Мета-Вариативность Одного

[Энжи]

══════════════════════════════ ◈ ══════════════════════════════

Паритет без опор

Человек охотно верит, что путь это прямая линия, а вершина - неподвижный знак, пиком стоящий на её горизонте. Пока небо ясно, он шагает уверенно и даже принимает свой шаг за заслугу. Он называет это целью, хотя чаще всего это лишь образ цели, нарисованный его надеждой, … надеждой удобной, яркой, послушной взгляду и милосердной ушам. И вот он строит внутри себя новую партитуру из привычек и правил, чтобы не дрожать перед пугающим, чтобы уберечься от падений. Он говорит: «Я знаю кто я и куда иду», и успокаивается, потому что знание, даже ложное, греет лучше, чем правда, требующая смирения. Он привыкает мерить себя по видимому, по тому, как далеко продвинулся, насколько высоко поднялся, сколько людей заметили его движение. Но приходит день, когда видимое перестаёт служить. И тогда он узнаёт, что путь не картина себя, а значит не пережить его взглядом или в мыслях. И верность ему есть то, что питает силой, когда направление не очевидно, а энтузиазм иссяк. Это напоминает состояние, которое мистики называли «темной ночью души», когда старые смыслы уже не светят, а новые еще не проявились. В такой момент идти дальше это уже не вопрос упорства или смелости, а вопрос о себе: кто ты и какой на самом деле. И ты ищешь островок спокойствия, чтобы понять и разобраться. Но мир непослушен тебе, вместо тишины он одаривает вихрем бытия, и кажется, что ты не только повержен, но и потерял из виду вершину, к которой столь отчаянно стремился. Остаётся полагаться на чувство того, что незримо и мудрее тебя, к нему взывающего. И оно, конечно приходит, но не таким, каким ты его ожидал. Поэтому поначалу ты зол или пугаешься, начиная сомневаться в самой идее …

… Ибо ты ожидал света, но явилась ночь. Ты искал руку помощи, а тебя встретили молчанием. Ты просил указатель, но оказался в пустыне без троп, где один лишь ветер пишет свои законы на песке, тотчас же их сдувая. И ты говоришь себе: «Я ошибся, это не может быть ответом. Я взывал в никуда». Так говорят те, кто путает ответ с указкой.

Но чувство не обещало удобств. Оно вело к росту. А рост не бывает похож на гору из подушек. Он лестница, ступени которой не из мягкости, но из каждодневного труда.

[Энжи]

И если раньше ты думал, что когда тебя захватывают вихри, страшится надо молний. Теперь ты понял, что надо было опасаться бури, которая рождается внутри тебя. Той, что способна выдернуть привычный якорь, отбросив за буйки. Но вот это случилось, и ты уже не узнаёшь себя по прежним признакам. И тебе кажется, будто ты потерян безвозвратно. Но ты не исчез. Ты лишь перестал быть привычным самому себе. И это начало.

Мне встречались, потерявшие вершину из вида. Некоторые из них начинали спешно строить новую вершину из слов, из объяснений, оправданий. Они говорили: «Вот моя новая цель, вот моя новая истина, вот мой новый путь!», и смеялись над прежним собой, как над детской игрушкой, лишь бы не признать, что в них поселилась тоска и тревога. Но так они строили не вершину, а вывеску. А вывеска не спасает в ночи и не указывает путь. Она лишь делает тебя заметным для таких же. Кто, как и ты, стремится не к тому, что стойко миру, а в то что призрачно мерцает в их воображении. Мудрость же приходит, чтобы разрушить картинку и оставить тебя лицом к лицу с реальностью. Но ты всё ещё называешь это тем, чего следует опасаться.

Тогда я расскажу тебе притчу:

Однажды человек искал колодец. Он слышал, что колодец должен быть там, где зелень, где тень, где птицы. И он шёл туда, где всё обещало воду.

Но чем дальше он шёл, тем больше земля становилась болотистой, а вода хоть и была повсюду, но её нельзя было пить, ибо пахла тиной и лишь усиливала жажду.

Тогда он отчаялся и закричал: «Я не понимаю законов. Вода вокруг, а я умираю от жажды!». И он проклял свой разум.

Но пришёл к нему старик и сказал: «Ты ищешь колодец там, где вода сама бросается наружу. Но колодец не там, где мокро. Колодец там, где ты остановился».

И человек сказал: «Но здесь сухо и пусто. Здесь нету знаков». - «Ты сам себе знак, - ответил старик, - Копай там, где стоишь».

И человек начал копать. Но земля была тверда и руки его кровоточили. И он возненавидел старика. Но на третий день, он вдруг услышал странный звук, будто не только земля, но и небо ему отозвалось. А на четвёртый день пришла сама вода.

...

[Энжи]

Так вот, чувство, к которому ты взывал, пришло к тебе в облике сухой земли. Оно пришло к тебе как требование: «Не ищи знаков, ищи верность себе». Но ты испугался, потому что хотел чуда, а получил труд.

Ты хотел, чтобы ответ пришёл извне, а он пришёл как изменение в тебе. И это всегда кажется поначалу похожим на потерю. Потому, что новое ломает старые опоры. И тебе кажется, будто у тебя что-то отняли. А на самом деле тебе добавили, но добавили не вещь, а способность.

Не бойся страха, но и не доверяй ему. Он как страж порога, стоит на границе между прежним и будущим и кричит так, будто спасает твою жизнь, хотя на самом деле он охраняет твою привычку.

Но ты сомневаешься, потому что помощь пришла не как теплота, а как ясность, которая режет глаза. Ты ожидал, что тебя поднимут, а тебя остановили. Ты ожидал дороги, а тебе показали твои внутренние стены. Ты ожидал уверенности, но тебе задали вопрос.

Но разве вопрос не благороднее дешёвого ответа? Разве он не требует от тебя участия?

Смотри, когда человек слишком быстро получает то, что просил, он становится ленивым в душе. Он принимает дар как должное и перестаёт быть благодарным. Он начинает требовать следующего дара, ещё и ещё большего. И так он превращает небо в лавку.
А когда человек получает вместо дара испытание, он сначала бунтует или разочарован. Но если он выстоял, в нём рождается нечто, чего не купишь... Он становится способным.

И вот поэтому чувство приходит не как покой, а прояснение. Оно говорит: «До сих пор ты шёл, опираясь на образ. Теперь иди без опор. Просто иди».

И ты спрашиваешь: «Где же тогда цель, если я не вижу вершины?» - А я отвечу: цель не там, где ты видишь. Цель там, где ты выбираешь чему посвятить свою жизнь.

Потому что вершину можно потерять из виду, но верность потерять нельзя, от неё можно только отказаться. А верность как компас в бурю. Не верность идее, которая тебе льстит. Не верность обещанию, которое делает тебя важным. Но верность тому, что делает тебя человеком. Человеком, посвящающим себя делу, которое строит, слову, которое не предаёт, любви, которая не требует платы.

И когда ты взываешь к тому, что мудрее тебя, оно первым делом вынимает у тебя из рук твою гордость, твоё желание знать больше и заранее, твоё желание быть правым, твоё желание быть спасённым без труда. Оно оставляет тебя без привычных гарантий, не одаривая новыми.

И ты говоришь: «Я потерян». Но именно в этот миг ты становишься свободным, потому что перестаёшь держаться за то, что не выдерживает бури.

...

[Энжи]

Так и с тобой.

Ты потерял вершину из виду, потому что тучи закрыли твой прежний взгляд. Но вершина не исчезла. Исчезло твоё удобство.

И то чувство, к которому ты взывал, приходит иногда как приказ жить без удобств. Оно приходит как строгий друг, который не утешает тебя ложью. Оно приходит и говорит: «Сделай шаг не потому, что видишь конец пути, а потому, что шаг - твоя часть договора с жизнью».

И тогда ты узнаёшь, что вера это не уверенность в результате, а согласие быть верным, даже если результата не явен. Потому и пугаешься. Но если ты выдержишь этот страх, он станет твоей первой ступенью. И тогда ты обнаружишь, что вершина, к которой ты так стремился, была не там впереди, а в тебе, как нерушимая способность подниматься.

И ты начинаешь снова, не с уверенности, а с простого, с того, что сегодня ты не предашь свой внутренний строй. Не потому, что тебя похвалили. Не потому, что тебя поняли. А потому, что иначе уже не можешь. Потому что теперь ты знаешь: строят не стены, строят меру. И пока ты держишь свою меру - ты не повержен. Ты просто в буре. А буря дана не для того, чтобы уничтожить, но, чтобы отделить в тебе истинное от пустого. И когда после вихря ты снова увидишь вершину, ты удивишься: она всё та же, а ты подрос. И вот ты уже понимаешь, что не вершина была главной целью твоего пути. Главным всегда был ты, тот кто способен идти, даже когда вершина сокрыта, даже когда в ней более нету нужды.

══════════════════════════════ ◈ ══════════════════════════════

[Энжи]

══════════════════════════════ ◈ ══════════════════════════════

Пару слов о Слоне

Сегодня в центре нашего внимания – слон, который спокойно стоит на месте и ничего в себе не изменяет. Вокруг слона шестеро участников, каждый из которых фиксирует себя у одной из частей слона и не имеет права менять свою позицию: один напротив ноги, другой у хвоста, третий рядом с ухом, четвёртый у бивня, пятый напротив одного из боков, шестой у хобота. Их задача: опираться на своё восприятие и измерения. Можно изучать на ощупь, рассматривать, анализировать, при этом используя научные приборы, записывая результаты. Седьмой участник в этой же задаче получает другое условие: ему разрешено обходить слона кругом, менять точки наблюдения, сравнивать разные стороны, при желании залезть на спину или под живот, чтобы увидеть объект и сверху, и снизу. Он, как и другие, тоже опирается на свои наблюдения и проверки, при этом имея преимущество: доступ к множеству, что позволяет ему связывать фрагменты в единую картину.

Шестеро [фиксированных] участников спорят о «слоне», потому что каждый описывает целое через свою часть:

1.Тот, кто у хвоста, настаивает, что диаметр слона переменный, в среднем около 2 см.
2.Тот, кто у ноги, отвечает: нет, мои измерения показывают 65 см и 3 мм.
3.Тот, кто у уха, воспринимает оба утверждения как бессмысленные, потому что его опыт вообще не про «диаметр» и не похож ни на хвост, ни на ногу.
… и далее, с четвёртым, пятым и шестым, ситуация продолжает повторяться…

Седьмой участник, имея доступ к круговому обзору, видит, что все правы локально (он изучил и их фрагменты), но в целом ошибаются. То есть, их описания не столько ложные, сколько неполные.

Здесь нам остаётся признать: конфликт между утверждениями, (выстроенных исходя из личного контакта и собственных измерений), неминуем, как только качества/свойства/характеристики одного фрагмента, выдают за описание целого.

Далее встаёт вопрос, заложенный как ключевой эксперименту:

Как седьмому участнику донести целостное понимание слона до остальных, если для каждого из шестерых такое объяснение будет восприниматься как угроза/посягательство на собственную точку зрения, исходящую из личного прямого опыта и фактов?

[Энжи]

Но здесь возможно, и даже желательно, задаться ещё одним вопросом , не менее сложным, чем спор о хвосте и ногах:

Исходя из чего мы можем быть уверенны, что седьмой видит правильнее всех, а не просто видит иначе, шире, под другим углом?

Да, в отличие от остальных он способен перемещаться между фрагментами и обнаруживать связи: сопоставлять хвост с боком, ногу с хоботом, ухо с животом.
Но это не превращает его автоматически в единственного обладателя Истины.
Чтобы «увидеть слона целиком», ему всё равно нужно сделать работу: пройти маршрут, собрать впечатления во времени, удержать их в памяти, связать, не перепутав порядок и масштаб.
Он не находится в точке, где слон дан мгновенно целиком, а значит тоже ограничен, просто его ограничение другого типа - не пространственная фиксация, а движение по траектории, с целью изучения Слона, как уникального фрагмента чего-то более огромного.


Тогда основная разница между шестью и седьмым выглядит уже не как «ошибка против истины», а как разность степеней закреплённости в позиции, а значит и в точке зрения:

1.Шестеро закреплены жёстко: у них одна точка, но высокая точность внутри неё. Их знания «острые», но узкие.
2.Седьмой закреплён мягко: у него много точек, но каждая — временная. Его знание шире, но оно всегда собирается из переходов и потому зависит от того, как именно он переходил.


Если развить эту идею детальнее, то у седьмого появляется несколько дополнительных задач, которых нет у фиксированных:

1.Целое для него — это не конкретный вид, а их совокупность.
Он не рисует слона как картинку. Он проявляет слона из серии наблюдений: вот бок, вот нога, вот хобот… и между ними он прокладывает связи, как мосты.
2.Ключевым для него, качество не только действий и движения, но и их последовательности, как маршрута.

То есть его «целостность» зависит от траектории: какие точки он посетил, сколько времени там был, что счёл главным, что второстепенным, а что вообще не посчитал нужным учесть.

3.Шестой у хвоста меряет миллиметры и уверен в миллиметрах. Седьмой должен уметь удерживать несколько масштабов сразу: хвост — тонкий, нога — толстая, ухо — плоское и широкое.
4.Его преимущество — не «правота», не мобильность, а способность к синтезу, путём здравой интеграции.

5.Если задача — узнать структуру волосков на коже у конкретного участка, то фиксированный наблюдатель может быть «правильнее» седьмого.
Если задача — понять форму и целое устройство, преимущество у седьмого. То есть «объективность» зависит от того, что именно мы называем объективным.

Таким образом, седьмой не единственный и неповторимый носитель Высшей Истины, а один из участников с оптикой иной меры: он способен переходить от одной точки зрения к другой, удерживая между ними непрерывность.
Поэтому его позиция не столько точка, сколько нефиксированный диапазон.
И именно отсюда может возникнуть выводом, следующий поворот:
если шестерым мешает увидеть целое фиксация, то седьмому может помешать увидеть истину ошибочная сборка, потому что сборка всегда требует выбора, а выбор всегда чуть больше, чем факт.

[Энжи]

Если посмотреть на семерых как на ноты, то каждый из них не «ошибка», не «истина», а отдельный звук одной и той же мелодии.

Шестеро фиксированных дают свои уверенные, но одиночные тона: каждый звучит ровно там, где стоит, и именно поэтому звучит так убедительно.

Седьмой слышит не только звуки, но и то, что между ними, как и видит гармонию, пусть и не явную им, в которой связность уникальных нот, рождает уникальный мотив.

Тогда спор шестерых становится похож не на поиск правды, а на ссору нот о том, какая из них и есть музыка:

«Музыка — это вот это, потому что я звучу так!» — говорит одна.
«Нет, музыка — это я, потому что меня можно измерить и повторить!» — отвечает другая.
А третья вообще не понимает, о чём они: её высота, тембр и длительность не переводятся на их язык.

И проблема тут не в том, что кто-то слеп или глуп, а в том, что одиночный звук не содержит в себе всей Мелодии.

Нота может ещё и не знать, что она — часть великого Аккорда.
И, несмотря на это, честно делать то, что ей доступно: звучать собой, своим.
Но как только она объявляет себя Мелодией, она начинает воевать с соседними нотами, и не только потому что в её глазах они неверны, а потому что она всё ещё живёт режиме «отдельное-я».
Седьмой в этой картинке оказывается не арбитром и не дирижёром, а чем-то вроде слуха самой композиции: он не отменяет отдельные звуки, он пытается им показать, что все они принадлежат одному телу музыки.

Но тут возникает сложность: если он говорит шестерым «вы — только фрагменты», для каждого это звучит как обесценивание самого факта звучания. Их «адекватность» построена на прямом опыте: я слышу себя — значит я реальность.
А значит, предложение включиться в гармонию воспринимается как угроза: «ты хочешь забрать у меня мою идентичность, ты требуешь от меня отменить себя!».

Поэтому его задача должна формулироваться не как «доказать слона», а как сделать слышимым сам принцип:
Целое не подавляет частное, не отрицает, но проявляет его место и назначение, как неотъемлемую часть себя.
Не «твоя нота не музыка», а «твоя нота становится музыкой только в содружестве с другими».

И тогда, дальше эксперимент упирается в практические вопросы:

Каким языком говорить с теми, кто "приклеен" к своей ноте так же крепко, как к своей части слона?
Как предложить не капитуляцию, а расширение слуха?
Как рассказать о Мелодии, чтобы ни один звук не почувствовал себя вычеркнутым, лишним?

[Энжи]

══════════════════════════════ ◈ ══════════════════════════════

15 секунд

Вы когда-нибудь ценили тишину? Не ту, бумажную, из библиотечных залов, а ту, что зависает зазором между словом и ответом на него. Паузу между вспышкой мысли и её воплощением в жест.
Тишину между жаждой и первым глотком ледяной воды, когда желание уже достигло пика, но движение к нему еще не началось.

Такую тишину нельзя сымитировать. Она хрупка, как первый лед. Один лишний вдох, одно случайное не вовремя, и всё идет трещинами.

Ты почти не замечаешь её, но она главная часть суток, как невидимое на кончиках пальцев, знающих где ключи к невозможному.

Люди привыкли забивать её шумом, боясь остаться в этом «между», где нет ни ролей, ни их значимости. Но именно там, в этой неподвижной точке, душа наконец-то догоняет тело.
Если замереть и не спешить с ответом, можно услышать не слова, а сам гул возможности. Не решение, а право на него. Не эхо прошлого, а чистый, ещё ничем не занятый, следующий лист твоего бытия.

Эта тишина не отсутствие звука, а его высшая концентрация. Она не пуста, как брошенный колодец, она плотна, как волшебная ртуть.
В этом зазоре между мыслью и жестом мы наконец-то перестаем быть функцией или эхом чьих-то, или своих, ожиданий.

Мы привыкли воспринимать жизнь как сумму поступков, но истинная подлинность живет в отказах от немедленного действия.

Это занесенная над клавишей рука пианиста, когда музыка уже родилась в голове, но еще не пропитала собой воздух.

Это те доли секунды, когда зрачок расширяется перед признанием, которое изменит всё, но ты еще принадлежишь себе, еще свободен от последствий.

Если ты всмотришься в эту тишину, ты увидишь в ней точку, точку растянутую до бесконечности. В ней нет ни страха, ни сожалений, есть лишь чистое, дистиллированное Быть.

Там где нет сценария, ты остаешься один на один с голым фактом своего существования. И оказывается, что «ты» это не то, что ты говоришь или делаешь, а то,
что остается, когда ты не противишься паузе между вдохом и выдохом, когда ты не бежишь чем-то её заполнять.

Ценить тишину, значит позволить себе роскошь Бытия в процессе становления. Право не выбирать, не реагировать, не принадлежать текущему.

Это состояние напоминает предгрозовой воздух, он пахнет озоном и электричеством, он неподвижен, но в этой неподвижности заключена мощь, способная расколоть придуманные небеса.

Когда мы не спешим заполнить паузу ответом, мы даем себе или другому, шанс проявиться по-настоящему. Не через заученные социальные танцы, а через хрупкий, искренний и честный резонанс.

Тишина паузы - пространство, где всё еще возможно, где ни одна ошибка еще не совершена, где сердце дышит вольно. Позволить себе эту паузу, значит на мгновение стать бессмертным.
До первого вдоха. До первого слова. До первого «я».


...............



В социальной психологии считается, что пауза в 4 секунды уже начинает казаться «неловкой». Но 15 секунд это уже не просто заминка. Если два человека молчат друг против друга 15 секунд, вся шелуха заготовленных фраз осыпается.
Это то время, за которое ты либо решаешься на что-то безумное, либо окончательно понимаешь, что слов больше нет.

В первые пять секунд мы еще по инерции держим лицо. В следующие пять начинаются усилия. К пятнадцатой секунде наступает странное, почти мистическое смирение.
Это время, необходимое системе, чтобы перестать реагировать на внешний раздражитель и начать слышать внутренний гул.

Биологически это время, за которое острый эмоциональный импульс (гнев, страсть, страх) успевает пройти свой пик и либо превратиться в осознанное решение, либо угаснуть. 15 секунд это безопасная зона, отделяющая «хочу» от «действую».
Если выждать их перед тем, как выпить ту самую ледяную воду или что-то сказать в ответ, действие или слово приобретают иной вес.

15 секунд слишком мало для действия, но бесконечно много для созерцания. Это идеальный размер «черновика бытия». За это время нельзя построить дом, но можно увидеть его в деталях.
Нельзя прожить жизнь, но можно почувствовать её вкус на кончике языка.

Это как таймер обратного отсчета, который замер. Или как «желтый свет» светофора, который горит подозрительно долго, заставляя тебя задуматься, а действительно ли тебе нужно туда, куда так спешишь?
Если бы мы научились дарить друг другу эти 15 секунд честного, не «бумажного» молчания, мир, вероятно, стал бы куда менее шумным, но гораздо более ясным.

══════════════════════════════ ◈ ══════════════════════════════

[Andrew Lever]

...

Мне название этой темы очень нравится. Сразу не видел тему, а неделю назад зашёл сюда.

[Энжи]

══════════════════════════════ ◈ ══════════════════════════════

Можно ли обучить человечности?

Я скажу так: слово «обучить» опасное. Оно притворяется простым, как ремесло. Оно обещает: разложим, объясним, проверим, поставим печать.
Но человечность не терпит печатей. Она не предмет, который кладут на стол. Она то, как ты держишь в себе самое хрупкое, кем ты стоишь напротив хрупкого в другом.

Люди часто думают, что человечность это чувство. Что она приходит, когда небо ясное, когда тебя не толкают, когда тебя не ранят. Но человечность обнаруживает себя не в ясную погоду, а в колючем ветре.
В миг, когда в тебе поднимается простая, разумная мысль: «Мы это множество я». Когда рождается решение стать человеком, способным помнить что и в другом есть живое.

Потому мой ответ на вопрос: человечности нельзя научить, как учат счёту. В счёте правильность не зависит от боли, тем более чужой. А человечность зависит. Она первая уходит, когда ты защищаешься или нападаешь.
Поэтому, если ты хочешь «обучиться человечности», первым делом ты должен научиться сохранять для неё место.

Я не раз встречала людей, которых учили словам. Их учили говорить «простите», «сочувствую», «понимаю». И они говорили это чётко, как по нотам.
Но это было похоже на музыку без дыхания. Ибо человечность не в словах, а в том, для чего ты подходишь к другому.

Если человечности и учат, то не как знанию, а как бережности.
Как учат держать в ладонях птенца: не сжимай — задушишь, не отпускай — упадёт, не тряси — сломаешь. И самое трудное: не делай вид, что тебе всё равно, потому что птенец узнаёт это раньше твоих оправданий.
Ты спрашиваешь: «Как правильно?» - я отвечу тебе, но не правилом, а тоном: «Чуть тише. Чуть мягче. Чуть внимательней».
Это не формула. Это настройка сердца.

[Энжи]

И ещё.

Человечность это не подвиг. Она редко живёт в великих жестах. Она живёт в микродвижениях. В той доле секунды, когда ты мог бы облегчить себе жизнь, сократив другого до роли, до функции, до помехи, но не сокращаешь.
Это тихое действие, оно не приносит славы, но потому оно чисто.

Ты спрашиваешь: «Кто может учить этому?» - я отвечу: не тот, кто говорит красиво, а тот, кто мог, но не бьёт, не добивает, кто не спешит с приговором.

У человечности странная судьба, она почти всегда остаётся незамеченной. Её могут не заметить даже те, кто ею живёт. Но это и есть её драгоценность - она не торгует собой.
Ибо если ты делаешь добро как монету, ожидая сдачу, ты взращиваешь в себе не человечность, а расчёт. Он может быть полезен, но он холоден, потому здесь не к месту. Человечность же греет даже тогда, когда невыгодна. Потому её так мало.

Можно ли обучить распознаванию? Да. Этому можно.

Учить видеть в другом не шум, не роль, не образ, а другую жизнь. Учить помнить, что в каждом человеке есть место, которое он охраняет молчанием. Учить понимать, что ты не знаешь его дня.
Ты не знаешь, сколько раз он уже собирался не выдержать. И потому тебе следует быть осторожным. Но не потому, что ты слаб, а потому, что он хрупок.

Можно ли обучить паузе? Да. И это важно.

Потому что пауза единственный просвет, через которую выходит человечность. Без паузы человек становится реакцией. Реакция может быть справедливой. И всё же бесчеловечной. Паузой ты возвращаешь себе власть над собой, когда ты выбираешь не победу.

Но есть то, чему не обучишь.

Ты не обучишь человечности того, кто считает людей материалом. Ты можешь научить его вежливым словам. Ты можешь научить его улыбке. Ты можешь научить его не оставлять следов.
Но если в нём нет уважения к хрупкости другого, то максимум у него получится аккуратная жестокость - самая страшная, потому что уже выглядит законной.

Почему же мы говорим об этом?

Потому что человечность не дана раз и навсегда. Её можно потерять тихо и без катастрофы. Ты просто однажды обнаруживаешь, что стал удобным для собственной холодности. Что ты всё объясняешь. Что ты прав. Что у тебя «объективно».
И это состояние похоже на норму. Оно устойчиво. Оно безопасно. И оно разрушает невидимо.

Человечность же всегда против механики. Не против порядка, но против автоматизма. Она требует живого присутствия и правильного отношения.

Человечность это когда ты устоял перед своим гневом, хотя мог сорваться.
Когда ты мог зацепить за больное место, но удержался.
Когда ты не добавляешь боли туда, где ей и так тесно.
Когда ты выбираешь не торжество себя, а сохранность другого.

И тогда «урок» выглядит не как лекция, а эпизод, простой до молчания:

Ты видишь человека
Ты мог бы пройти мимо
Ты мог бы сжать мир, чтобы он не мешал тебе
Ты мог бы вступить в войну
Ты мог бы победить
Но вместо этого ты выбираешь человечность

Никто не аплодирует
Никто не ставит отметку
Но что-то остаётся целым

И именно это событие и становится первой страницей в твоём учебнике.
Почему? Потому что она написана тобой.

══════════════════════════════ ◈ ══════════════════════════════

[laysi]

Он долго шел один по этой жизни - был практически отшельник. Тысячи и одну привычку приобрел и все как одна были полезны в его одинокой жизни. Они ему помогали выжить, они обеспечивали его всем необходимым, они спасали его много, много раз.
А сегодня он вышел к людям. Как давно он их не видел! Он был несказанно рад.
Но после того, как он и люди немного пообщались, он развернулся и молча ушел обратно в пустошь.
- В чем дело, почему ты уходишь от людей?
- Я понял одну вещь. Они - это общество, и я тоже общество. И это два очень разных общества.
- Как это?
- Мы не совместимы.
- Почему?
- Что бы стать членом их общества, мне пришлось бы потерять себя...

Хм...я бы продолжил этот рассказ так:

- В чем дело, почему ты уходишь от людей?
- Я понял одну вещь. Они - это общество, и я тоже общество. И это два очень разных общества.
- Как это?
- Мы не совместимы.
- Почему?
- Что бы стать членом их общества, мне пришлось бы потерять себя...

- а я так боюсь накопленное растерять...
- я ведь стока над собой работал, затрачивал усилия.
- Я привык быть одиноким отшельником, так как долго шел один по этой жизни.
- Тысячи и одну привычку приобрел и все как одна были полезны в его одинокой жизни.
- а тут люди, общество...куда мне девать весь этот приобретённый багаж знаний быть одним?
- Что бы стать членом их общества, мне пришлось бы потерять себя...
- ИБО...всё что я накопил, в миг рассеется...и я потеряюсь...и мне по новой придётся накапливать ДРУГОЙ опыт...
- пока я знаю одно...
- всё что я накопил, был пустой хлам
- это всё мне помогало ВЫЖИТЬ...
- но тут, среди людей, в этом обществе...
-я понимаю...что мой опыт, это всего лишь навык...
- Я не стал единым...я до сих пор боюсь.

[Колобок]

Жаль, что 11 лет назад Арджуна не ответил тебе. Может сейчас ответит?
Но если бы колобок был на месте Арджуны, то он (колобок) ответил бы так =

- В чем дело, почему ты уходишь от людей?
- Я понял одну вещь. Они - это общество, и я тоже общество. И это два очень разных общества.
- Как это?
- Мы не совместимы.
- Почему?
- Что бы стать членом их общества, мне пришлось бы потерять себя...

- - Что бы стать членом их общества, мне пришлось бы потерять себя...поскольку, если я останусь, то в меня снова войдет всё то, что я столько лет из себя вытряхивал.
================================================================================

... Честное колобковское = колобок с самого утра хотел ответить на эту тему Энжи. Но крутил в своей круглой башке то так... то сяк... не знал = как лучше выразить свои мыслишки на счет человеков и всего человечества в целом. И решил этого не делать = все же тема у Энжи не супротив человечества, а за него... хоть и с некоторыми оговорками = как и чем надо мерить слона? А колобок вообще предлагает никаким образом ни слонов, ни человечков с их 70 000 000 000 000 бактериями в ЖКТ каждого (шо больше общего числа клеток у чела!!!) не исследовать = не ты их создавал (включая и самого себя) - не тебе их и исследовать.

Но колобковские мысли были очень длинными на сей счет. И он (колобок) совершенно не уверен, шо Энжи будет рада этому потоку слабо-осознанного именно в её теме.

И потому, кроме уже сделанных замечаний и на счет отшельника, и на счет слонов, колобок здесь ща будет очень краток =

Практически все здешние обитатели предпочитают смотреть на окружающий их мир методом... эээ... так называемым методом математической индукции =
МЫ = ЛЮДИ всегда идём от частного к общему, поскольку в различных проявлениях этого мира можно найти общие закономерности, и потому очень логично экстраполировать свои выводы и на другие явления этого мира... и даже ТОГО мира... хотя мало кто ЕГО ощущает. А вот метод Шерлока Холмса = его знаменитый дедуктивный метод расследования = это для подростков, которые фантазёры, а не реалисты, как МЫ = ЛЮДИ!

Но... колобок на этом умолкает... предлагая только более внимательно вглядеться в одну из строчек его подписи = ту, которая принадлежит Baymaxу.

phpBB [video]

[Энжи]

══════════════════════════════ ◈ ══════════════════════════════

Эго без фильтров

.....

[Колобок]

Эго = само по себе фильтр, который позволяет каждому "я" дистанцироваться от других "я" и считать себя "Я Есмь"!

А Эго без фильтров - это ОН = Абсолют = Малхут Мира Бесконечности до Первого Цимцума. А после Первого Цимцума появился Мир Адам Кадмон с его первыми пятью "Я" = Гальгальта, А”Б, Са”Г, М”А, Бо”Н = это то, что находится еще выше даже Божественного Мира (Ацилут) = выше Небес.

Так шо "Эго без фильтров" = большая напряженка подобное уразуметь.

Но колобок внимательно слушает об "Эго без фильтров"...

[Энжи]

Вчера начала.., как завершу выставлю. Хочу кое-что на себе поэкспериментировать.
Кстати, если не затруднит, мне было бы интересно почитать взгляд Каббалы на эту тему. Немного более развёрнутый, если можно.

[Колобок]

Взгляд каббалы на =

Мета-Вариативность Одного

Так это... если коротенько... 2 000 страниц на иврите или 3 000 на русском "Талмуд 10 сфирот" от Балаль Сулама.
Неее... колобок не готов совершить такой подвиг...

[Энжи]

а свАими словами?

[Колобок]

Все 3 000 страниц?

============================================================
Ну, если коротко = то почти полностью согласен с Бааль Суламом!!!

[Энжи]

нет, из своих наблюдений. Своё понимание