувствуете, когда переживаете нападение судьи-погонщика? Уделите внимание телесным специфическим ощущениям, сопровождающим его.
д) Что говорят вам голоса, когда Внутренний Ребенок переживает нападение?

2. Исследование корней судьи-погонщика.
Когда вы замечаете, что подвергаетесь вторжению судьи-погонщика, какие конкретные воспоминания это вызывает из детства?
а) Помните ли вы какие-либо сходные ситуации?
б) Кто именно осуждал или погонял вас — родитель, учитель, кто-либо другой?
в) Каким было вербальное или невербальное послание, которое вы получили в это время?
г) Что вы стали думать о себе в результате этого нападения?

3. Исследование своей реакции на нападение судьи-погонщика.
Переживая нападение, как вы откликаетесь? Обратите внимание, когда и как вы подавляете себя. Обратите внимание, когда и как вы пытаетесь справляться.

4. Исследование отождествлений.
Нарисуйте две картинки: одну — изображающую вашего судью-погонщика, а вторую — представляющую Раненого Ребенка, подвергающегося нападению. Под картинками напишите, что каждый из них говорит другому. Спросите себя, правда ли то, что они говорят. Наблюдая каждого из них, заметьте, что иногда вы можете быть полностью отождествленным с одним или с другим, веря, что судья-погонщик прав, и чувствуя, что вас совершенно захватила его энергия. В другие моменты у вас больше расстояния. Замечайте это так, словно наблюдаете кого-то другого.

КЛЮЧИ

1. Мы бессознательно впитали в себя вербальное и невербальное давление и осуждения из детства в виде энергетического комплекса, который я называю «судьей-погонщиком». Этот комплекс постоянно захватывает нашего Эмоционального Ребенка. Иногда вторжение совершается голосами внутри нашего ума, в другие моменты мы
проецируем комплекс на окружающих, чувствуя, что они осуждают или критикуют нас снаружи.
2. Мы справляемся с нападениями погонщика путем компенсации или защитного поведения. Компенсации — это стратегии и роли, помогающие нам чувствовать собственное достоинство в глазах судьи-погонщика. Защитное поведение — это что угодно, что мы делаем, чтобы дать себе некоторое облегчение от напряжения давления и критики.
3. Мы реагируем на судью-погонщика либо подавленностью, либо бунтом. Но, пока длится реакция, мы остаемся у него под контролем. Его влияние прекращается, только когда мы вырабатываем собственные внутренние ценности и начинаем жить согласно им.
4. Когда нас захватывает погонщик, трудно добиться расстояния от Эмоционального Ребенка. Мы чувствуем, что по терпели поражение. Часто в такие моменты все, что нужно, — это осознать, что мы отождествлены со стыдящейся частью себя, которая подвергается нападению со стороны более сильной, насильственной и доминантной энергии.
Не важно, что написано. Важно - как понято.
Аватара пользователя
Соня
***************
***************
 
Сообщения: 3013
Зарегистрирован:
01 апр 2017, 11:23
Откуда: Москва
Благодарил (а): 36 раз.
Поблагодарили: 95 раз.

Re: 12. Психология развития

Сообщение Соня » 07 авг 2020, 11:12

Изображение



Шок

Шок — еще одна существенная достопримечательность во внутреннем ландшафте Эмоционального Ребенка. Он приходит из чувства такого глубокого страха, что мы отсоединяемся от себя и часто не можем даже чувствовать, думать, двигаться или говорить. Шок может возникать в нашей жизни непредсказуемо и внезапно, в любой ситуации, в которой есть хотя бы малейшее давление, агрессивность или боль. Спровоцированная дискомфортом бессознательная ранняя травма лишает нас возможности функционировать. Шок способен искалечить наши способности в любом аспекте жизни.
Шок приходит из травмы, причем обычно повторяющейся. лучший способ понять шок — это вообразить маленькое животное, загнанное в угол хищником: негде спрятаться, некуда бежать, невозможно бороться.
В детстве мы были, как это маленькое животное. Наша нервная система, выживающая с помощью бегства или борьбы, не имела в распоряжении этих возможностей, если мы оказывались в западне. Тогда она откликалась замораживанием, и системы тела сворачивались. Ребенок чувствует себя в западне, переживая травму любого рода. Травматические опыты в какой-то форме случались с нами снова и снова Результатом стало скрывающееся внутри глубокое чувство замороженности, и его можно в любой момент спровоцировать. Это шок. Даже если мы энергетически уводили себя от угрожающей ситуации (это называется диcассоциация), наша физиология все же приходила в шок, и мы накапливали в бессознательном болезненные воспоминания.

Иногда эти повторяющиеся травмы случаются так рано или так незначительны, что мы даже не осознаем, что они случились. Невинный, открытый, изысканно чувствительный младенец или маленький ребенок чувствует вокруг себя все, и его травмирует малейшая насильственная или вторгающаяся энергия, малейшее напряжение или бессознательность в его окружении. Мы рождаемся в подавляющем и соревнующемся обществе, где в шок приводит сама его природа. Наше рождение, общение наших родителей друг с другом, их образ жизни, то, как нас касались, то, с чем мы столкнулись в школе, — чаще всего это бесчисленные травмы, которым мы подверглись. Если к этому добавить насилие, давление, критику и вторжения, постигшие нас в детстве, у нас начнет складываться картина шока.
Когда сегодня мы переживаем что-то, напоминающее ранние травмы, возникает шок.
... Именно это происходит в шоке. Мы так пугаемся, что делаем глупейшие вещи.

Многие вещи могут привести нас в шок. Мы называем эти вещи раздражителями шока. Раздражителем шока может быть любого рода высказанный или невысказанный гнев или насилие, давление, критика или осуждение. Это может быть контроль, манипуляЦИИ или ожидания. Это может быть напряжение, или негативность, «носящаяся в воздухе», или противоречивые сообщения. Даже чего-то одного из перечисленного может быть достаточно. Малейшего взгляда, какого-то тона голоса, того, как кто-то с нами разговаривает или не разговаривает, может быть достаточно, чтобы спровоцировать шок.

Симптомы шока могут быть разными у разных людей. Он может вызывать холодный пот, ускоренное сердцебиение, сильное беспокойство или замешательство. Некоторые из нас могут все время пребывать в какой-либо форме шока. Он может проявляться как фобии, приступы паники, хроническое беспокойство, расстройства способности учиться или какие-нибудь хронические болезни. Мы можем пытаться компенсировать воздействия шока, «улетая» или фантазируя, но опыт шока остается в теле.
Как и в случае со стыдом, шок может быть связан с разными областями нашей жизни. Трудно понять, почему шок возникает в этих конкретных областях нашей жизни. В случае стыда мы можем увидеть, как и в чем критикуем себя сами или подвергаемся осуждению со стороны. Но в случае шока часто все остается загадкой. Я так; никогда и не смог разобраться в том, откуда возник мой шок. Наверное, из памяти о глубоко бессознательной травме. Мы можем заниматься любовью и внезапно обнаружить, что не присутствуем, или тело перестает откликаться. Нам может быть трудно чувствовать эмоции, и мы сами не знаем, почему. Гнев, конфронтации или выступление перед группой может вызывать огромную панику.

Основные области, в которых проявляется шок
1. Сексуальные проблемы — необъяснимые страхи или тревоги
2. Страх конфронтации, гнева, наказания, критики.
3. Трудности в самовыражении и творчестве.
4. Недоступность чувств.
Даже контроль или манипуляция, ситуации для нас незначительные, для Эмоционального Ребенка бывают настолько же травматическими и шокирующими, что и очевидные случаи сексуального или физического насилия. Это понимание было для меня важно, потому что помогло мне стать более сострадательным к себе.


Я также заметил, что, как и в ситуациях со стыдом, если мы спровоцированы, то отождествляемся с Раненым Ребенком в шоке. Это заставляет нас превратиться в жертву в отношениях с людьми и с миром. Бессознательно мы видим и чувствуем себя как человека, подвергающегося насилию и заслуживающего насилия. Такой образ себя заставляет нас привлекать людей, которые обращаются с нами в том же стиле, который изначально принес шок. Как только мы это понимаем, объяснимым становится то, почему мы продолжаем повторять одни и те же травматические опыты. Я заметил, что в прошлом оказывался окруженным выразительными и эмоциональными людьми, и их выразительность провоцировала мой шок. Или я привлекал людей, провоцировавших во мне шок при помощи контроля, манипуляций, давления или критики. Но, когда отождествленность стала рассеиваться, то же случилось и с поведением.

Когда в нас провоцируется шок, ничего нельзя сделать, кроме как распознать его, чувствовать и принимать как; реальность. Обычно мы осуждаем себя за шок Страх и паралич не слишком высоко котируются в шкале хорошего самочувствия. Мы стыдим себя за то, что находимся в шоке, и снова получаем коктейль из стыда и шока Дать себе пространство, чтобы позволить страхи и шок, — один из самых храбрых и важных шагов, которые мы можем совершить. Если мы попытаемся подгонять себя, чтобы так или иначе выйти из шока, станет только хуже. Я нашел, что, как и со стыдом, просто знания о шоке: как он чувствуется, что его провоцирует, и откуда он приходит, — было достаточно, чтобы добиться от него расстояния и начать наблюдать. Понимание постепенно позволило мне приобрести способность просто «быть» с шоком, без суждений, и постепенно начать вспоминать, что когда мой Эмоциональный Ребенок входит в шок, это — не я.

...Это величайшее преступление,
которое общество совершает
против каждого ребенка.
Никакое другое преступление
не может быть хуже.
Разрушить доверие ребенка
значит отравить всю его жизнь,
потому что доверие так ценно,
что, если вы его теряете,
то тотчас же теряете и контакт
с собственным существом...
Ошо


Упражнения
Исследование шока — деликатное дело, и для него обычно требуется помощь профессионала. Предложенные упражнения могут быть только руководством, чтобы понять шок глубже.
1. Переживание шока.
а) Как бы вы описали собственное переживание шока? Что происходит в теле? Ускорение? Беспокойство?
Потение? Замешательство? Паралич? Неспособность чувствовать? Неспособность говорить? б) В каких областях жизни вы чувствуете шок? В сексуальности? В чувствах? В гневе или конфронтации? В творчестве? Как вы чувствуете шок в этих областях?
2. Распознавание раздражителей шока.
Выберите несколько недавних случаев, когда вы переживали шок. Что приводит вас в шок? Давление? Гнев? Агрессивность? Критика? Страх или переживание того, что вас покинули или отвергли? Когда вы не получаете внимания, которого хотите? Когда кто-то выходит из-под контроля, впадает в истерику, становится нелогичным или требовательным?
3. Источники шока.
У некоторых из нас есть хорошее представление о том, как мы подверглись шоку в детстве. Но для других это остается загадкой. Какова на сегодняшний день ваша картина того, как вы подверглись шоку? Что вас испугало, и что создало беспокойство? Помните, ребенка может испугать любая мелочь. Может быть полезным представить себе ребенка, — не вас самих, — который растет в среде, в которой выросли вы. Как бы он себя чувствовал? Был бы он в безопасности? Мог бы этот ребенок испытывать чувства? Выражать и принимать гнев? Быть прямым и открытым? В чем он или она получает или не получает поддержку в творчестве? Как он подвергается давлению?

Ключи
1. Шок сворачивает нашу способность чувствовать и часто заставляет нас устраняться. Это делает его трудным для распознавания. Осознавая шок, мы начинаем понимать тот аспект своей эмоциональной природы и поведения, который ранее осуждали.
2. Мы попадаем в ситуации шока заново, чтобы его можно
было исцелить осознанностью и пониманием. Сами того не зная, мы привлекаем людей, которые так или иначе провоцируют в нас шок. Как только мы узнаем, что это такое, как он ощущается и провоцируется, и знаем немного о его корнях, мы можем оставаться с ним, когда он всплывает. Не пытаясь его изменить, не пытаясь заставить его уйти, но просто оставаясь с ним.
3. Шок — общая тема в отношениях. Когда мы ничего о нем не знаем, он неизменно ведет к боли, непониманиям, обидам и конфликтам. Путем понимания его люди могут стать более чувствительными к шоку друг друга, и он может
буквально стать дверью к гораздо более глубокой близости и заботе.
4. Шок может быть также окном в более глубокую уязвимость.
В глубине, за защитами и компенсациями, веемы —утонченно чувствительные существа. Когда мы начинаем со прикасаться с этим пространством, легко увидеть, что нас могли привести в шок малейшие вторжения и проявления бессознательности.
Не важно, что написано. Важно - как понято.
Аватара пользователя
Соня
***************
***************
 
Сообщения: 3013
Зарегистрирован:
01 апр 2017, 11:23
Откуда: Москва
Благодарил (а): 36 раз.
Поблагодарили: 95 раз.

Re: 12. Психология развития

Сообщение Соня » 07 авг 2020, 11:13

Брошенность и неудовлетворение

Когда мы входим в собственный внутренний мир брошенности и депривации, мы входим в мир очень маленького ребенка. Ребенок отчаянно жаждет любви, ему одиноко, он испуган и незащищен и хочет, чтобы кто-то о нем позаботился. Внутреннее пространство Раненого Ребенка содержит такую интенсивную панику, что часто мы избегаем ее большую часть жизни. Но, как бы то ни было, когда кто-то нас покидает, или когда мы чувствуем себя изолированными и нам одиноко, пространство паники раскрывается. По сути, большинство из нас глубоко в бессознательном Эмоционального Ребенка верит, что никто никогда не будет с нами. Наше поведение в отношениях — ревность, требования большего, бегство от близости, ужас в ожидании того, что другой нас покинет, — отражает это глубокое верование.

Во всех ситуациях, когда мы чувствуем, что нам одиноко, что мы не получаем любви и уважения, что о нас не заботятся, что нас не видят, рана брошенности обнажается в «малой дозе». Это неудовлетворение, рана эмоционального голода. Она более всего влияет на наше поведение в отношениях. Страх брошенности провоцирует безмерный ужас, потому что в детстве мы переживали бесконечные опыты чувствования, что мы просто не выживем. Многие из этих опытов не сознательны, мы их тщательно прячем от себя. Но когда в нашей сегодняшней жизни случается что-то, что бессознательно напоминает нам этот опыт, мы чувствуем себя так, словно сейчас умрем. Внутри мы в полной панике.

Рана возникает из памяти о том, что мы не получили питания, в котором нуждались. Эта память — не столько воспоминание о конкретном событии или событиях, сколько клеточного уровня опыт негативной пустоты, которую наш Эмоциональный Ребенок отчаялся заполнить. Боль этой раны остается глубже видимой поверхности. Пока мы не решим сознательно ее принять и приветствовать, мы автоматически и непроизвольно движемся в компенсации или в защитное поведение, чтобы избежать ее чувствования. Мы можем стать холодными, отстраненными и антизависимыми — или болезненно зависимыми.
Наши неосуществленные ожидания остаются на медленном огне, на дальней конфорке нашей осознанности, ожидая правильного человека и правильной ситуации, чтобы выйти на первый план. Они не уходят, они только скрываются за отрицанием. Но близость выводит наружу все.
Мы ожидаем и требуем, потому что чувствуем глубокое неудовлетворение, но эти ожидания и требования только ведут к еще большему недовольству. Если мы ожидаем, мы не можем принимать.
Так как никто никогда не может удовлетворить нашу требовательность, отношения наполняются конфликтами и разочарованиями. Мы используем всевозможные стратегии, чтобы заполнить дыру, вместо того чтобы чувствовать пустоту.
Темная сторона раны брошенности — исходящий из чувства предательства глубокий гнев, который мы несем внутри.

Прежде чем станет возможным проделать какую-либо значительную работу, мы должны искренне договориться не выбрасывать гнев друг на друга Хорошо начать работать с гневом и болью, не реагируя автоматически или бессознательно. Иначе энергия подкармливает Эмоционального Ребенка Более того, мы можем впасть в заблуждение, что путь к исцелению ведет через проговаривание и обсуждение. Но проговаривание, прежде чем мы разовьем более глубокое понимание брошенности, часто мотивируется потребностью в признании, любви или внимании. Это ведет только к большему отвержению и конфликту. Мы можем начать «за здравие», но вскоре оказаться спровоцированными, потому что только и ищем, за что бы зацепиться. Сами того не зная, мы ждем возможность чем-то обосновать уже существующий гнев и недоверие, начать мстить или реагировать. Когда что-то провоцирует рану брошенности, не проходит и миллионной доли секунды, как мы перемещаемся от раздражителя к реакции. Этот механизм действует мгновенно и глубоко автоматически.
Одно из средств, которые мы применяем, — попытка растянуть время между раздражителем и реакцией, чтобы было время и пространство чувствовать рану и быть с раной, когда она провоцируется. Мы словно удлиняем расстояние между «провокацией» и ответом, чтобы создать время для чувствования. Рана есть всегда, но обычно у нас нет времени ее чувствовать, потому что мы быстро движемся в реакцию.

Между раздражителем и реакцией находится рана

Страхи, стоящие за брошенностью, так сильны, что одолевают даже волю. Но если мы начинаем признавать глубину и интенсивность паники брошенности, то мы видим, как мощно эти силы воздействуют на наши отношения. Понимание постепенно дает нам дистанцию от непроизвольных и механических реакций.
Практически задача внесения осознанности в раны брошенности и неудовлетворения подразумевает обращение внимания на большие и маленькие провоцирующие их раздражители.
Небольшие раздражители обычно вообще ускользают от нашего внимания, и мы даже не признаем, что была спровоцирована рана брошенности. Мы быстро движемся в реакцию (что часто вызывает ответную реакцию) или уходим в защитные образцы. Незамеченными могут оказаться раздражители, когда мы испытываем раздражение или гнев, если все получается не по-нашему, или в ситуациях неисполненных ожиданий, если мы чувствуем себя лишенными любви, внимания, уважения, чувствительности или прикосновения.

Если мы можем оставаться с опытом страха и боли, которые приходят каждый раз, когда провоцируются раны, это исцеляет, и в нас развивается больше и больше пространства для каждого нового раздражителя. Переживая страхи и боль, когда они приходят, мы постепенно более и более выходим из-под контроля состояния ума Ребенка в нас. Эмоциональный Ребенок менее и менее влияет на то, как мы видим и чувствуем опыты, происходящие в нынешней жизни, и восприятие становится менее и менее загрязненным травмами прошлого.

прорабатывание раны брошенности — основная составляющая в способности создавать любовь. Один из безусловных аспектов работы — осознание того, что рана существует. Другой — чувствование ее и некоторое знание того, откуда она приходит.

Во-первых: люди такие, как есть, и нельзя ожидать, что они изменятся. Во-вторых: придет время, когда мой Эмоциональный Ребенок подвергнется эмоциональному голоду, потому что в личности другого всегда будут стороны, которые мне не понравятся. Когда я с ними сталкиваюсь, я, или, точнее, Эмоциональный Ребенок во мне, может почувствовать, что ему очень одиноко, испытать разочарование и опустошение. В конце концов, я знаю, придет время, когда придется проститься друг с другом. Может быть, один из нас умрет, или, может быть, просто покинет другого. Но я должен быть готов столкнуться с болью брошенности.

Путешествие по ране брошенности

.. Теперь я вижу, что мои чувства неудовлетворения и пустоты — это образ мышления и чувствования Эмоционального Ребенка во мне, и скорее всего, таким он и останется. Этот умственный набор может в любой момент оказаться спровоцированным, но у меня достаточно позитивных опытов одиночества, чтобы знать, что чувство «мне одиноко» пройдет. Одиночество, согласно моему опыту, может быть безмерно блаженным и горько-сладким, но в нем нет паники или лихорадочности, присущих состоянию ума покинутого Ребенка Это просто принятие жизни.

...Тебе предстоит столкнуться с пустотой.
Тебе предстоит ее прожить,
тебе предстоит ее принять.
И в этом принятии скрывается великое откровение.
В то мгновение, как ты принимаешь
одиночество, пустоту, меняется само его качество.
Оно превращается в полную противоположность —
становится изобилием, осуществленностью,
переполняющей любовью и радостью...
Ошо


Упражнения
1. Внесение осознанности в рану эмоционального голода.
а) Ответьте на вопрос: «Я чувствую неудовлетворение
(лишение, боль или гнев), когда...»
Какое конкретное поведение другого заставляет вас чувствовать себя преданным или неудовлетворенным в близких отношениях? Определите очень конкретно, что человек делает или не делает, говорит или не говорит?
б) Какие ожидания у вас есть в этих случаях?
в) Какие верования вы связываете с этими ситуация' и?

2. Обратное отслеживание от раны до источника.
а) В каких ситуациях вы чувствуете себя лишенным(ой) или брошенным(ой) таким же образом, как в детстве? Может быть, чувствуя, что рядом никого нет? Чувствуя вторжение? Чувствуя непонимание? Чувствуя, что вас никто не слушает?
б) Как вы научились справляться с этой неудовлетворенностью? Какие верования вы сформировали о жизни, сталкиваясь с ней?

3. Направление энергии не в реакцию, а к ране.
В следующий раз, когда вы поймете, что в вас спровоцировано неудовлетворение, попытайтесь отозвать энергию из реакции и просто войдите в чувствование того, что происходит внутри. Что чувствуется в теле? Какие приходят мысли? Какие страхи? Что хочет ваша энергия?

Ключи

1. Раны брошенности и эмоционального голода распространены повсеместно и чаще всего приносят самые глубокие и ужасающие страхи. Они приходят из сильного чувства, что нас не хотят, мы не нужны, нас не поддерживают или не видят. Каждый из нас переживает это по-своему, но у всех нас внутри остается глубокий голод и жажда любви. Мы можем их компенсировать, становясь
зависимыми или требовательными, пытаясь добиться того, чтобы другой нас «спас», или уходя в собственный изолированный мир и развивая ложное чувство самодостаточности.
2. Раны брошенности и неудовлетворения становятся источником величайших конфликтов и страданий в наших отношениях, потому что мы хотим, чтобы другой спас нас от их чувствования. Мы не осознаем, что на самом деле идем
к другому из пространства брошенного, неудовлетворенного Ребенка, жаждущего получить поддержку и питание.
В результате мы встречаемся с отвержением, потому что другой не хочет играть для нас роль спасителя. У него или у нее достаточно проблем в питании собственного брошенного Ребенка. Но мы упорно и настойчиво продолжаем попытки, потому что не понимаем связи между собственными ожиданиями, требованиями, реакциями и раной.
3. Мы можем совершить большой шаг за пределы обычного страдания, присущего нашим отношениям, просто осознавая связь между раной и собственной реактивностью. Понимая глубину собственной паники, мы можем видеть, почему и как мы реагируем.
4. Внесение осознанности в рану брошенности прокладывает дорогу к тому, чтобы мы научились быть с самими собой — быть с экзистенциальной истиной собственного одиночества. Один из глубочайших страхов — остаться одному. Работая с раной, мы можем начать видеть, что наши страхи основаны более на травмах прошлого, чем на нынешней ситуации. Однажды набравшись храбрости, чтобы пережить негативное одиночество, мы касаемся блаженства одиночества подлинного.
Не важно, что написано. Важно - как понято.
Аватара пользователя
Соня
***************
***************
 
Сообщения: 3013
Зарегистрирован:
01 апр 2017, 11:23
Откуда: Москва
Благодарил (а): 36 раз.
Поблагодарили: 95 раз.

Re: 12. Психология развития

Сообщение Соня » 17 авг 2020, 03:39

Поглощение

Если Эмоциональный Ребенок в нас подвергся поглощению, мы становимся подозрительными и с опаской относимся к тому, чтобы подпустить кого-то к себе близко. Пусть и бессознательно, но наши прошлые опыты «любви» связаны с болью и предательством.
Поглощение — это рана-близнец брошенности, нисколько не уступающая ей по мощности. Иногда, в зависимости от обусловленности детства, мы теснее соприкасаемся со страхами подвергнуться контролю, манипуляциям или оказаться «собственностью», чем со страхом быть брошенным Страх поглощения может быть таким сильным, что мы с неизменным успехом избегаем чьего-нибудь приближения и остаемся в постоянном ужасе перед тем, что нас «пересилят». Я нашел, что страх поглощения может даже сопровождаться ощущением жара, затрудненным дыханием или клаустрофобией. Как и в случае с любыми ранами, которые мы обсуждали, чувство поглощения провоцируют малейшие и часто иррациональные причины. И как только оно спровоцировано, в большинстве случаев возникает ошеломляющее стремление немедленно оказаться как можно дальше от источника угрозы.

Можно найти множество психологических причин тому, что рана поглощения так сильна. Например, у нас был властный и контролирующий родитель, особенно противоположного пола. Или мы могли быть эмоциональным заменителем, обеспечивающим родителю любовь и питание, которых он(а) не получали от супруга(и). Возможно, по той или другой причине, наши мать или отец не хотели, чтобы мы выросли и стали сексуальными, сильными и независимыми людьми. И все-таки, даже отслеживания корни этой раны в детстве, невозможно объяснить ее происхождение и силу. Впрочем, как и любых других ран. И какой бы ни была причина, мы несем внутри чувство, что любви доверять не следует.

Поглощение в высокой степени насильственно, потому что повреждает нашу способность учиться и осваивать вселенную. Без этих способностей мы не можем развить самоуважение. Тем не менее, в человеке с сильной раной поглощения есть глубокое и мощное верование, что его (ее) энергия, творчество, свобода, сексуальность или даже духовность будут подавлены и разрушены, если они позволят кому-то приблизиться. Такой страх создает мощный внутренний конфликт. Мы знаем, что не можем жить без любви, и все же не Доверяем любви. Мы инициируем любовь и тут же отталкиваем — снова и снова. Одна часть нас, та, которая хочет любви, привлекает ее и может даже начать глубокие отношения. Затем Эмоциональный Ребенок в нас, несущий рану поглощения, реагирует на малейший признак контроля, манипуляции или собственничества. Оттого, что реакции редко связаны с реальностью, другой чувствует, что с. ним обходятся несправедливо. Его (ее) попытки сближения с поглощенным человеком постоянно наталкиваются на разочарование и отвержение. Часто тот, кто отталкивает, испытывает болезненное чувство вины за свое поведение, но силы, которые пришли в действие, слишком мощны, и бесполезно пытаться их контролировать.

Если мы признаем, что в нас есть сценарий отталкивания других или избегания близости, скорее всего, мы также увидим, что отождествлены с раной поглощения. Может быть, мы сможем отследить источник нашего страха до конкретной ситуации, в которой «любовь» сопровождалась глобальным контролем и подавлением и оставила нас с глубоким чувством предательства. Но на самом деле неважно, насколько нам удастся восстановить историю. Важно то, что, пока мы отождествлены с раной поглощения, не мы владеем своими чувствами и поведением Они непроизвольны, иррациональны и ошеломляющи. Важно помнить, что если мы ощущаем себя задетыми в нынешних отношениях, это не потому, что как-то неправильно ведет себя другой. Несомненно, он(а) спровоцировал(а) рану, но не может быть ее источником, другой не может заставить нас чувствовать себя поглощенными, подвергнутыми контролю, манипуляциям и собственничеству! Он(а) только касается раны, которая уже есть внутри и просто ждет повода Если мы попадаемся в ловушку убеждения, что во всем виноват другой, то будем снова и снова упрочивать одни и те же драмы сближения и следующего за ним отступления в праведном негодовании. Или мы можем жить жизнью изоляции, потому что внутри верим, что любовь всегда кончается контролем.

В отношениях человек с сильной раной поглощения обычно принимает роль Антизависимого. Его ужасает близость, потому что она ставит лицом к лицу с изначальной травмой, бывшей глубоким предательством любви. Антизависимый раскачивается, как маятник, между двумя стратегиями: начиная противостоянием и бунтом в стремлении к свободе и независимости, он чувствует себя виноватым, жаждет любви и движется в угождение и подчиненность. Затем приходит в гнев, ощущает себя ограниченным и снова перескакивает в противоборствующую, бунтующую позицию. Эти скачки не ведут ни к какому сдвигу в сознании, пока не появляется видение и понимание того, что происходит внутри глубже.

Когда Эмоциональный Ребенок в нас чувствует себя поглощенным, мы верим, что единственный способ быть свободным — избегать близости или постоянно отталкивать другого. Но свобода, которую мы ищем, никогда не может прийти из реакции на другого. Не поведение партнера в отношении нас удерживает нас в тюрьме. Наша свобода — в нашем распоряжении в любое мгновение. В тюрьме нас удерживает именно то, что мы отождествлены и не осознаем, как и почему ведем себя тем или другим образом.

Я сам мог бы выйти победителем в любом соревновании по интенсивности раны поглощенности. Когда я стал исследовать, почему мне так трудно делать то, что я хочу, то оказался лицом к лицу с ужасом моего Эмоционального Ребенка перед наказанием или отвержением. Каждый раз, когда я шел против ожиданий или требований другого, каждый раз, когда я разочаровывал того, кого любил, мне приходилось справляться с этим страхом. Когда мы отождествлены с поглощенным Эмоциональным Ребенком в нас, мы реагируем на тех, кто к нам приближается, очень противоречиво. Часто у нас есть лишь смутное ощущение того, что мы хотим на самом деле. Мы устраиваем небольшие бунты, потом испытываем ужасное чувство вины за то, что обидели или предали другого. Мы ищем любовь и свободу, но безнадежно теряемся где-то посредине между ними. Мы испытываем чувство вины каждый раз, когда уходим в свое пространство, и обиду, если этого не делаем. В результате нам становится трудным и то, и другое. Бунт против человека, предъявляющего к нам требования или ожидания, часто кажется нам единственным способом снова прийти в соприкосновение с собственными потребностями.

Раньше для меня было характерно поддерживать хроническое отстранение просто для того, чтобы уменьшить тревожность и страх. Но, выходя из автоматического поведения и позволяя случаться «опасным» опытам близости, я соприкоснулся с поврежденным доверием и горем ребенка, который открылся и пережил насилие над открытостью. Я начал понимать, почему моя уязвимость «ушла в подполье».
Исследуя все это, я пережил глубокое горе, потому что понял, как ранил других и себя из-за внутреннего недоверия. Я увидел, как мое проигрывание бунта и обиды травмировало тех, кто пытался ко мне приблизиться. Я делал их ответственными за раны, полученные гораздо раньше. Я также осознал все моменты недостаточной близости с женщинами, с которыми я был, с друзьями и семьей. Даже когда мой отец умирал, я не смог выразить любовь и благодарность к нему настолько полно, как мне этого хотелось. Это боль поглощенности. Она может подавлять нас эмоционально так сильно, что потребуется огромное доверие, терпение и принятие себя, чтобы открыться снова.

Я также нашел, что для разрушения отождествленности с Эмоциональным Ребенком я должен рисковать и делать то, что хочу, чувствуя спровоцированный этим страх. Моим нормальным поведением было бы отказывать себе в опытах, которых я жаждал, из боязни, что другому это не понравится. Для меня самого звучит абсурдно, но я буквально думал, что у меня нет права уделять время себе и делать то, что я хочу. Такое чувство вины приходит вместе с поглощением. Риск игнорировать его опыт меня ужасал. В результате я все же делал то, что хотел, но в реактивном и бунтующем состоянии, чувствуя гнев, обиду и вину, и, естественно, в ответ получал реакцию. Тогда я впадал в транс «Мне-Не-Дают-Пространства». Именно мои страхи, а совсем не ожидания партнера создавали проблему. Как только я собрался с силами, чтобы рисковать, и рисковать в ясности, а не в реакции, я стал видеть со все большей отчетливостью, что требования, ожидания и реакции другого человека не имеют значения. Как только мы ясно понимаем себя, танец окончен. Процесс происходит с нами самими, с нашими собственными страхами, с тем, чтобы знать и признавать действительными собственные желания и потребности, находить храбрость, чтобы рисковать.

Если мы в детстве пережили поглощение, то становимся склонны постоянно реагировать на любимого человека так, словно это родитель.
Помнить различие между настоящим и прошлым — большой шаг в освобождении от отождествленное™ с поглощенным Ребенком.

И последнее, что мне кажется важным упомянуть. ЕСЛИ у нас есть рана поглощенности, у нас есть и невысказанные ожидания, что другие должны быть чувствительными, уважительными, заботливыми и понимающими. Мы хотим, чтобы мир соответствовал нашим идеалам. И мы возмущаемся и приходим в гнев, когда люди нас разочаровывают. Но люди не изменятся, чтобы соответствовать нашим ожиданиям. Они останутся такими же, как есть. Все же, в тот момент, когда мы чувствуем, что кто-то ведет себя неуважительно или собственнически, нам становится одиноко, и мы чувствуем себя преданными. Вместо того, чтобы чувствовать эту боль, мы превращаем людей и ситуации во что-то далекое от реальности. Если же мы готовы столкнуться с одиночеством, внезапно у нас резко улучшается зрение. И наши ожидания мало-помалу начинают отпадать. Когда мы чувствуем разочарование, мы все еще не видим человека или ситуацию такими, как есть.

Аспекты работы с раной поглощения

1. Чувствование и признание достоверности внутренних страхов каждый раз, когда мы чувствуем себя поглощенными.
2. Разрушение автоматического сценария ухода от чувств или бунта и реакции. Переход к выражению и проговариванию страхов.
3. Отделение прошлого от настоящего.
4. Осознание собственных ожиданий, что люди должны быть такими, как нам хочется.
5. Риск чтить и признавать действительными собственные потребности и энергию вопреки чувству вины и страхам отвержения или наказания.

...Есть только один главный страх —
и это страх потерять себя.
Это может быть в смерти,
это может быть в любви,
но страх остается прежним.
Ты боишься потерять себя.
И страннее всего то, что боятся
потерять себя только люди,
у которых никакого «себя» нет.
Те, у кого есть «я», ничего не боятся...
Ошо


Упражнения

1. Обнаружение раны поглощения.
Отмечайте моменты, когда вы чувствуете, что другой вами распоряжается как собственностью, предъявляет требования, контролирует или ошеломляет. Какие в этот момент в вас всплывают убеждения о том, как люди обращаются с вами? Запишите их. Например: «Я чувствую, что этого человека (или людей, или вообще жизнь) никто, кроме него самого, не интересует».

2. Чувствование раны поглощения.
Какие чувства и телесные ощущения вы связываете с чувством поглощения, отсутствия пространства или ошеломления? Жар? Трудности с дыханием? Сильное желание вырваться и остаться одному(ой)?

3. Исследование корней раны поглощения.
Как конкретно, по вашим ощущениям, вы подверглись требованиям, собственничеству, контролю или манипуляциям в детстве? Отметьте конкретные реакции с конкретными людьми —то есть с матерью, отцом, братьями или сестрами. Есть ли какая-либо связь между этими ситуациями и тем, что вы наблюдаете в нынешней жизни?

4. Проявление страхов, спрятанных раной поглощения.
Выберите конкретную ситуацию, в которой ощущаете требования или ожидания партнера или чувствуете себя «задушенным(ой)». Какие страхи в вас всплывают, когда вы думаете о том, чтобы уйти в необходимое вам пространство — делать то, что хотите?

5. Исследование ожиданий.
Каковы ваши ожидания в отношении людей, с которыми вы чувствуете себя поглощенными, подвергшимися насилию или разочарованными? Запишите их. Например: «Я чувствую, что он(а) должен(на) быть более...»

6. Исследование страхов.
Что бы было, если бы вы отпустили все ожидания в отношении этого человека? Какие страхи возникнут?

Ключи

1. Рана поглощения — это тень раны брошенности. Но мы чувствуем себя преданными не потому, что другой не остается все время рядом с нами, а потому, что от нас слишком много требуют или ожидают, или считают свои потребности более важными, чем наши. Мы чувствуем себя «задушенными», подвергающимися контролю или манипуляциям, а не любимыми. Вместо того, чтобы цепляться,
мы отступаем. А голод и жажда любви настолько же велики, что и раньше.

2. В драмах наших любовных историй и дружб обычно рана поглощения сталкивается с раной брошенности. У обоих партнеров внутри есть обе раны, но каждый из нас проецирует одну из них на другого и проигрывает ее. Это приводит к хорошему театральному представлению. «Поглощенный» партнер часто менее соприкасается со своим голодом и жаждой любви и близости, потому что он научился выживать, отрицая свои потребности. «Брошенный» партнер менее соприкасается с необходимостью пространства и свободы, потому что для его выживания требовались постоянные и непроизвольные поиски любви. Когда оба они сталкиваются — без осознанности — это кромешный ад. С осознанностью у нас есть возможность пережить обе раны и узнать, что они обе есть внутри Эмоционального Ребенка в нас.

3. «Поглощенный» верит, что для получения облегчения нужно найти пространство, свободное от другого. Это непонимание. Необходимое «пространство» достигается не удалением от другого, но находится внутри. Правда, сначала придется столкнуться с собственными страхами наказания за то, что мы хотим делать, и начать чувствовать и проговаривать страхи потерять себя.

4. Эмоциональный Ребенок внутри справляется со страхом поглощения автоматическим, привычным и бессознательным подчинением или бунтом. Если мы можем рискнуть делать то, что хотим, и делать с ясностью, мы сможем вернуться в центр, и наше поведение будет все более и более направленным внутрь.
Не важно, что написано. Важно - как понято.
Аватара пользователя
Соня
***************
***************
 
Сообщения: 3013
Зарегистрирован:
01 апр 2017, 11:23
Откуда: Москва
Благодарил (а): 36 раз.
Поблагодарили: 95 раз.

Re: 12. Психология развития

Сообщение Соня » 17 авг 2020, 04:29

Недоверие и гнев

Есть история о самурае, который пришел к дзэнскому мастеру и попросил объяснить разницу между адом и раем. Дзэнский мастер посмотрел на него и сказал, что не хочет тратить время на такого глупца, как он. Самурай был взбешен и выхватил меч, угрожая зарубить старого учителя. Дзэнский мастер остановил его и сказал;
— Господин, это и есть ад.
Самурай был поражен мудростью и силой этого старика. Он вложил меч в ножны и почтительно поклонился. Мастер сказал:
— А это, господин, и есть рай.

Недоверие и гнев, окружающие нас, — последняя остановка в путешествии по внутреннего миру Эмоционального Ребенка. Наше недоверие — это наш ад. Когда мы входим в пузырь недоверия, мы входим в очень темное место. В этом пузыре мы заключены в тюрьму собственных негативных убеждений, восприятия и ожиданий. Они подавляют нашу способность чувствовать и ценить любовь и красоту. Недоверие — это также легкий способ бегства, потому что в нем нет никакого риска. Оно принято в обществе, и поэтому мы с легкостью находим поддержку для собственных недоверчивых убеждений и мнений. Чтобы двигаться в доверие, нужна большая храбрость.

.. Но вместе с тем атмосфера скептицизма и культа рациональности вошла в меня с полученным мною воспитанием; меня учили, что мудрее во всем сомневаться и ничему не доверять. В моем детстве недоставало возможности видеть в жизни таинственное и волшебное и восхищаться им.

Большую часть времени мы живем в недоверии. В нас его легко спровоцировать. Когда чьи-то действия или слова заставляют нас чувствовать, что мы подверглись неуважению, мы обнаруживаем себя преданными и входим в знакомый мир отступления, изоляции, отделенности, ухода в себя, гнева и обиды. В этом же мире мы можем оказаться, переживая трудные жизненные обстоятельства. Может быть, у нас бывают моменты доверия, но в глубине, внутри остается зерно сомнений. Обладая расслабленностью и принятием, мы ощущали бы вторжения или беды не менее остро и болезненно, но быстро отпускали бы их. Вместо этого они регистрируются в глубоком внутреннем пространстве обиды. Там нет безопасности, и мы не чувствуем, что нужны людям и жизни. Наши естественные невинность и доверие к существованию были повреждены, и Эмоциональный Ребенок в нас смотрит глазами настороженности и подозрения.
Оказавшись спровоцированными, каждая обида и вторжение, которым мы подвергались, но не смогли прочувствовать и переварить, всплывает на поверхность. Мы храним каждое оскорбление нашего достоинства и цельности во внутреннем «банке обид». Когда мы переживаем обиду в нынешней жизни, оживает каждая случившаяся раньше. Это пузырь недоверия. Внутри него Эмоционального Ребенка защищают и охраняют все негативные, тревожные убеждения тех, кто его вырастил. Находясь в пузыре, мы буквально верим, что видим истину. Ожидая худшего, мы живем в состоянии постоянного ужаса, что снова подвергнемся насилию или вторжению, как это было в прошлом. Мы верим, что никогда не получим того, в чем нуждаемся, никогда не будем поняты, никогда не будем уважаемы, и на нас всегда будут нападать.

Из-за нападений и предательств, которым мы подверглись в детстве, мост между нами и другими давно разрушен. Когда мы начинаем отношения в нынешней жизни, любые отношения, мы уже находимся в пузыре недоверия, хотя можем чувствовать себя открытыми и полными надежды. Живя в пузыре, мы нерушимо верим, что сможем доверять только тому, кто будет обращаться с нами соответственно нашим ожиданиям.

Давайте подробнее рассмотрим, как недоверие управляет умом Эмоционального Ребенка.
а) Наше изначальное течение с жизнью было повреждено. Мы остались с недоверием к жизни и людям и бессознательно удалились в собственный мир.
б) Теперь мы не можем смотреть глазами доверия, и наше нынешнее видение затуманено прошлыми опытами нападения и предательства. Глубоко внутри мы ожидаем, что все повторится.
в) В то же время в нас есть жажда любви. Мы признаем где-то внутри, что для нас нездорово оставаться замурованными в собственном безопасном, защищенном и изолированном мире. Мы пытаемся кому-то открыться.
г) Неисследованные раны заставляют нас повторять историю вторжения и предательства. Мы открываемся, но — из-за раны недоверия — со скрытыми условиями и ожиданиями. Мы на самом деле не открываемся, у нас есть план, который другой должен осуществить. Мы ожидаем, что другой не станет нападать на нас и не предаст.
д) Мы предоставляем другому определенный «испытательный срок», в продолжение которого он(а) продолжает сиять в лучах нашей идеализации. Но как только мы чувствуем вторжение или предательство, мы просто отступаем обратно в собственный безопасный, изолированный мир и убеждаемся, что наши негативные верования подтвердились. Мы оказываемся там же, откуда и начали.

Как нам выйти из пузыря недоверия?

Как и в случае всех пузырей: стыда, брошенности, шока или поглощения — в качестве первого шага нужно осознать, что мы находимся в пузыре.
помнить, что нынешние ситуации только служат раздражителем большого и глубокого недоверия, которое я несу внутри. Если бы в игру не вступали все прошлые обиды, я мог просто оценить ситуацию, ясно увидеть ее и человека, в нее вовлеченного, и адекватно откликнуться. Наши внутренние реакции и внешние отклики не должны быть загрязнены всеми прошлыми обидами, предательствами и вторжениями, которые мы пережили. Возможности научиться отделять раздражитель от источника все время представляются в нашей ежедневной жизни. Любая мелочь может отправить нас в путешествие по целому миру внутреннего недоверия. Но если нам удастся внести в эти моменты больше осознанности, мы можем начать отделять настоящее от прошлого и Отзывать заряд от раздражителя.
Как и в работе с другими пузырями, нам нужно узнать историю собственного недоверия. Почему определенные ситуации в нынешней жизни заставляют нас реагировать так остро? Почему эти ситуации возникают так часто? Ответ содержится в нашей истории недоверия. История повторяется. Люди будут провоцировать нас таким же образом, что и в прошлом, когда мы подверглись вторжению или предательству. Знание того, как это случилось, когда мы были младше, проливает свет на происходящее сегодня. Ключ состоит в том, чтобы отозвать энергию и фокус от раздражителя и перенаправить к источнику — и чувствовать рану. Это означает: знать историю вторжения и предательства. Это первоисточник нашего Эмоционального Ребенка. Исследуя его, мы постепенно реагируем меньше и меньше на людей или события в настоящем.

..Люди, которые доверяют себе,
доверяют другим.
Люди, которые не доверяют себе,
не могут доверять никому другому.
Из доверия к себе возникает любое другое доверие...
Ошо


Упражнения
1. Если бы вы могли выразить чувства недоверия словами, что бы вы сказали? Позвольте себе услышать все внутренние голоса недоверия. Уделите время тому, чтобы записывать их по мере осознания. Это убеждения, которые вы несете о себе и о жизни.
2. Как ЭТИ убеждения ВЛИЯЮТ на ваш образ жизни, особенно на близкие отношения и отношения с людьми в целом?
3. Какие опыты в прошлом повлияли на то, что у вас есть эти недоверчивые убеждения? Что вы помните о нападении на вас и о предательстве?
4. Пересмотрите список моделей не доверяющего поведения, характерного для вас. Как это поведение помогает вам из бегать столкновения с более глубокими ранами недоверия?
5. Как в вашей нынешней жизни провоцируется недоверие?
Рассмотрите, как и чем конкретно люди в вашей жизни выносят в вас на поверхность недоверие.
6. Выберите трех самых близких людей. Посмотрите на них глазами недоверчивого Раненого Ребенка. Запишите, что вы видите. Теперь закройте глаза и вообразите, что смотрите на каждого из них глазами медитирующего. Запишите, что вы видите. Есть ли разница? Меняется ли что- нибудь, когда вы на них смотрите без ожиданий?

Ключи
1. Наше естественное состояние — невинность и доверие.
Но это естественное состояние погребено под глубоко укорененным недоверием к жизни и к другим людям. Теперь наше привычное состояние — недоверие, которое легко провоцируется каждый раз, когда мы чувствуем себя нелюбимыми и неуважаемыми.
2. Наше недоверие — это пузырь, состояние транса. Находясь в нем, мы живем прошлым. Мы наблюдаем настоящую реальность сквозь вуаль, окрашенную старыми травматическими опытами. Из состояния транса мы подходим к ситуациям бессознательно, уже заряженные ожиданиями. Тем самым привлекая поведение, перекликающееся с предыдущими ранящими опытами. Тогда мы переживаем травму заново, и наше недоверие подтверждается. Это становится болезненным порочным кругом.
Наше недоверие еще более усиливается надеждой, что когда-нибудь мы, в конце концов, найдем правильного человека или изменим того, с кем мы вместе сейчас, и с нами будут обращаться так, как нам хочется. Жизнь предстает как созависимость в недоверии.
Как только мы начинаем видеть и понимать, что пузырь недоверия основывается на опытах прошлого, в нашей жизни начинает меняться что-то глубокое. Каждый раз спровоцированное недоверие естественно захватывает нас в ловушку убеждений и моделей поведения. Но в эти моменты мы можем вспомнить, что попадались в объятия пузыря недоверия и раньше, и знаем, что такое этот транс.
Не важно, что написано. Важно - как понято.
Аватара пользователя
Соня
***************
***************
 
Сообщения: 3013
Зарегистрирован:
01 апр 2017, 11:23
Откуда: Москва
Благодарил (а): 36 раз.
Поблагодарили: 95 раз.

Re: 12. Психология развития

Сообщение Соня » 24 авг 2020, 03:31

Изображение


ЧАСТЬ 4
Владение собой —выход из автоматического поведения

Работа с непроизвольным повторениями


В результате он осознал, что зависим от женщин и ведет себя, как нищий. постепенно женщинам, которые становятся с ним близкими, просто надоест играть в его мать. «Я вижу свой образец и чувствую боль брошенности, пришедшую из отношений с матерью, но все же ничего не меняется», — сказал он. Когда мы двинулись глубже, стало ясно, что Майкл глубоко отождествляется с ролью ребенка каждый раз, когда сближается с женщиной. В отношениях с женщинами он остается в детском состоянии. Делать было нечего, кроме как принять эту ситуацию.

Именно наша отождествленность с Эмоциональным Ребенком приводит в действие повторяющиеся модели. Первый шаг к тому, чтобы их разбить, — признать существование отождествленности. Мы словно персонажи в театральной постановке, которые просто следуют заданному сценарию. Пока мы не осознаем своего участия в пьесе (остаемся отождествленными), постановка всегда остается прежней. Если мы были травмированы, это создает внутри отождествленность с кем-то дефективным. Ребенок всегда верит, что заслуживает того, что с ним происходит. Если его подвергают насилию или унижают, он верит, что это происходит потому, что он плохой человек. Такая отождествленность устанавливает ожидание, что травма повторится. Это негативное ожидание. Отождествленность также создает в нашем уме верование, что «такова жизнь». Это негативные верования. И, в конце концов, она создает глубоко внедренные модели поведения, которые ум ребенка развивает, чтобы справиться с травмой. Это наши негативные автоматические модели поведения.

Мы можем увидеть, как негативные убеждения, ожидания и модели поведения управляют нами. Мы верим, что никто никогда по-настоящему не с нами, что мы никогда не получим любви, в которой нуждаемся и которой хотим, и что мы никогда не сможем никому доверять. Мы чувствуем глубоко внутри, что недостойны любви. Мы также ожидаем, что нас снова отвергнут или подвергнут стыду. Мы ждем, чтобы это случилось, потому что на глубоком бессознательном уровне не знаем ничего другого. Наша концепция любви основана на ролевых моделях раннего детства Она основана на том, что мы наблюдали происходящее между родителями, и на том, как нас видели и как с нами обращались. Позднее в жизни нас привлекают люди, соответствующие этой концепции любви. Если она включает в себя насилие, нас привлекает именно это. Если это неудовлетворенность, нас привлекает эмоциональный голод. В конце концов, из-за наших травм, мы усваиваем множество моделей поведения, которые затрудняют любое сближение с нами. Имея к тому все основания, мы окружили себя стеной, каждый — собственным уникальным образом, и другим трудно проникнуть сквозь эту стену, или нам — ее разрушить. Если мы остро отождествлены с брошенным, стыдящимся Ребенком, мы движемся в эти поведения инстинктивно, потому что для Ребенка это вопрос выживания.

Когда мы интенсивно отождествлены с Ребенком, который подвергся стыду или насилию, мы едва ли знаем, чего хотим или в чем нуждаемся. Шок заморозил нас в подавленности, замешательстве и неспособности ощущать себя. Еще более осложняет картину то, что на глубоком уровне часть нашей отождествленности со стыдящимся и шокированным Эмоциональным Ребенком состоит в жажде мести. Травмированный Ребенок внутри стал таким недоверчивым и накопил столько бессознательного невыраженного гнева, что мечтает о временах, когда наберется сил и отомстит. Жажда мести удерживает нас привязанными к отождествленности. Эмоциональный Ребенок не видит никакой разницы между настоящим и прошлым, поэтому для него неважно, что месть достается не родителю и не тому, кто подверг нас насилию изначально, а кому-то еще.
Большой вопрос, который поднимается почти на каждом из наших семинаров, — как выйти из непроизвольного повторения? Как нам прекратить снова и снова попадать в одни и те же болезненные ситуации? Я уделю этому вопросу времени и внимания более всех прочих. Сейчас я вижу в нем три аспекта

Выход из непроизвольного повторения
1. Стадия признания.
Понимание собственных отождествлений и приходящих из них убеждений и ожиданий.
2. Стадия погружения.
Готовность чувствовать боль и страх, сопровождающие отождествленность.
3.Стадия риска.
Готовность рисковать и отважиться на то, что выводит нас из отождествленности.
Первый шаг в распутывании непроизвольного повторения — стадия признания. Она подразумевает, что мы признаем существование у себя определенной модели поведения, и связываем ее с раной в Эмоциональном Ребенке. Мы отслеживаем повторение модели до опытов детства, которые могли привести процесс в движение. На этой стадии также необходимо осознать, что у нас есть негативные убеждения, ожидания, привычки и негативный образ себя, который за всем этим стоит. Например, Вы замечаете, что когда вы с кем-то, то реагируете, сжимаясь в шоке и начиная непроизвольно угождать. Если пойти глубже, вы замечаете, что когда вы думаете о себе, то видите кого-то, кто заслуживает насилия или отвержения. В конце концов, возвращаясь к детству, вы осознаете, что ваши отец или мать подвергали вас насилию точно таким же образом, как тот, который преследует вас сегодня.

Второй шаг труднее. Это стадия погружения. На ней мы позволяем себе глубоко нырнуть в опыт травмы и чувствовать его тотально. Нам не нужно пытаться изменить его или ждать, чтобы он прекратился. Большинство из нас испытывает естественное нетерпение выбраться из сценария. Но ожидание, что он изменится, не рассеет его. Оно рассеет энергию. Вместо этою нам нужно оставаться в опыте, чувствуя страх и боль, которые он провоцирует. Я нашел, что мне понадобилось некоторое руководство, чтобы войти в свой опыт, потому что мои привычки все понимать интеллектуально и перепрыгивать через страх и боль были глубоко автоматическими.
фокус остается на поддержке участников в том, чтобы они просто позволяли себе чувствовать боль и страх, не пытаясь что-то изменить или рассеять.
В определенной точке путешествия у нас оказывается достаточно осознания негативных убеждений, ожиданий и моделей поведения, чтобы мы могли выбирать, и мы можем перестать давать им питание. Тогда мы готовы рискнуть и выйти из автоматического поведения. Невозможно определить или предсказать, когда у нас достаточно ясности, чтобы прекратить старое поведение. Кажется, это происходит просто в результате того, что мы проводим достаточно времени в признании и погружении.
Когда мы способны рискнуть и сделать что-то новое и другое, это начало видения, что наши верования о себе — неправда Когда мы отождествляемся со стыдящимся человеком, который недостоин любви, именно этот стыдящийся человек входит в отношения. Отклик, который мы получаем от существования, предсказуем. Когда мы начинаем разотождествляться с негативным образом себя, в жизнь приходит другой человек. Внезапно мы обнаруживаем, что делаем более разумные выборы, и то, чего мы всегда хотели, приходит к нам.

Разрешение непроизвольного повторения
1. Признание.
Осознание сценария — признание негативных убеждений, ожиданий и моделей поведения, видение негативного образа себя, стоящего за ролью, отслеживание образца к опытам раннего детства.
2. Погружение.
Исследование энергии сценария — скрытых в бессознательном внутренних чувств гнева, горя и страха (Эмоционального Ребенка).
3. Риск.
Принятие новых решений, основанных на видении, что тот, кто действовал по сценарию, — больше не вы сами.

...В мире привычек нет ничего,
кроме повторения.
В мире сознания
никакого повторения нет...
Ошо


Упражнения
1. Внесение осознанности в сценарий.
Каковы ваши главные сценарии в самых значимых отношениях? Внося осознанность в образец, обратите внимание на следующее:
а) ваши негативные ожидания;
б) негативные убеждения;
в) автоматическое поведение.
2. Поиск раны, из которой родился сценарий.
а) В чем этот сценарий сходен с событиями и обстоятельствами в предыдущих отношениях и в детстве? Что именно вы пережили в детстве, что кажется похожим на то, что переживаете сейчас?
б) Какой образ себя вы сформировали в результате этих опытов? Например: «Я неудачник». Или: «Я человек, который не заслуживает любви».
3. Исследование сценария.
а) Какие чувства этот сценарий вызывает внутри? Гнев? Безнадежность? Беспомощность? Грусть? Панику?
б) Какие слова вы бы выбрали, чтобы описать свою рану? Вообразите, что говорит ваш Внутренний Ребенок. Например: «Я чувствую себя совершенно ненужным(ой) и недостойным(ой), когда мой партнер игнорирует меня, и когда я с ним (ней) говорю». Или: «Я чувствую, что подвергаюсь манипуляциям и контролю, когда мой партнер что-то требует от меня. Это меня пугает».
4. Риск.
В чем вы можете рискнуть, как вы можете бросить вызов убеждениям, которые удерживает ваш Раненый Ребенок?
5. Разотождествление с образом себя — играющего определенную роль.
Вообразите, что смотрите на маленького ребенка, сидящего напротив. Глядя на этого маленького ребенка, осознайте, что у него или у нее такая же история детства, что и у вас. Он (или она) настолько же глубоко испуганы, недоверчивы и неуверенны, что и вы. Позвольте себе чувствовать этого ребенка. Внутри вас есть этот ребенок, но еще нет никакой дистанции от него. Вы можете наблюдать, когда страхи, неуверенность или недоверие захватывают его, и просто позволять им быть — но зная, что ваше сознание захватил Раненый Ребенок.

Ключи
1. Наши болезненные сценарии цепляются к сознанию, потому что мы глубоко отождествлены с образом себя, играющим определенную роль. Когда мы разотождествляемся, модели рассеиваются. Чтобы разрушить наши сценарии, мы должны быть с собой, без ожидания, что они изменятся. Быть с собой означает узнавать образец и развивать более и более глубокую осознанность в отношении негативных ожиданий, убеждений и моделей поведения, связанных со сценарием. Это подразумевает: связать образец с Раненым Ребенком в нас и полностью погрузиться во внутренний опыт этого Раненого Ребенка; рисковать и бросать вызов убеждениям, которые удерживает Раненый Ребенок.
2. В процессе полного погружения и понимания наша отождествленность начинает рассеиваться сама собой, и в определенной точке оказывается, что мы больше не проигрываем сценарий.
Не важно, что написано. Важно - как понято.
Аватара пользователя
Соня
***************
***************
 
Сообщения: 3013
Зарегистрирован:
01 апр 2017, 11:23
Откуда: Москва
Благодарил (а): 36 раз.
Поблагодарили: 95 раз.

Re: 12. Психология развития

Сообщение Соня » 24 авг 2020, 03:31

Границы

Большинство людей испытывает затруднение в том, чтобы говорить «нет». Очень редко мне встречаются люди, не знакомые с этой трудностью, и обычно это люди с сильными психопатическими склонностями. если мы хоть немного соприкасаемся с собственным стыдом и шоком, необходимость остановить кого-то провоцирует в нас первобытную панику. Я работал с этой проблемой много лет, и все же она продолжает для меня существовать.
Я (Эмоциональный Ребенок во мне) ненавижу, когда я не нравлюсь людям. Это выводит меня из равновесия. Я думаю, что приближается конец света, и испытываю ужасное чувство вины, если делаю кого-то несчастным. Но я узнал, что чувствую себя гораздо хуже, когда не утверждаю собственных потребностей и чувств и иду на компромисс. И когда я могу быть ясным и прямым, это всегда, кажется, кончается хорошо.
Выход из жизни компромисса — важный шаг. Я нашел, что в прошлом мои собственные компромиссы были совершенно автоматическими и бессознательными. Осознание границ и процесс узнавания и придания достоверности собственным потребностям принесли мне огромную энергию.

Список ситуаций вторжения

1. Когда вам говорят, что вы чувствуете, хотите, думаете или что должны делать.
2. Когда вас подводят кто-то нарушает обещание, опаздывает, делает не то, что говорит.
3. Когда ваши чувства лишаются достоверности. То есть: «Непонятно, почему ты так себя чувствуешь» или: «Почему ты боишься, чего тут бояться?»
4. Когда к вам снисходят, обращаются с вами, как с ребенком, или ведут себя покровительственно.
5. Когда вас игнорируют, не слушают или резко прерывают контакт. (Никто не обязан предоставлять нам внимание, если не хочет; но если общение начато, мы вправе ожидать, чтобы человек присутствовал.)
6. Когда не соблюдается ваше физическое пространство. Например: кто-то что-то берет без спроса или заимствует и не возвращает.
7. Кто-то хочет быть всегда правым и оставляет за собой последнее слово.
8. Когда не уважается ваше «нет».
9. Когда вы подвергаетесь насилию или угрозам (покинуть вас, наказать или причинить боль.) Это насилие может выражаться в любой форме — словесной, энергетической или физической.
10. Когда к вам предъявляются требования.
11. Когда вами манипулируют с помощью гнева, вины, ожиданий, настроений, беспомощности, болезни, секса.
12. Когда вы сталкиваетесь с неадекватной сексуальностью (взрослый и ребенок) или нечувствительностью в сексуальном акте.
13. Когда вы подвергаетесь давлению, критике, суждению, или когда вас делают «меньше»,
чем вы есть.
14. Когда вам дают непрошеные советы.

Чтение этого списка и работа с ним помогли мне яснее увидеть, как глубоко я травмирован, как продолжаю позволять себе вторгаться в других, и как разрешаю другим вторгаться в себя. Я также понял, что все это похоже на случившееся со мною в детстве. Эта работа на самом деле была большим потрясением, потому что внезапно я осознал, что переживают дети. Я увидел, что небольшие аспекты нашего воспитания, которые мы считаем тривиальными, на самом деле являются глубокими вторжениями и вызывают шок.
Мы неизбежно повторяем травмирующие ситуации, пока не набираемся храбрости, чтобы постоять за себя. Наш Эмоциональный Ребенок жаждет любви, какой бы она ни была скудной. Но в состоянии взрослого мы не можем жить без достоинства. Чтобы разрушить свою тождественность с Ребенком, нам нужно научиться выбирать достоинство, а не подбирать крохи любви, даже если это означает одиночество.

В прошлом промежуток времени, проходящий между вторжением и осознанием вторжения, был довольно большим. Дни, даже недели. Я замечал, что почему-то у меня в отношении этого человека не очень хорошее чувство. Или я замечал, что во мне появились осуждающие мысли об этом человеке, или даже я критиковал его, разговаривая с другими. Все это стало для меня верным признаком, что я пошел на компромисс, что-то недосказал и испытываю затаенную обиду. Но постепенно промежуток времени сократился, и вместе с этим усилилась моя ярость. Мне пришлось спросить себя, чем вызван мой гнев? Кому он адресован? Частью гнева было убеждение, что если я тут же не отреагирую, то буду в опасности. Люди будут пользоваться мной, если я не дам бой. Другая часть гнева исходила из ожиданий, чтобы человек или ситуация были другими.
Эмоциональный Ребенок, кажется, никогда не оставляет надежды, что мир (и особенно люди в мире) всегда будет любящим, заботливым и внимательным. Эти волшебные верования заставляли меня носить на глазах шоры. Я либо преуменьшал, отрицал или игнорировал, что кто-то в меня вторгался, либо приходил в праведное негодование. В первом случае я говорил себе: «Они просто не подумали»; «Мне на самом деле все равно, невелика беда»; «Он всегда такой»; «Мне нужно научиться быть более терпимым»; «Я слишком скованный». И я поддерживал эти утверждения всевозможными верованиями: «Хорошие люди — терпимые и гибкие»; «Я буду по-человечески лучше, если не стану делать из этого проблемы». Такие подходы буквально приглашали других в меня вторгаться, потому что я излучал вибрацию, которая словно говорила: «Можете делать со мной что угодно, я не возражаю».
Эта двойственность между отрицанием и яростью лежит в основе опыта вторжения. Прежде чем я понял, что она питается бессознательными ожиданиями, я думал, что обречен на вечное перемещение между надеждой и разочарованием Эмоциональный Ребенок цепляется за идею, что люди могут быть такими, как ему хочется, и поэтому мечется между подавленностью и взрывом. Нам нужно признать, что Эмоциональный Ребенок навсегда останется в этой двойственности. Но способность устанавливать пределы приходит, если мы начинаем видеть людей и ситуации такими как есть и адекватно откликаться.
у меня стало больше пространства, чтобы наблюдать чувства изнутри, без непреодолимого желания изливать их на человека, который явился провокатором. в вопросе установления пределов, приходит время, когда постепенно ваша потребность немедленно реагировать, задевая другого, уменьшается. Вы все еще ощущаете внутри, что спровоцированы, но можете позволить чувствам просто быть. И тогда можно уделить время тому, чтобы на поверхность всплыла ясность, и откликнуться из настоящего момента

В конце концов, я понимаю, что для меня необходимость научиться устанавливать пределы вообще не имеет ничего общего с другими людьми. Умение приходит из внутренней ясности. Ясности в том, что нужно мне самому, и ясности в видении людей такими как есть, вместо того чтобы видеть, что мне хочется. Я начинаю понимать, что в каждом есть бессознательность, и эта бессознательность ведет к нечувствительности, вторжению, неуважению и даже насилию. По мере того как понимание этого углубляется, я постепенно перестаю подвергать себя обидам, насилию и разочарованиям. Кроме того, когда я не испытываю потребности подбирать крошки внимания и одобрения, я гораздо более способен сказать «нет» тому, что по моему внутреннему ощущению неправильно. Я развиваю внимание к внутреннему чувствованию правильного или неправильного.
Следование внутренней цельности подразумевает, что нам постоянно приходится сталкиваться с собственными страхами брошенности, отвержения, наказания или неодобрения. Если постоянно быть обиженным на кого-то, то сам. человек просто не виден. Удерживание кого-то в идеализации и ожиданиях не дает чувствовать пугающее одиночество, которое приходит, когда мы просыпаемся от мечтаний.
Если сказать «нет», человек может счесть нас эгоистичными. Или, хуже того, отомстить. Более безопасный и знакомый путь — пойти на компромисс Именно так наш Эмоциональный Ребенок думает и действует. Но с осознанием вторжения мы развиваем способность к выбору. Мы можем осознавать, когда происходит вторжение, чувствовать страхи, но все равно устанавливать пределы. И иногда — без всякой реакции, просто откликаться из чистого настоящего. Но получается не всегда. С некоторыми людьми и в некоторых ситуациях у нас есть ясность. Но другим в нас легко спровоцировать шок и ярость.

Стадии, которые мы проходим, когда учимся устанавливать пределы
Стадия 1. Чувствование и принятие шока, осознание вторжения.
Стадия 2. Чувствование огня и, возможно, реагирование.
Стадия 3. Ясность — отклик; из своей внутренней цельности, видение людей такими как есть; готовность оставаться в одиночестве; соприкосновение с собственными потребностями.

Упражнения

1. Стадия первая: признание действительности шока.
а) Рассмотрите список ситуаций вторжения и спросите себя:
— Происходит ли что-нибудь из этого в моей повседневной жизни, и если да, то с кем?
— Случалось ли со мной то же самое в прошлом, и если да, то с кем?
— Какие из описанных видов вторжения влияют на меня больше всего?
— Поступаю ли я так с другими в моей нынешней жизни?
б) Когда вы чувствуете, что подвергаетесь вторжению, как это ощущается внутри? Запишите свои наблюдения.
2. Стадия вторая: чувствование огня и наблюдение своих реакций.
а) Когда вы отмечаете, что почувствовали со стороны кого-либо вторжение, уделите время тому, чтобы просто чувствовать ярость, которую оно провоцирует. Как это ощущается внутри? Где вы это чувствуете в теле?
б) Если вы движетесь в реактивность, наблюдайте свои реакции и позвольте им «быть».
в) Когда вы чувствуете, что кто-то в вас вторгается, каково ваше знание о том, что должно случиться, если вы ничего не сделаете?
3. Стадия третья: ясность.
а) Когда вы чувствуете, что подвергаетесь вторжению, остановитесь и спросите себя: «Чего я ожидаю от этого человека?» Затем ответьте на вопрос: «Я не хочу отпустить это ожидание, потому что...»
б) Вообразите, что у вас есть «очки ясности». Если вы надеваете эти очки, общаясь с тем, кто, по вашему ощущению, вторгся в вас или предал вас, что вы видите?
в) Заметьте различие во внутреннем ощущении, когда вы идете на компромисс и когда делаете что-то, что для вас правильно.

Ключи

1. Распространено ошибочное мнение, что научиться устанавливать пределы означает научиться быть жестким. Когда мы начинаем осаживать окружающих, границы восстанавливаются, но с таким подходом внутри ничто не меняется. Мы только перемещаемся между доверием и недоверием, в зависимости от того, что люди нам говорят. Урок, в котором мы учимся устанавливать пределы включает доверие к себе — доверие к тому, что по внутреннему ощущению правильно, а что нет.
2. Установление пределов вызывает в Эмоциональном Ребенке первобытный ужас. Наш Ребенок нуждается в том, что бы поддерживать волшебные верования, что каждый в этом мире — заботливый и внимательный. Чтобы научиться устанавливать пределы, нужно в числе прочего уметь сталкиваться с этими страхами — страхом отвержения, неодобрения, дисгармонии и, более всего, одиночества. Осознание этих страхов позволяет нам начать снова настраиваться на себя и находить в себе храбрость, чтобы жить согласно тому, что по внутреннему ощущению правильно. На это требуется время, потому что страхи велики и обусловленность сильна, — но это происходит.
3. Когда мы теряем уважение к собственным границам, мы привлекаем людей, которые в них вторгаются. Чтобы изменить этот сценарий и усвоить урок пределов, большинству из нас нужно пройти через три фазы. Первая: признать действительным и чувствовать шок. Вторая: прийти в соприкосновение с яростью, которую мы держим внутри, и, в некоторых случаях, реагировать. Третья: научиться отпускать наши волшебные верования и ожидания и начать видеть вещи и людей, такими как есть.
Не важно, что написано. Важно - как понято.
Аватара пользователя
Соня
***************
***************
 
Сообщения: 3013
Зарегистрирован:
01 апр 2017, 11:23
Откуда: Москва
Благодарил (а): 36 раз.
Поблагодарили: 95 раз.

Пред.След.

  • Похожие темы
    Комментарии
    Просмотры
    Последнее сообщение

Вернуться в Соня: конспекты интеграции

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: CC [Bot] и гости: 0