...Давно было писано... и по другому поводу... в коллекцию историй с Михеем...
...Бесконечные камыши закончились и мы с Михеем выбрались на ровную открытую местность, которая
встретила ужасающим зловонием, по сравнению с которым унылый запах болота был просто чудесным
освежающим ароматом. И, если в камышах было жарко и влажно, - там всё равно чувствовалась
некая циркуляция воздуха, и, порой, даже, - редкое дуновение ветерка, то здесь воздушная масса
как бы стояла стеной, и смердила чудовищным смрадом. Поле было абсолютно голым, лишь изредка
над поверхностью возвышался огарок растения или торчала проволока. Темно-серым, с рыжеватым отливом, -
гарь, короче. Но воняло не горелым, не фекалиями и не тленом, а как-то особенно отвратительно...
У самого края камыша, который стоял ровной стеной, покоился сожженный остов ассенизаторской машины,
и её гофрированный шланг местами был просто обуглен, а местами прогорел до металлических колец,
что вызвало мутное воспоминание одной из иллюстраций старой библиотечной книги про динозавров, -
шайка велоцерапторов пожирала разложившийся труп диплодока. Шея диплодока на рисунке выглядела
очень похоже на этот шланг. А рядом с машиной стояла на гигантских колёсах с тонкими спицами
диковинная полуистлевшая арба, - словно из музея. Но было не до арбы. Такая вонь!
- Дальше мы пока не идём, - сообщил Михей.
- А что там дальше?
- Что дальше?
Он не успел ответить, как в небе послышался нарастающий звук реактивного двигателя. Звук быстро
приближался. Через какое-то мгновение над нами на небольшой высоте, - метров сорок, - с ужасающим
рёвом пронёсся красавец Ту-144 с выпущенным шасси и отклонённой вниз носовой частью. Это было ещё более
невероятно, чем эта, мягко скажем, необычайная местность, и, оглушив нас грохотом и обдав гарью, слегка толкнув
воздушным потоком, огромный самолёт устремился к горизонту, и пыль скрыла его на какое-то время.
Когда пыль упала на землю, ни звука, ни самолёта уже не было. Снова жара, стоячий плотный воздух и вонь...
- Дальше - гнездо летающей змеи, - произнёс Михей. Километров пять. Там она прячет яйцо.
- А что это было? - я махнул рукой в направлении движения Ту-144, протирая глаза.
- Не что, а кто, - пробурчал Михей. Яйцо ты сейчас не разглядишь. Оно тебе покажется старым
автобусом или морским контейнером, и ничего тут поделать пока нельзя. Нужно немного времени... -
кстати, - нам пока пора уходить...
...Вдалеке наметилось какое-то движение. Нечто крохотное быстро двигалось в нашу сторону, и вскоре я понял,
что это котёнок. Стало слышно жалобное настойчивое мяуканье. Котёнок бежал к нам по прямой.
В руках Михея появилась большая рогатка, которую он быстро извлёк из рукава, - что ли? А изо рта он достал
жёлудь. Вот, что было у него за щекой всё это время! - догадался я, припоминая некую странность по ходу похода.
Михей проворно зарядил рогатку, натянул жгут и выстрелил. Глухой удар и фонтанчик праха (это трудно назвать землёй)
в полуметре от котёнка. Тот сменил курс на 180 градусов и так же резво устремился обратно.
- Это был не котёнок, - сплюнув, объявил Михей. Сторож, итить...
Да я и сам догадался. Ужасное место и ужасная атмосфера. От вони я, кажется, начал резко терять силы.
Можно ли потерять силы от вони? Михей щёлкнул пальцами перед моим носом и поводил ими влево-вправо.
- К тележке, быстро! - скомандовал он и повлёк меня за плечо к арбе, - шевелись!
...Мы находились меж звёзд в огромном космическом пространстве и это напоминало детский гриппозный температурный бред.
Я лежал на спине в ящике, а слева и справа вращались огромные металлические колёса. Вращались невпопад, несинхронно,
порой, даже, в разные стороны. Михей тоже сидел в этом ящике, у меня в ногах. И правил веслом (насколько я понял)
наше движение. Порой арба совершала поворот, и картина звёздного неба вращалась. Дышалось нормально.
- Мы в кувшине. Там наверху ядерный взрыв, - сообщил Михей, как только я открыл глаза. - Кувшин будет активен ещё
пару часов, потом он разрушится. Это такая область сознания, когда ты спишь. И маленький орган.
Какой-то частью себя я понимал, что это либо сон, либо болезненный бред, поэтому не волновался. Бывает. И продолжал
слушать Михея:
- У нас имеется вариант. Яйцо летающей змеи - это не её яйцо, - это будильник. Самый настоящий, только биологический.
Змея украла будильник и норовит произвести потомство. У тебя есть около часа, чтобы принести будильник сюда.
Мы немного ковырнём его, и тогда сверху ничего не случится. Это следствие действий змеи, - так не должно было произойти.
- Сверху, - это где? - я задал вопрос и понял, что ответ на него и так знаю.
- Да, - ответил Михей. Он погрузил весло в пространство и арба начала притормаживать. Мне даже почудилась инерция.
Колёса замедлились...
- Это всё чепуха, - сказал он. Ты готов. Пошёл! - и вонзил весло поглубже в космос. Арба сделала "бочку" и я выпал из ящика вон.
Всё закружилось, я сжался, а потом упал в тот вонючий пепел с небольшой высоты. Не ушибся, но наглотался и расчихался.
Ни Михея, ни арбы... Вдали виднелись камыши и остов ассенизаторской машины. По ним я сориентировался, - куда улетел тогда Ту-144.
Всё было ясно и понятно. Пошел в ту сторону так быстро, насколько смог. Воняло, конечно, но запах уже не оказывал такого сильного воздействия.
Он просто был...
... Долго ли, коротко ли... Светила в небесах не было - монотонный желтоватый туман. Порой мне казалось, что я вижу
какие-то его отдельные космы, но он всё же был однороден. Странное место. Шёл-шёл и наткнулся на шланг. Подошел
к нему. Это и была змея. Только маленькая. Какой-то анатомический урод, - шланг с крыльями посредине, - ни тебе
туловища, ни каких-то конечностей. Голова была. Крылья, - перепончатые, как у дракона или летучей мыши,
лежали в пыли. Она скрутилась кольцом, а в центре находилась совсем небольшая вещица, скорее всего - яйцо.
...Змея то ли дрыхла, то ли была дохлая... Ни малейшего движения по поводу того, что я подошел. Словом - неодушевлённый предмет...
Постоял, понаблюдал немного. Что делать? - надо забирать яйцо... Набрался смелости, если можно так выразиться,
осторожно подошёл, наклонился и взял предмет. Никакой реакции. Но это было яйцо, - точно. Форма такая. Будильник? Хм...
- Дай его мне, - послышался голос Михея. На уровне моего виска появилось ржавое колесо, - точь в точь, как внезапное появление катера
с Зелёным из мультика Тайна третьей планеты, - откуда-то сверху. Но это был не Михей, - точно!
Об этом сообщало некое ощущение...
- Положи на место, - вяло произнесла змея человеческим голосом. Это было отвратительно - без вмешательства рта, пардон,
пасти. Она лишь приоткрыла глаз и слегка пошевелила хвостом. Телепатия, как она есть. Михей, вернее не Михей, сгущался,
если можно так выразиться. Набирал контраст, массу и плотность, от чего заныло в солнечном сплетении. Ещё немного,
и станет очень страшно. С этим чувством я был знаком. Бежать - бесполезно. Насколько я понимал, - через пяток метров
ноги станут ватными а потом завязнут в грунте... Это нужно было встречать только лицом к лицу, прямо здесь и сейчас или...
(просилось "не сейчас"). Но тогда ... ... А, - что тогда?
Реклама.
"Дед Архай. Не потому, что стар, а потому, что мёртвый.
В мире, где каждый грамм воды имеет чёткую цену, которая с утра одна, а к вечеру уже другая,
где твой отец - чувак, а мать - чувиха, где молибденовые зубы раскусывают черепа, как фисташки,
а бриллианты хранят в жопах, - Дед Архай поскрёбывает плечо. Дед Архай и Бабка Нехертити...
станцуют танец, который нельзя танцевать в кедах. Один раз. Мёртвые умеют танцевать...
Подписываться не нужно. Это ничего не решает".
И-?
Что, - "и"?
И!
А-33-Я » 21 июн 2026, 13:15 
в сон или в реальность? где он сон, а где реальность?
