Второй вопрос:
У тебя не было мастера. Ни у одного из будд тоже не было мастера. Иногда мне кажется, что выбрать себе мастера – значит помешать собственному просветлению. Я имею в виду необходимость в собственном пути, невозможность наставничества. Пожалуйста, скажи мне, что ты имеешь в виду.
Мастер – это тот, кто готов тебе ответить. Ученик – это не тот, кто спрашивает из простого любопытства; это тот, кто готов отдать все, чтобы получить ответ, и готов трансформировать свою жизнь в соответствии с полученным ответом. Если ты действительно задаешь вопрос, это значит, что ты уже стал учеником. Ученик – это тот, кто ищет ответ на свой вопрос.
Иисус говорит: «Просите, и получите. Стучите, и двери откроются. Ищите, и найдете».
«Просите, и получите»… Просить ответа на вопрос – это начало ученичества. И пока ты не станешь учеником, мастер не обратит на тебя особого внимания. Для того чтобы искать, необходима вовлеченность, внутреннее обязательство, потому что поиск – это риск, это опасность. Он не только интеллектуален, он экзистенциален. Так что, если ты действительно хочешь спрашивать, помни, – я хочу, чтобы ты это осознал, – это означает, что ты становишься учеником.
Во-вторых, ты говоришь: «У тебя не было мастера». Это правда, у меня не было мастера. Но это не значит, что я не был учеником. Я принял все существование в качестве своего мастера. Для того чтобы выбрать все существование в качестве мастера, необходимо гораздо большее мужество. Если ты не можешь принять в качестве мастера одного-единственного человека, как ты можешь принять в качестве мастера все существование – деревья и камни, реки и облака? Если ты не можешь любить одного человека, как ты можешь любить все существование? Это правда, что у меня не было мастера, но это не значит, что я не был учеником. В своем ученичестве я был даже больше предан поиску, чем ты. Я доверял облакам, что очень непросто. Я доверял деревьям, что почти невозможно. Я доверял существованию как таковому. Если ты на это способен, тебе не нужен какой-то особенный мастер, потому что тогда что угодно может быть твоим мастером.
Когда умирал Хассан, великий суфийский мистик, кто-то спросил его:
– Хассан, кто был твоим мастером?
... Когда много лет подряд я медитировал, и медитировал, и медитировал, и ничего не происходило, я был в таком отчаянии, в такой безнадежности, что я думал о том, чтобы бросить всю эту ерунду. Я начинал думать, что нет никакого Бога, что молитва – это безумие, а медитация – это чушь, как вдруг я вспоминал этого вора, который каждую ночь говорил: «Если будет на то воля Бога, завтра это случится».
В течение всего этого месяца он возвращался с пустыми руками, но всегда был счастлив. Он говорил: «Завтра снова попробую. Если будет на то воля Бога, завтра это случится. А ты молись за меня. Ты можешь хотя бы сказать Богу: „Помоги этому бедняку“». Поэтому я продолжал свои попытки каждый день. Если вор не терял доверия и надежды, я тоже могу попробовать. Так происходило много раз, и каждый раз я вспоминал вора, и это помогало моему терпению. И однажды это произошло – это все-таки произошло! И тогда я поклонился. Я был за тысячи миль от дома, где жил вор, но я поклонился в его сторону. Он был моим первым мастером.
Моим вторым мастером была собака. .. Она посмотрела в реку и увидела там другую собаку – свое отражение – и испугалась. Она залаяла, и другая собака тоже залаяла. Но жажда была так сильна, что она не хотела отказаться от своей идеи. Она то убегала, то снова возвращалась к реке, смотрела в воду и видела там другую собаку. Но все же жажда была так велика, что она вдруг прыгнула в воду, и отражение исчезло. Я понял, что это мне послание от Бога: нужно прыгать, несмотря ни на какие страхи.
Когда для меня наступил момент прыжка в неизвестное, меня мучил такой же страх. Я доходил до самого края, затем начинал сомневаться и возвращался назад. И тогда я вспоминал эту собаку: если собака преодолела страх, неужели я не смогу? И однажды я прыгнул в неизвестное: я исчез, и осталось только неизвестное. Собака была моим вторым мастером.
Моим третьим мастером был ребенок. ...«Скажи, а откуда взялся свет? Можешь ты показать мне источник, откуда пришел свет? Ты же сам зажег свечу, так что ты, наверное, видел, откуда пришел свет. Откуда?» Тогда мальчик засмеялся и задул свечу: «Сейчас вы сами видели, как свет ушел. Куда он ушел? Скажите мне!» Мое эго было разбито, все мои знания были разрушены. В тот момент я остро осознал собственную глупость. С тех пор я отбросил все свои знания.
Вот что Хассан рассказал о трех мастерах. И добавил:
– Были и другие, но уже не осталось времени рассказывать обо всех.
Да, это правда, у меня не было мастера, потому что у меня были миллионы мастеров. Я использовал любую возможность, чтобы учиться. Если ты можешь быть таким учеником, тебе не нужен мастер. Либо ты выбираешь одного мастера, либо ты выбираешь всех, но в любом случае ты должен быть учеником. Быть учеником – это абсолютная необходимость на пути.
Что значит быть учеником? Это значит уметь учиться, быть открытым для того, чтобы учиться, быть доступным для существования. Что на самом деле происходит, когда ты находишь себе мастера? Ты учишься, учишься. И постепенно, настраиваясь на одну волну со своим мастером, ты начинаешь понимать, что точно так же ты можешь настроиться на одну волну со всем существованием.
Мастер – это просто существование в миниатюре. Чем ближе ты подходишь к мастеру, тем больше ты начинаешь осознавать красоту, близость, любовь, интимность, вовлеченность в поиск, преданность. И постепенно ты понимаешь, что если близость к одному человеку может быть такой огромной радостью, насколько большую радость принесет тебе близость ко всему существованию. Мастер – это только начало, мастер – это не конец. Истинный мастер – это просто дверь: ты проходишь через него и выходишь за его пределы. Истинный мастер помогает тебе выйти за пределы…
Ты говоришь: «У тебя не было мастера. Ни у одного из будд тоже не было мастера. Иногда мне кажется, что выбрать себе мастера – значит помешать собственному просветлению».
Просветление – это просто просветление; оно не мое и не твое. Эго всегда разделяет; сущность же едина. Думать в терминах «собственного» просветления – значит попасть в ловушку эго, снова попасть в его сети. Тогда ты все упускаешь. Если ты начинаешь думать, что просветление «твое», тогда ты воспринимаешь просветление как что-то, чем ты владеешь. Когда приходит просветление, нет никого, кто бы мог им владеть. Наоборот, просветление овладевает тобой.
Когда ты сдаешься мастеру, ты просто идешь на эксперимент, в котором ты позволяешь кому-то овладеть тобой: ты отбрасываешь себя, а мастер входит и заполняет тебя. Ты учишься сдаваться. Это только первые шаги в искусстве сдаваться. Но невозможно сделать последние шаги, не сделав первые. Когда ты учишься плавать, ты не идешь сразу к океану, ты учишься в бассейне.
Мастер подобен бассейну, в котором ты можешь научиться плавать. Когда ты научился, все океаны твои, ты можешь плавать где угодно. Тогда все это существование принадлежит тебе. Тебя просто больше нет. На самом деле, правильнее будет сказать, что ты принадлежишь всему существованию; не ты овладеваешь просветлением, а просветление завладевает тобой.
«Иногда мне кажется, что выбрать себе мастера – значит помешать собственному просветлению».
Выбирая себе мастера, ты не создаешь препятствия для своего просветления. Ты создаешь эти препятствия, если начинаешь цепляться за мастера,– а это огромная разница. Именно поэтому Будда говорит: «Если я встану на вашем пути, убейте меня немедленно». Я говорю вам то же самое: если я встану на вашем пути, убейте меня немедленно.
Мастер – это лестница: ты должен ее использовать, а затем пойти еще дальше. Мастер – это лодка: ты должен ее использовать, а, прибыв на другой берег, должен ее оставить. Не нужно нести ее на голове.
Выбирая мастера, ты не мешаешь своему просветлению; просто наступает момент, когда ты должен оставить мастера и идти дальше – тогда не цепляйся за него, это цепляние может тебе помешать. Но если ты нашел настоящего мастера, он не позволит тебе привязаться к нему. Вот мое определение настоящего мастера: он учит вас, как вовлечься в поиск, как полностью посвятить себя ему, а затем однажды он учит тому, как не привязываться к поиску, как снова стать «непосвященным». Тогда это совершенный мастер.
Обычные так называемые мастера учат одному: как привязаться к ним и навсегда остаться на этой привязи. Это мое определение псевдо-мастера. Избегайте псевдо-мастеров.
Истинный мастер не может помешать твоему просветлению. Ты не сможешь просветлеть без него. Парадокс в том, что ты должен найти мастера, а затем ты должен выйти за его пределы. Если ты поймешь этот парадокс, ты поймешь мой ответ.
